Чтение онлайн

— Алистер, её не могли похитить? Не могли же?! — паника в моём голосе набирала обороты.

От расстройства накатила невероятная слабость. Я совершенно не представляю себе, куда она могла деться. Алистер уверяет, что похитить мою девочку не могли. То есть она ушла сама. Почему? Что я сделала не так?! Я же… я же её не ругала. Почему она убежала?

Потерянно осела на уличное кресло. Взгляд прирос к водной глади бассейна. Не могу оторвать взор от ряби, которая переливается на солнце.

— Мам, ты опять плачешь, да? — сзади раздаются тихие, полные неуверенности слова.

Поражённо вскидываюсь. Габриэль. Заплаканная. Чумазая. Но живая. В груди всё сжалось, от облегчения я зарыдала в голос и схватила это чудовище, крепко прижав к себе.

— Мам, ну ладно, ну прости. Мам, не плачь…

На мои завывания из дома вылетели мужчины, которые окружили нас словно со всех сторон. От облегчения хотелось взлететь, но я взяла себя в руки и постаралась успокоиться.

— Габи, где ты была?! — Алистер опускается на корточки перед ней, пытаясь поймать её взгляд.

— Ну, я… в общем, я убежала. — мелкий чертёнок прячет глаза и старается скрыть своё лицо у меня на груди, но не тут-то было.

— Да почему?

— Мама опять плакала. Из-за меня. Я снова доставила проблемы. От меня одни беды. — каждое предложение она выдавливала из себя с силой, и каждое слово ранило меня всё сильнее, у меня будто проваливается земля из под ног.

То есть эта глупышка убивала из-за того, что я разревелась?! Боги, чувство вины переполняет меня. Словно я переложила бремя ответственности за свои чувства на маленького ребёнка.

— Элли, милая моя, ну ты чего? Сама же знаешь, что мама иногда неадекватно реагирует на реальность. — растерянность в моём голосе перевалила за критический минимум.

— Мам, мне так жаль, что из-за меня ты расстраиваешься… Без меня тебе будет лучше.

— Боги, что за глупости ты говоришь? Девочка моя, ты самое чудесное, что произошло в моей жизни. Никогда больше не говори таких глупых слов, слышишь?! Никогда! — для усиления своего негодования я её даже немного встряхнула.

— Мам… ты правда меня любишь?

— Что за глупый вопрос? Эльчонок мой, конечно я тебя люблю. Больше всех на свете.

— Даже если я постоянно приношу проблемы?

— Даже с проблемами я тебя люблю. Я люблю тебя целиком и полностью. Всегда. И больше никогда не смей убегать из дома так необдуманно!

— Лин, что ты несёшь? В смысле необдуманно? — Алистер смотрит на меня в полном шоке.

— Если вдруг в твою голову взбредёт такая безумная идея, как побег, то будь добра продумать все мелочи и на всякий случай составить чёткий план действий, поняла?!

— Айлин! — рыжий фокс смотрит на меня с негодованием под тихое фырканье Листика.

— Хорошо, мамочка. Извини пожалуйста. Я действовала совсем необдуманно.

Я полностью успокоилась, крепко прижимая к себе рыжий ураган, который уже совсем не выглядит поникшим. Наоборот, она воодушевилась тем, что её не пугают и теперь вновь полна энергии настолько, что пританцовывает на месте. Всё вернулось на круги своя.

Боги, какой сложный сегодня день. От всех этих переживаний чувствую себя выжатым лимоном. В голове безостановочно мелькают нелепые мысли и я совершенно не могу ни на чём сосредоточиться. Как хорошо, что сегодня выходной день и мы всем семейством находимся дома. Если бы я пришла на работу в таком состоянии — моя идеальная репутация обязательно бы рухнула в самый низ. Да и Габи дома, что не может не радовать.

Перед сном я решила сама её уложить, так как делала раньше. Сейчас она самостоятельная, но, кажется, эта близость

мне нужна больше, чем ей.

— Элли, я могу зайти? — терпеливо жду ответа за дверью.

— Да, мамочка. — неожиданно тихий голос, словно сникший. Хм.

Захожу в комнату и стараюсь не смотреть на царящий тут хаос. Не смотреть, Лин. Боги, да тут же просто взрыв какой-то произошёл. Терпение, терпение. Сосредотачиваю взгляд на малышке, глубоко вздыхаю и сажусь рядом с ней на кровать. Приглушённый свет ночника делает обстановку чуть уютнее. По крайней мере, я уже не кошусь на разбросанные вещи.

— Мам, ты на меня сердишься, да? — перепуганные глазёнки смотрят, кажется, прямо в душу, беспокойные руки с дрожащими пальчиками сильнее прижимают к себе замученного Жужу.

— Элли, хорошая моя, я на тебя ни капли не сержусь. — нежно шепчу я, мягко убирая с её лица яркие пружинки. — Я просто очень испугалась, что потеряла тебя.

— Тебе было прям страшно? — она нервно закусывает губу.

— Прям страшно. Я очень переживала, что не смогу тебя найти.

— Но… но ведь тебя без меня было бы легче… — её голос почти гаснет, она отворачивается, будто боится встретить мою реакцию. Мне же в этот момент становится физически больно.

— Ты сейчас очень сильно ошибаешься. Как бы мне стало легче, если бы ты, самое родное мне существо, исчезла бы? М? Родная, я совсем не понимаю, почему ты так плохо думаешь обо мне.

— Тц. Мам, ну серьёзно. Я же знаю, что очень проблемная…

— Но ведь от этого ты ни в коем случае не становишься менее любимой, понимаешь?

— Но почему? — смотрит искоса.

— Я люблю тебя целиком и полностью, с вечно сбитыми коленками, постоянно бегающую и со всеми твоими проказами. Ты для меня всегда самая нужная. По другому быть не может. Понимаешь? — крепко прижала её к себе.

— Хорошо. — тихое бормотание.

— Люблю тебя, Габриэль.

— И я люблю тебя, мам. — от этих слов где-то в глубине души разлилось приятное умиротворенное тепло. Чувствую, словно в сердце зажёгся маленький, согревающий огонёк.

Я выхожу из комнаты и едва не врезаюсь в Алистера. Он стоит в тени, руки скрещены на груди, но в глазах читается нечто такое… будто он хотел что-то сказать, но передумал.

Я прищуриваюсь.

— Ты караулил?

Он ухмыляется, но в этом выражении читается что-то очень мягкое.

— Я просто проходил мимо.

Я закатываю глаза. Ну да, конечно. Так я и поверила.

— Всё, Айлин, не вредничай. Пошли спать.

— А может я к себе собираюсь?

— Хм, ну да, там ты сейчас себя накрутишь до нервного срыва. Нет уж, будешь под моим контролем.

Хм, какой настойчивый. Но на лице непроизвольно расплывается улыбка. Отстранённо наблюдаю, как он хватает меня за руку и очень уверенно ведёт в свою комнату. Смешной. Словно я не знаю, чем этот его «контроль» закончится.