Чтение онлайн

Кстати отмечу, что 21-я армия собственно и должна была занять оборону в полосе устья р. Медведицы - станица Новогригорьевская. Так гласила директива Ставки Верховного Главнокомандования от 12 июля. Но в ходе отступления остатки этой армии отошли не на левый фланг 63-й армии, а на ее правый фланг, в район, находившийся в 250 км к западу от отведенной им полосы. Вот почему 16 июля эту полосу было приказано занять вышедшим к ней войскам 38-й армии. Теперь же они передавались в состав 21-й армии, и ее полевое управление должно было занять наше место в Клетско-Почтовском.

Итак, эта сторона дела была ясна. Я тотчас же связался по телефону с Клетско-Почтовским и отдал необходимые распоряжения: своему заместителю генерал-майору Г. И. Шерстюку приказал возглавить комиссию по передаче войск с их участками обороны, а штабу под начальством полковника С. П. Иванова прибыть в район Калача.

Теперь можно было приступить к выполнению задач, связанных с формированием 1-й танковой армии.

Приказ Ставки требовал сформировать армию к 24 часам 28 июля. В связи с ухудшением обстановки к западу от Дона командующий фронтом сократил этот срок на двое суток. Таким образом, армии предстояло быть готовой к ведению боевых действий не позднее 24 часов 26 июля. Иначе говоря, в нашем распоряжении для формирования и сколачивания 4-й танковой армии оставалось всего четверо суток. Но и это было не все.

В состав армии должны были войти два танковых корпуса, три стрелковые дивизии, четыре артиллерийских (два противотанковых и два ПВО) и один гвардейский минометный полки. Фактически к началу формирования ей были переданы 13-й и 28-й танковые корпуса, 131-я стрелковая дивизия, два артиллерийских полка противовоздушной обороны и один противотанковый. Вместо недостающих двух стрелковых дивизий, артиллерийского и гвардейского минометного полков армии была придана 158-я тяжелая танковая бригада.

II

К утру 23 июля мы с В. М. Лайоком были уже в районе Калача. Начали с поисков места для устройства командного пункта армии. Нашли его на берегу Дона, к северу от Калача. На другой день прибыл и полковник С. П. Иванов со штабом бывшей 38-й армии, а теперь уже 1-й танковой армии. Не теряя ни минуты, мы приступили к формированию последней.

К тому времени обстановка на фронте резко обострилась.

Напомню, что еще к середине июля противник, разорвав фронт советских войск и оттеснив их в ходе боев в большой излучине Дона частью к северу и частью к югу, достиг линии р. Чир. Здесь 17 июня он встретил сильное сопротивление передовых отрядов 62-й армии. Действуя при активной поддержке авиации, передовые отряды в труднейших условиях в течение шести дней сдерживали натиск превосходящих сил врага.

К исходу 22 июля вражеским войскам удалось выйти к переднему краю главной полосы обороны 62-й армии, простиравшейся, как упоминалось, от Клетской до Суровикино. Несколько часов спустя враг нанес удар на ее правом фланге в районе Клетской.

Наступавшая на Сталинград 6-я немецкая армия имела тогда в своем составе восемнадцать дивизий, в том числе три танковые и две моторизованные. Она насчитывала почти четверть миллиона солдат и офицеров, имела до 7,5 тыс. орудий и минометов, около 740 танков, располагала мощной поддержкой с воздуха (до 1200 боевых самолетов).

Противостоявшие им советские войска 62-й и правого фланга 64-й армий на фронте Клетская - Суворовский имели восемь стрелковых дивизий, танковую бригаду, семь отдельных танковых батальонов и два батальона пехотных училищ. Соотношение в людях было 1,5:1, в артиллерии-2,6:1, в танках-2:1, в самолетах-3,6:1 в пользу врага. На направлении главного удара-к югу от Клетской - немецко-фашистское командование создало еще большее превосходство сил. Оборонявшиеся там правофланговые соединения 62-й армии - 192-я, 184-я и 33-я гвардейская стрелковые дивизии - уступали сосредоточенным против них войскам неприятеля как в численности личного состава (в 4-5 раз), так и в количестве орудий и минометов (в 9-10 раз). Противник здесь имел и абсолютное превосходство в танках и авиации.

