Начало 21 века
Шрифт:
— Но если у тебя есть своё мнение, ты бы не решала, что скажет автор. — Люси помолчала несколько секунд, начала разводить руками. — У героя было два пути: первое, он мог признаться в содеянном, второе, мог его оправдать. Но «второе» мне кажется неправильным.
— Ты бы стала оправдывать своё убийство?
— Человек всегда живёт в каком-то окружении, — продолжила Ольга Геннадьевна, снимая очки с глаз, — согласитесь, если человек работает на птицефабрике и рубит головы курам каждую минуту. Он рубит, рубит, рубит. Для него бежавшая по земле курица без головы ничего не значит, спокойно смотрит на неё. А вот если ты, Люси, увидишь такое? Тебя, наверное, в дрожь возьмёт Эдакое зрелище. И вопрос! Кому легче совершить преступление: тому человеку с фабрики или Люси. Таким образом, роль окружения как раз подвигла на страшное убийство. А теория Раскольникова как раз следствие оправдания, в чём права Люси. — Учительница встала из-за стола, подошла к доске, записывая мелом: «Роль окружения в преступлении Раскольникова». — Вот, ваше домашнее задание. Отобрать цитаты на заданный вопрос. И как я сказала, роль окружения очень важна… — Прервал учительскую речь звонок.
Встревоженной казалась Люси, особенно после слов Ольги Геннадьевны. Стоя в большом зале, перед светлой шелковой тюль, сочившийся из неё яркий свет, отражался в чёрном зрачке Люси.
Зимний день. Машины проезжали часто, пришлось закрывать глаза, когда они включали дальний свет. Люси шла на пару с Ниной. Впереди дальняя дорога в город, видны фонари, светящие на возвышенности с улицы «Большая Александровская», но это километры пути.
Они шли от соседнего села, куда их пригласили парни, познакомившись с ними через сайт знакомств. Как они оказались в такой темноте, перед чащей леса? Первая причина, они опоздали на последний автобус, не зная расписания. Вторая, Люси поссорилась с Аланом, а у них скоро будет месяц, как они встречаются. Это должно быть местью, хотя к парням ехала Нина. Третье, бросать лучшую единственную подругу ей не хотелось, а вдвоём шлось весело. Болтали, обсуждали, узнали много нового друг о друге.
— Я рада, что у вас с Аланом всё хорошо, правда. — Говорила Нина, улыбнулась, но в темноте не разглядишь эмоций.
Люси моментом задумывалась о будущем, что вскоре их отношения придут к расставанию. Она привыкла предполагать самое ужасное из всех событий в будущем. Люси холодна ко всем, но Нине могла доверить свои чувства.
— Слушай, не хочу тебя огорчить, но, говорят, видели Кайлу вместе с Аланом на этой недели. Даже как они шли за ручку. — Не сдержалась Нина.
— Всё хорошо, мне не следовало с ним встречаться и тем более ждать от него чего-то… большего. Мы познакомились ещё в детском саду, Кайла нас поженила во дворе и мы поклялись быть верными друг другу, вечно быть вместе. — С радостью вспоминала Люси, но продолжила с тревогой: — Но мы были маленькими, ничего не понимали, но мы были вместе. Наша дружба переросла во что-то большее. Без отношений он мог подойти и поцеловать меня, а я его. До того момента, когда не увидела с ним рядом незнакомую девушку, с которой целовался при мне. И я решила, что он будет моим, неважно чего это будет стоить мне, но он мой. А когда вижу его рядом с собой, то спрашиваю себя: вот, чего тебе ещё нужно? И я молчу, а когда молчу, то начинаю задумываться о плохом.
— Не надо грустить. А как у тебя с братом, всё хорошо?
— Да, он пока в Москве отсиживается… Мы же подруги? И мы должны рассказывать всё друг другу. На прошлой недели Марк дал попробовать одну штуку… Эти таблетки, помнишь, Хантер приносил их в школу? Именно их я попробовала.
— Что? Зачем? — Напугалась Нина, — ты слышала, что такое зависимость?
— Но ничего нет, я не хочу ничего. Просто попробовала и всё.
— Не надо так делать, Люси, с этим не шутят. Один раз можно попробовать, а потом уже не завяжешь. Хантер проходил одну терапию, в одной из психушек, если хочешь так сказать. Ему кололи день и ночь лекарства. Умолял, ревел забрать домой, никогда не забуду, как он смотрел на меня, словно ходячий мертвец.
— Да, поняла… прости, ещё раз.
— Ладно, моя подруга.
— Какие же парни козлы! — Яростно выкрикнула Люси, — эти твои… Вова и Глеб почему-то отказались нас проводить до конца села. Как сидят на своей остановке, так продолжают сидеть. Где подвиги! А почему ты к ним поехала, а не они к тебе?
— Не знаю, с дуру ляпнула, что приеду. Они зацепились за слова.
