Чтение онлайн

Но ребенок взрослел и начинал понимать, как делается дело, просто потому, что оно было частью мира, в котором он жил. Постепенно ремесленное мировоззрение усваивалось им настолько, что мастер начинал поручать ему не только работы по дому, но и подсобные дела, а потом и что-то важное. И если подросток справлялся, мастер начинал учить. Как говорили про себя многие знаменитые художники, их ученичество заключалось в том, что они годами растирали для своего мастера краски. А к живописи их не подпускали. Думаю, таким образом в ученике воспитывалось желание добраться до дела, жадность до учебы. А добраться до него можно было только одним способом: доказав мастеру, что ты не испортишь дорогие материалы, с которыми идет работа.

Такой способ ученичества, когда ребенка в раннем детстве отдавали учителю жить в его доме и служить ему до тех пор, пока тот не увидит, что ученик впитал образ мира своего учителя, уходит корнями в ведическую древность. Именно так описывают ученичество Веды, и так оно живет в Брахманизме и индуизме под именем Упанаямы – Посвящения.

Как вы понимаете, это тоже образование – впитывание образа, который называется мировоззрением, как исходной основы обучения. В сущности, это означает условие: мастер будет передавать свое тайное знание только своему, только тому, кто не украдет и не выдаст его просто потому, что это не позволит ему его естество, которым становится мировоззрение.

Уже из этого видно, что в основе такого способа учить лежат древние мистериальные способы посвящений или инициаций.

Иными словами, это способ впитать в себя не просто ремесло, а самый путь, которым должен идти по жизни человек определенного посвящения. Князь или воин – идет одним путем, ремесленник – другим, крестьянин – третьим.

Это пути и это уроки, ради которых мы воплощаемся в мир. Именно поэтому ученичество мастера завершалось изготовлением шедевра, а потом Посвящением в мастера. Именно посвящением, что помнили даже в советское время, когда чествовали выпускников ремесленных училищ, посвящая их в профессию. Содержание утратилось, но отблеск древнего понятия сохранялся в самом языке.

Только усвоив себе мировоззрение своего пути и жизненного посвящения, ты обретал право на обучение тайнам мастерства. До этого ты имел право только обслуживать избранных, оставаясь человеком без пути и без места в жизни, то есть без достоинства.

Завершив ученичество и создав шедевр, ты имел право посвататься к дочери учителя, получал вместе с ней начальный капитал и право вести собственное дело в рамках цеха. А значит, место в обществе и соответствующее ему достоинство. Этот экзамен принимали у тебя все мастера цеха. И все они признавали за тобой законные права на мастерство, то есть на зарабатывание с помощью ремесла, и на то, чтобы обучать и воспитывать свою смену.

Последний слой общекультурных представлений о том, как учиться, – это то, что сохранили нам сказки под именем Ученик колдуна. После него мы будем говорить уже о тех слоях сознания, в которых хранится личная культура или ваша личная история. То есть жизненный опыт.

Рассказы с подобным содержанием известны по всей Европе. Есть они в «Приятных ночах» Страпаролы, в преданиях о Кухулине – «Сага о быке из Куальнге», в русских народных сказках. Здесь подобных рассказов вообще много. И я, создавая когда-то учебный курс Училища русской народной культуры, так и назвал вторую ступень «Ученик колдуна», предполагая, что с помощью образов сказок мы легче заключим договор о том, как учиться.

А как предполагалось учиться на колдуна? Всецело отдаваясь. Русские сказки повторяют то, что мы знаем о начале ученичества из Ведического обучения брахмана и из обучения средневекового мастера.

Мальчик уходит к своему учителю, отдаваясь новому миру целиком. Он впитывает его как мировоззрение и Образ мира. Только такой подход спасает нас от необходимости запоминать. О, это очень важно при действительном обучении – не запоминать, вообще разучиться использовать память! До тех пор пока ты помнишь, ты можешь забыть. И если ты забудешь что-то важное или во время важного дела, ты погиб. И хорошо ещё, если только ты, а не весь мир! Настоящая учеба – это всегда наука выживания в мире, дарованном тебе новым воплощением.

Почему возможно забывание? Потому что мы помним усилием. Мы прилагаем силу, чтобы удерживать определенные образы и даже некое устройство сознания дополнительно к образу мира. Если силы кончаются, такая память разваливается. И ты в беде.

Не нужно прилагать усилие только для хранения одного – Образа мира. Наличие Образа мира – естественное состояние воплощенного сознания. Его не нужно создавать, нужно только позволить сознанию впитать в себя образы этого мира. Пока Образ мира пуст, впечатления впитываются жадно, будто бы без тебя, во всяком случае без усилий. И укладываются они не произвольно, а так, как предназначено им нашей природой, естественно.

В итоге ты просто смотришь сквозь них на мир, и тебе не нужно извлекать их из памяти, и не нужно удерживать. Ты просто «так видишь мир», потому смотрение сквозь Образ мира и зовется мировоззрением.

Именно ради того, чтобы обучение свершилось и стало настоящим, стало тобой, ребенка – местами еще до начала двадцатого века – отрывали от прежнего мира и помещали в совсем новый, иной мир, где были возможны чудеса. В итоге он непроизвольно вынужден был отказаться от старого и освободить сознание для впитывания нового.

В этом ему тоже помогали. Выживание в мире молодежных посвящений было трудным, детей пугали, морили голодом, истязали. Так было по всему миру.

Во всех традиционных обществах дети с двенадцати до пятнадцати лет проходили посвящение во взрослых. Именно тогда они приобщались к тому, что считалось сердцем рода или общины – к духовным знаниям племени. В сущности, к воспоминаниям о пути возвращения…

Это всегда были тайные знания, обретение которых давало либо духов-помощников, либо силы для того, чтобы стать богатырем и спасителем своего мира.

Именно поэтому обучение колдуна во всех сказках завершается сражением с учителем. Это экзамен на подлинное овладение хитрой наукой. И сдают его, оставшись живым. Способность выжить и спасти свой народ – вот тот шедевр, что должен был изготовить и предъявить людям колдун, жрец или волхв, завершая ученичество.

Это вершина того, что знал об обучении народ. Знания эти уложены слоями культуры в нашем сознании. Но это еще не разговор о том, как научиться учиться лично нам.

Обучение искусству учиться начинается на следующей ступени Учебного курса Отделения народной психологии Музея-Заповедника народного быта.

В этой части я хочу описать ещё один слой представлений о том, что такое учиться, вернее два, сливающиеся в один. Но эти слои отличаются от предыдущих тем, что хранящиеся в них представления всеобщи, то есть присутствуют у каждого и довольно одинаковы для всех. Впрочем, эта одинаковость при внимательном рассмотрении ещё поразит нас своими различиями.

Слои эти – обучение в школе и дошкольное воспитание. Именно воспитание, то есть некое обучающее воздействие, которое оказывает на ребенка общество.