Чтение онлайн

– Ты ведь… я тебе не понравилась,– недоверчиво протянула.

– Слишком понравилась. Я хотел сгрести тебя в охапку и никуда не отпускать.

От накатившего счастья, я жмурилась словно от солнца. Хотелось свернуться кошкой на широкой мужской груди и заставить время остановиться. Ведь до этого дня я не понимала, как сильно хотела быть с Данилой.

– Спи, Солнышко,– прошептал Шатов, накрывая нас одеялом.

Подчиниться было совсем не сложно.

Глава 7

Утро встретило меня ароматом влажной земли и птичьим пением.

Приподнявшись на локоть, натянула одеяло до самого подбородка. В залитой розоватым светом комнате я была совсем одна.

Сев на кровати, слегка поморщилась от лёгкой саднящей боли там, где никогда её раньше не ощущала. В остальном же почти ничего не изменилось. Я всё ещё была собой. Наверно.

Вытянув перед собой ладонь, я смотрела на косые солнечные лучи сквозь пальцы. Неужели именно так начинается взрослая жизнь?

Встав босыми ступнями на стылый пол, осторожно шагнула к выходу. По пути надела мужскую футболку, небрежно брошенную на спинку стула. Она пахла мужчиной. Моим.

Произнесла это слово одними губами и поняла, что боюсь сама себе поверить. Действительно мой. Мы не говорили о любви, но разве это стоило произносить вслух?

В соседней комнате Шатова не было. Через открытую дверь слышался приглушённый голос.

– Она со мной… Сам объясню… Привезу позже…

Я вышла на облезлый порог и оперлась плечом о шероховатый неокрашенный косяк. Док стоял чуть поодаль, рядом со своим байком. Он не потрудился одеться, натянув лишь джинсы и даже не застегнув их.

Влажные волосы казались темнее. На руке, сжимающей телефон, проступали напряженные вены. Голос звучал холодно и глухо.

– Ты её упустил, а теперь ноешь?

Он словно ощутил мой взгляд и резко повернулся в мою сторону. Мне пришлось попятиться под тяжелым взглядом.

– Всё. Потом поговорим,– процедил Док и сунул телефон в карман.

Он подошёл ко мне и легко смахнул прядь волос со щеки.

– Ты проснулась.

– Тебя не было рядом,– прошептала потерянно.

– Я всегда буду с тобой, Лисён,– оказавшись в теплых объятиях, выдохнула.– Звонил твой охранник. Я не хочу, чтобы Вик узнал от него про нас.

– Угу.

– Я сам поговорю с твоими братьями. Так будет правильно. Согласна?– вышло кивнуть.– Ты испугалась?

– Ты умеешь быть… таким чужим.

– Глупенькая моя Алька,– мужчина завёл меня в дом.– Для тебя я всегда буду настоящим. У меня душ работает. Давай, его обновим?

Неуверенно кивнула.

– Мне всегда хотелось зайти к тебе в кабину и нарушить все правила.

– Хам,– беззлобно ткнула его в плечо.

– Тебе ведь нравится?– я не сразу поняла, что он ждёт ответа.

– Сам знаешь, что нравится. И ты… нравишься.

Мы вошли в небольшую комнату, обложенную кафелем. Кривоватый поддон был занавешен клеёнчатой занавеской. Заметив мой интерес, Данил смутился.

– После ремонта тут будет здорово.

Улыбнувшись, я прильнула к обнаженной груди и услышала, как часто бьётся его сердце.

– Мне очень хорошо с тобой. И какая разница, что вокруг?

– Как ты это делаешь?– пробормотал он придушенно.– Всегда говоришь то, чего я не жду.

– Я идеальная,– сказала, искренне надеясь не услышать возражений.

– Согласен.

Снимая футболку, я смутилась и одернула ткань. Шатов же не страдал сомнениями. Он сдёрнул джинсы и переступил через них. Всё-таки он был красив. В дневном свете, я смогла четко рассмотреть каждую его мышцу под смуглой кожей. Конечно, он видел, что я не могу отвести глаз, что продолжаю сминать край футболки и кусаю губы.

– Боишься?– я мотнула головой.– Ну, чего ты, Солнышко,– хоть Шатов и пытался это скрыть, но самодовольство разливалось по его лицу,– стесняешься?

– Дань…– я попятилась, замечая в его глазах отчетливый голод,– это всё так странно.

– Тебе ведь было хорошо ночью,– я торопливо кивнула.– Болит?

– Совсем немного,– улыбнувшись, тряхнула головой.– Мне нравится быть взрослой.

– Ты ещё ничего не знаешь.

Пробормотал он сдавленно и сам шагнул ко мне. Ухватив край футболки, настойчиво потянул ткань наверх. Я даже не успела охнуть, как оказалась прижатой к стене. Ловкие ладони сжали грудь, заставляя простонать имя. Его имя.

– Не прячься от меня. Я ведь так долго…

Целоваться мне тоже нравилось. Качнулась к нему и коснулась искусанных губ своими. Мы сцепились в тесных объятьях, в которых стало неясно, где заканчивается моё тело и начинается его. Данил поднял меня под ягодицы и посадил на стиральную машинку. В бедро упирался жёсткий член. От смеси предвкушения и невнятного страха, я тонко заскулила.

– Линочка,– пробормотал мужчина, скользнув ладонью к моему лону,– Разрешишь?

Будто я могла ему противиться. Словно внутри меня не пульсировало дикое желание. Шатов подтянул меня к себе и скользнул внутрь, заставляя забыть о дыхании. Замерев, он позволил мне привыкнуть к ощущению наполненности. Я любила каждый сантиметр его горячей плоти и кажется, сказала об этом. Наверняка, признание сорвалось с моих губ. Потому что Данил застонал и начал двигаться резко, толкаясь вперёд, двигая тяжелую машинку под нами и вырывая из меня сумасшедшие звуки. Внутри живота взорвалась звезда. Я корчилась от удушающего наслаждения, царапала взмокшую кожу под пальцами. Шатов замер, изливаясь внутри меня, дыша надсадно и часто.

Я не сразу поняла, что всхлипываю.

– Больно?– спросил Даня, отстраняясь.

– Нет,– я притянула его обратно.– Не порть момент.

– Как скажешь, Лисён. Всё для тебя.

– Будто тебе плохо,– проворчала сварливо.

– Я в раю…

***

Я со стуком поставила чашку на стол. Прямо рядом с его молчащим телефоном. Мне не нравилась идея Данилы. Он считал, что мне нужно оставаться в своём доме.

– Пока не вернётся Вик…

– Зачем? Ты хочешь, чтобы я была там, а ты…

– Мы будем видеться каждый день, Лисёнок,– Шатов поймал мои пальцы и легко коснулся их губами.– Мне будет спокойней, если ты будешь под защитой. Я сейчас взял пару заказов от агентства. Мне нужна работа. Чтобы сделать ремонт, а потом перевести тебя сюда.

– Хочешь жить со мной?– растеряла я воинственный настрой.

– Конечно. И не позволю тебе придумать причины для отказа.

– Вик будет против.

– Я сам с ним всё решу. Не думай об этом, Солнышко,– он сдёрнул меня со стула и затащил на свои колени.– Буду приезжать к тебе, и напоминать, чья ты теперь.