С утра 23 июля правофланговый полк 33-й гвардейской стрелковой дивизии был атакован 113-й пехотной и 16-й танковой дивизиями врага. Несколько позднее противник нанес удар и на правом фланге 192-й стрелковой дивизии. Используя многократное превосходство в силах и средствах, в особенности в авиации, вражеские войска прорвали главную полосу обороны 62-й армии К исходу дня они продвинулись в глубину до 20 км.

С утра 24 июля гитлеровцы на этом направлении дополнительно ввели в сражение свежую моторизованную дивизию. Совместно с 60-й моторизованной дивизией они прорвались в район Верхне-Бузиновка, где разгромили штабы 192-й и 184-й стрелковых дивизий.

Контрудар, предпринятый силами 62-й армии, успеха не имел. Задержать продвижение противника не удалось.

К исходу дня обе группировки врага прорвались к р. Дон в район Каменский. Оказались окруженными части 184-й и 192-й стрелковых дивизий, 40-я танковая бригада и отдельный танковый батальон.

В штабе фронта, куда к этому времени прибыл начальник Генерального штаба генерал-полковник А. М. Василевский, по его инициативе было принято решение нанести контрудар с целью разгрома вражеской группировки, прорвавшейся к Дону, и восстановления положения в полосе 62-й армии. Осуществить контрудар должны были 1-я и одновременно с ней начавшая формирование 4-я танковые армии.

К утру 24 июля соединения и части формирующейся 1-й танковой армии были еще разбросаны на значительном пространстве. 13-й танковый корпус под командованием полковника Т. И. Танасчишина, не успевший завершить укомплектование своих бригад, вел бои на западном берегу Дона в районе Манойлина. Три его бригады -163, 166-я и 169-я - имели всего 123 танка, в том числе Т-34-74, Т-70-49.

У 28-го танкового корпуса полковника Г. С. Родина танков имелось больше-178 (88-Т-34, 60 - Т-70 и З0-Т-60). Но получены они были буквально накануне выдвижения в район Калача. Тогда же прибыл и личный состав. Словом, корпус только-только начал формироваться.

Далее, 158-я тяжелая танковая бригада (командир полковник А. В. Егоров) еще не была полностью оснащена боевыми машинами. Она получала их на ст. Кривомузгинская, куда прибыл эшелон с танками КВ. Что касается 131-й стрелковой дивизии, то она в это время вела оборонительные работы на восточном берегу Дона севернее Калача.

Ко всему этому надо добавить, что к утру 25 июля противник оказался в непосредственной близости к району формирования 1-й танковой армии. Ее войска сосредоточивались на восточном берегу Дона, севернее Калача, а к западному берегу подошли вражеские дивизии. Они приблизились к переправе и обрушили на нее артиллерийский и минометный огонь.

Я привожу здесь данные об обстановке, сложившейся к утру 25 июля, по очень простой причине: именно в это утро, согласно приказу командования фронта, наносился контрудар, в котором 1-й танковой армии отводилась главная роль. Ей предписывалось переправиться через Дон в районе Калача и наступать в направлении населенного пункта Майоровского. Ближайшая задача - уничтожить противостоящего врага и к исходу дня овладеть рубежом Верхне-Бузиновка Манойлин. В последующем мы должны были развивать наступление в направлении Перелазовского и там соединиться с 4-й танковой армией. Ее войска не успевали сосредоточиться на исходных позициях к 25 июля, поэтому им предписывалось начать боевые действия 27 июля, наступая из района Трехостровской в направлении Перелазовского.