Чтение онлайн

передавалась и товарищам, совершавшим с ним восхождения, и они

достигали вершин!

Он никогда не был одинок. В самых отчаянных испытаниях,

пробираясь ночью ощупью по отвесной стене над километровым обрывом

15

на пике Коммунизма или выбираясь из бездонной трещины вместе с телом

Алеши Гермогенова на Эльбрусе, обороняясь на большой высоте от гор-

ных бурь и снежных смерчей Памира или пробивая выход из снежной

пещеры, наглухо замурованной снежными глыбами на Хан-Тенгри, он не

чувствовал себя одиноким.

Он никогда не мог быть в положении известного западного

альпиниста Фишера, который, проведя ночь на высоте приблизительно

4500 метров на Эльбрусе, признавался, что «ему еще никогда в жизни не

приходилось испытывать чувства такого абсолютного одиночества».

Евгений Абалаков был всегда душой коллектива. Его

талантливость, необычайная разносторонность знаний, душевная мягкость

в сочетании с величайшей скромностью и чуткостью, с готовностью в

любую минуту оказать каждому помощь, часто рискуя своей жизнью,

влекли к нему людей. Он обладал каким-то даром покорять не только

вершины, но и сердца всех, с кем он встречался на своем жизненном пути.

Абалаков был талантливым скульптором и акварелистом.

Живописью он увлекался с юности, и его первые походы по Алтаю и

Саянам отмечены целой серией характерных зарисовок. С особым

настроением сделаны зарисовки Красноярских Столбов, которым суждено

было быть первой школой будущего горовосходителя. Эти зарисовки

Столбов встречаются и в студенческих тетрадях, среди записей лекций и в

альбомах последних лет. Это дорогое ему воспоминание он бережно

пронес через всю свою жизнь.

Позже, в горах Кавказа, Памира, Тянь-Шаня, каждый свободный

час он стремился запечатлеть исполинские панорамы гор. Писались эти

акварели во время восхождений, часто в условиях непогоды, шквалов, на

большой крутизне. Это боевые листки его штурмов. Это рисунки особых

горных миров еще не виденных ни одним художником.

Вот что записано в штурмовом дневнике на высоте 7495 м: «Спешу

16

сделать в альбом наброски вершин Корженевской, западного гребня и

других... Выходит коряво, трудно сосредоточиться. Но хорошо и это,

потому, как позже выяснилось, — это оказались единственные документы,

характеризующие западные вершины, ибо лейка замерзла, и ни одного

снимка не вышло».

В этих набросках и законченных рисунках нам очень дороги

верность и точность изображаемого. Художник, незнающий гор и

попавший в них на короткое время, спешит разгадать их тайну и рисует их,

стараясь схватить общие черты.

И только Евгению Абалакову были созвучны и близки каждый

штрих вершины, каждый поворот скалы, рождение ледопада, игра света и

тени в разные часы на снегу, на граните, только ему было доступна эта

строгая простота, с которой он передает горы. Вот что пишет об этом то-

варищ Абалакова по восхождениям М. Ануфриков: «Вглядываясь в

рисунки Евгения, мы начинаем по-новому воспринимать знакомую

окружающую природу и в них всегда поражало нас особое, глубокое

гармоническое спокойствие горных вершин».

Евгений Абалаков был большим, одаренным скульптором. Среди

его талантливых работ широко известны скульптуры «Альпиниста»,

«Альпинистки», «Партизана», «Чкалова» и др. Им был создан памятник

Ленину в городе Керчи, разрушенный во время войны.

Народный художник СССР, известный скульптор В.И. Мухина

отмечала особую талантливость своего ученика. Скульптор профессор

Е.Ф. Белашова писала: «Последняя работа Абалакова «Военный

альпинизм». Боец в накинутой на плечи плащ-палатке стоит на скале. В ру-

ках автомат. Стоит спокойно. Но во всей фигуре такая сила, такая стальная

мощь, что вы верите, что враг не пройдет, пока стоит на скале этот боец!

В этой скульптуре воплотились лучшие черты самого Абалакова.

Он окончил своего бойца в день своей гибели, как бы воплотив в него все

17

свое лучшее, героическое и прекрасное...».

Но в мир горных вершин Абалаков проникал не только как их

хозяин и не только как художник. В нем все время жил страстный ученый,

исследователь, географ. Стоит только почитать его отчеты о восхождениях

и экспедициях, его штурмовые записки и путевые дневники, его статьи и

доклады, как перед вами во весь рост встает человек разносторонних

знаний, хорошо сведущий в тех научных дисциплинах, которые тесно

соприкасаются с исследованием и изучением белых пятен на громадных

пространствах Памира, Тянь-Шаня.

Его знание строения гор, жизни ледников, раскрытие им многих

горных узлов, его помощь, оказанная науке в изучении неисследованных

горных территорий — неоценимый вклад в историю высокогорных

географических открытий.

Юбилейный Второй Географический съезд, на котором Евгений

Абалаков выступал с докладом об экспедиции на Юго-Западный Памир,

признал необходимым координировать деятельность географов и

альпинистов-исследователей. При Географическом обществе решено было

создать комиссию высокогорных исследований СССР. В члены

президиума был избран и Е.М. Абалаков.

Тщательно готовясь к восхождениям, Абалаков всегда стремился,

чтобы все добытые им знания, весь опыт изучения, все сведения, все

открытия были широко доступны всем, кто в них нуждался: географам,

геологам, горным инженерам, альпинистам, которые пойдут по его следам.

Вот почему большой интерес имеют путевые записки прославленного

горовосходителя.