— Мне сейчас не кажется или впереди кто-то стоит?
— Где?
— Вот, недалеко.
Недалеко стояла фигура человека, он выставил руку вперёд, ловя попутку. Проезжавшая машина осветила лицо незнакомца. Это мужчина среднего возраста. Девочки оглянулись, никого поблизости нет, и не может быть вечером около леса. Волнение усилилось, проходя мимо него, а он приостановился, Люси и Нина ускорили шаг. Лес страшен своими звуками, порой, не понятными вовсе. Нина знала одну молитву, начала шепотом читать, умоляюще сложила руки.
— Прекрати, это пугает ещё больше. — Дрожа от холода, сказала Люси.
Нина резко остановилась, завязывала шнурки на ботинках, долго копошилась. Люси шла медленно вперёд, зайдя в ВК, на удивление связь ловила на крае леса, увидела множество сообщений от Алана: извинения, сердечки. В тот момент эгоизм проснулся в ней. Ей наплевать на всех и на себя в том числе, ей важен он, больше никто.
Лесную тишину прервал крик Нины, эхом доносившийся на километры. Сердце уходило во все органы тела. Люси бежала, задыхаясь холодным воздухом. Он стоял, крепко обнимая Нину, тот мужчина с обочины. Они взглянули друг на друга. Нина кричала, вырывалась, а Люси медленно приближалась с каждым ударом сердца в висок.
— Отпусти… её… — тихо говорила Люси, но её услышали.
— Иди сюда, тоже. — Твёрдым насмешливым голосом сказал незнакомец.
Он сильно оттолкнул Нину, упавшею на неровную кочку головой. Дрожа, плача, Люси бежала, споткнулась об заступ неровного асфальта. Догнал её, бил по щеке своими большими руками. «Помогите! Кто нибудь!» — кричала она. Закрыл ей рот грязными пальцами, он расстёгивал её куртку. С каждым криком бил голову Люси об ледяной пригорок у обочины. Сзади него появилась маленькая тень, она набросилась к нему на шею. «Беги, Люси!» — смело кричала Нина. Его сила больше, стряхнув одной рукой Нину, другой ударил её по щеке.
Протянула руку вперёд, не глядя, Люси нащупала что-то острое, отковыривая ногтями, впивалась в лёд.
— Вы думайте, что вам всё можно? — Ударил Нину в живот. — Думайте, вы самые умные здесь!
Слёзы спускались по щеке, Люси приходили картинки, проснулись с большей силой. Как мама стояла на коленях перед отчимом, а рядом в углу свернувшись клубком, сидела она. «Прошу, не надо…». А он ударял её, снова и снова, пока крики родной матери не переросли в истерику.
Мужчина подходил к Люси, нагнулся, и она громко крикнула со злости, перерезав одним движением его глотку. Большими глазами глядел на неё, захлёбываясь собственной кровью. Покосился на бок, остался лежать, не двигаясь больше.
Минуты не могла ничего сказать. В окровавленной куртке выбросила эту стекляшку в сугроб. Оттирала грязным снегом кровавые следы, приговаривая: «Зачем, зачем мы пошли сюда? Ничего бы этого не могло быть». Она на себе потащила еле живую Нину. Шли по тропинке, свернув с главной дороги. Страха больше нет, с неровным дыханием передвигались в темноту. Уже в городе Нине полегчало, вдвоём оттирали остатки крови, но тряпичная куртка Люси впитала пятна. «Что мы наделали?» — снова спрашивала.
— Ты спасла нам жизнь. — Успокаивала Нина, гладя по спине подругу.
— Я убила человека, будет полиция, проблемы, что скажу маме? Когда они придут к нам домой.
— Не волнуйся, об этом никто не узнает. Наших отпечатков нет в их базе. Никто не знал, где мы были сегодня. Всё будет хорошо.
Ещё больше захлестнула истерика Люси, плакала, прижимаясь к Нине.
— Поклянись, что никто не узнает об этом. — Проговаривала каждое слово на ухо Нине.
— Клянусь…
Не заметно проскользнула Люси домой. Мама смотрела телевизор на кухне, не слышала входящую дочь. Она разулась, сняла шарф, куртку, бросила в стиральную машину к остальным грязным вещам. Умылась над раковиной, вытерла всю грязь белоснежным полотенцем.
По местным новостям показывали, что на трассе нашли труп мужчины. Он был сбежавшим преступником. И кто знает, кого он бы убил, садясь на попутку в одну из машин. Следы убийц оборвались в городе. Пару свидетелей утверждали, что видели двух девочек, идущих мимо частных домов. Обыскали всю улицу «Большую Александровскую», а дело вскоре закрыли.
Крутила на пальце небольшую прядь волос, Люси засмотрелась на колышущуюся ветку дерева, несмотря на всё она не переламывается, цветёт из года в год, давая новые плоды.