На врагах тоже женятся
Шрифт:
— Ну как? — спросил Ли.
— Класс, — сказала я делая следующий глоток. — Второй раз в жизни напиваюсь.
— Ну это своеобразное закрепление пройденного материала, — изрек Лиен, чем сразу мне напомнил что рядом со мной сидит бывший информатик. Надо же. Ни за что бы не подумала что буду пить с преподом. С одной стороны это как-то не правильно, а с другой… какая уже теперь разница?
Когда от бутылки оставалась половина я уже чувствовала себя настолько хорошо, что даже мысль о вечном заточении не казалась уже такой жуткой.
— Кать, а спой чего-нибудь, — сказал захмелевший Ли лежа на моей кровати и подпирая руками голову.
— А чего спеть?
— Ну… что-нибудь о высоком. О любви пой.
— Да без проблем! Ща, только вспомню…
И что я в таком состоянии собиралась вспоминать? Я скоро с такими темпами свое имя забуду. Еще и на утро скорее всего мне светит похмелье и головная боль. Ясное дело что сейчас мне глубоко плевать, на то, что будет завтра. А вот завтра… Тем не менее, мозг хоть и не хотел работать, но несколько строчек вспомнил.
— Не забывай, помни меня,
Ты не один, навсегда вдвоём.
Не забывай пламя огня,
Где мы с тобой греем себя…
— Не Кать, — поморщился мой собутыльник. — Не на столько смазливо — плаксивое. Давай что-нибудь по веселее.
— Ну тебе не угодишь, — засопела. — Просил же о любви…
— Да, просил. Вот и давай.
— Р — р-р.
— Не рычи!
— Волнующий миг, сладкий миг — свершилась детская мечта,
Что мы с тобой в мире одни — лишь ты и я, и темнота.
Мне хочется плакать и петь, и быть с тобой, во тьме с тобой.
А если вдруг явится смерть, то пусть ее зовут любовь…
Ли быстро подхватил и стал мне подпевать. Не думала я что он слушает рок. Но в свое время я и не могла себе представить что он из другого мира, так что чему я удивляюсь.
— Я столько лет тебя ждала, что мне уже не страшно.
Пусть любовь — убийца — сердце не боится, если ждет любви оно все равно.
От нее не скрыться, что должно случиться, то случится все равно, раз оно суждено.
— Так — так — так, — раздалось от двери. — Чего вы тут голосите?
Я опрокинула в себя порцию алкоголя и посмотрела на вошедшего вперевалочку крыса.
— Феликс, — промурлыкала я, — присоединяйся.
— Вы чего тут, — подошел ко мне Феликс, — квасите?
— Ну серый не бухти, — проворчал Лиен.
— Я не бухчу. Как я пить буду?
— А мы тебе какую-нибудь емкость найдем, — заплетающимся языком сказала я.
Встав на не твердо стоящие ноги, я поплелась в ванну. Помниться мне там небольшая плошка была. В ней лежали какие-то травяные шарики. По запаху напоминали шалфей. Высыпав содержимое на маленький столик в углу ванны я тщательно промыла в воде емкость и вышла из ванны с победной улыбкой на лице.
— Вот, — сказала, поставив плошку на прикроватный столик. — Ли, наливай! — скомандовала я и посадила рядом крыса.
— Вот это я понимаю, — довольно проворчал Феликс. — А то все травяной чай, да вода колодезная.
— А кто вино у старосты в свое время хлестал, — насупилась я.
— Давно было и не правда, — сказал серый безобразник, лакая синеватую жидкость.
Бутылка опустела и Ли решил что психологическая помощь не закончена и решил принести еще парочку таких же.
Когда закончилась вторая, мы были уже настолько охмелевшие, что вошедшая в мою комнату Алеша застыла каменным изваянием.
— Это…что это?! Феликс! Катя!
— Я… да… Катя… — стала вспоминать я.
— Боги, что с вами?
— Нам хорошо, — промурлыкал довольный делом рук своих Ли.
— Феликс, ну ладно эти, — показала Алеша на меня и Белого. — Но ты!
— Я каша.
— Чего? — спросили мы неровным хором.
— Я в… кашу, — поправился крыс.
— Какую кашу? — не поняла Алеша.
Я же с Ли уже еле сдерживая смех прижимала ладони ко рту чтобы не захохотать в голос.
— Пьяный я! — расшифровал Феликс.
— Это я уже вижу, — нахмурилась подруга. Прошла в комнату и села в кресло у камина. — Катя, от тебя я такого тоже не ожидала. Ты же не пьешь!
— Не…пью — ю, — согласилась пьяная я. — Не пила — а…
— Красавица, — вклинился в мою туго текущую речь Лиен. — Мы вообще-то тут нервы лечим.
— Боги, — подняла Алеша глаза к потолку. — Чем я провинилась? Ну ладно крыса алкоголик, но подруга то такая за какие грехи досталась?
Я сначала думала обидеться, но потом мысленно махнула на сказанное ей, рукой. Ну что с нее трезвой взять? Не понимает она мою исстрадавшуюся душу.
— Ик… Алеша… заечка моя, — стала подлизываться я. — У меня психологиче…кая…травма.
— Какая травма? — напряглась подруга.
— Любовь у нее несчастная, — заключил крыс.
— А — а-а… А напилась-то она чего?
— Так это, — это уже Ли. — Нервы восстанавливаем. Козлом седым попорченные.
— Кем? — кажется не только я сегодня плохо соображаю. Подруга со мной солидарна.
— Воль…ным, — пришлось расшифровать мне.
— Нашла из-за кого напиваться, — сложила подруга руки на груди.
— Ли…за. ик…чик, — как же мне тяжело даются слова. — Моя…душа требует…ик…мести.
— Подруга, ты говоришь с трудом, какая месть?
— А я поддерживаю! Месть — это хорошо, — крыс как всегда меня поддержал, почувствовав будущую пакость.
— Так, — встала Алеша, — все давайте-ка по кроваткам. По своим, — выразительно посмотрела на Ли.
— Не, — засопротивлялся Белый. — Я в свою не хочу.
— Я тоже, — подала я голос. — В свою не хочу.
Вставала я изрядно шатаясь. Вот нельзя мне пить. Вообще. Только если это не вода. Пол под ногами ожил и я чуть не повалилась на пол. Ли успел меня подхватить за руку, не дав упасть.
— Катюха, а ведь это только вторая.
— Отстань, — вырвала я руку. — Я мстить пошла, — и не твердой походкой направилась к бегающей от меня двери.
— Кать, — позвала Алеша. — Может не надо?
— Надо Алеша. НАДО!
— Стой! Я с тобой! — подскочил ко мне крыс.
— Ли…ты с…нами?
— Эх…была не была! — махнул рукой Белый и снова взяв меня за руку потащил в только ему известном направлении.
— Белый, — позвала. — А мы куда?
— Я ни куда, а вот ты…
— Белый!