Чтение онлайн

Отбор претендентов на должности воспитателей стали проводить в начавшем возрождаться пионерском лагере. Там были отремонтированы ещё только два корпуса, вот в них и происходило это мероприятие. Мысль была простая: если претендента не напугает весь окружающий бардак и неустроенность и он готов будет трудиться даже в таких условиях, то это их кадр, если, конечно, проходит по другим параметрам.

Хотя уже наступил сентябрь, но набрано будущих воспитателей было всего три человека. Сложное и трудоёмкое это было дело – ошибки могли пустить под откос всю идею возрождения нации. По каждому претенденту проводили целое расследование, к которому подключали и охранное агентство Виктора. В нём создали даже специальный детективный отдел, задача которого была изучать прошлую жизнь каждого претендента. Не имели право ребята полагаться только на личные впечатления от человека. Вот этому вопросу и был посвящён внеочередной сбор всех совладельцев корпорации, а их было уже семь человек – кроме четверых друзей-основателей туда вошли Рома, Миша и Борис Михайлович (дядя Виктора).

Разговор был тяжёлый, с взаимными упрёками: заминка с набором воспитателей – это была только затравка для серьёзного разговора. Дело было гораздо глубже – вся выстроенная система буксовала. Реальные дела продвигались еле-еле. Было сделано на копейку, а потрачены уже гигантские суммы. Хотя среди них не было коррупционеров или стяжателей, отпиливающих от финансового потока свой кусок, но деньги уходили как в песок. Административные структуры работали как высокопроизводительные насосы, высасывая все финансовые соки корпорации. И попробуй только не удовлетвори запросы чиновников – замучают всякими придирками и инструкциями. Шага ступить будет нельзя, и всё дело вообще встанет. Вязкое болото бессмысленного копошения засосёт, и всё умрёт, так и не родившись. Выхода не находилось, хотя корпорация начала привлекать к своим делам уже довольно высокие сферы. Даже несколько депутатов Государственной думы были частично посвящены в конечные цели корпорации и оказывали ей всемерную поддержку, но деньги всё равно исчезали с поразительной стремительностью. И это при том, что эти люди не брали ни копейки за свою протекцию. Миша даже предлагал начинать отстреливать самых зловредных клопов, сосущих соки из такого благого дела. Хотелось, конечно, создать и финансировать группу высокопрофессиональных специалистов, чтобы хотя бы немного подсушить это гнилое болото. Уничтожить самых жадных и зловредных особей. Но это значит вступить в войну и привлечь внимание настоящих хозяев, культивирующих это дерьмо, и пиявок, сосущих кровь из страны. А вот этого допустить было нельзя – прихлопнут сразу, ибо ресурсы совершенно несопоставимы. Это как гора и маленькая песчинка. В конечном итоге было решено: придётся продолжать нести эти несусветные затраты – чёрт с ними с деньгами, главное, чтобы дело двигалось. Но так как запас сокровищ стремительно таял (и это несмотря на то, корпорация вышла на западные рынки и теперь продажи шли по нормальным, аукционным ценам), то нужно было развивать какие-нибудь альтернативные пути пополнения финансовых запасов. А проще сказать, при корпорации требовалось создать прибыльное производство, а лучше всего присосаться к какой-нибудь ресурсной трубе и черпать оттуда средства. И деньги эти пойдут не на золотые унитазы, яхты и отдых в Куршевеле, а на благие цели – воспитание будущих спасителей отчизны. Вот только места у трубы уже заняты, и просто так там никто не подвинется. Придётся биться за место под солнцем силовыми методами. В этом случае силовые методы не пугали собравшихся – эти схватки вряд ли насторожат хозяев жизни. Здесь всё понятно: новая поросль бьется за место у кормушки (полученные деньги всё равно будут хранить на Западе). В конце концов, договорившись создавать силовой блок корпорации, уже под утро разошлись по своим комнатам.

Следующий день в корне поменял все договорённости и решения – силовой блок отступил на задний план. И виновником всего этого стал самый воинственный член правления корпорации – Миша. А случилось вот что: этот бывший спортсмен, как обычно, рано утром облился привезённой водой из озера Смолино. В его джипе этих канистр с водой, привезённых из Челябинска, было штук пять. И обливаться он стал вблизи озера, чтобы потом сразу нырнуть в пресную воду. Хотя наступил уже сентябрь, но в озере можно было ещё купаться. Вроде бы ничего особенного, стандартное поведение Миши – заплыв, а потом пробежка и, как следствие этого, хорошее настроение и отличный аппетит на общем завтраке. На нём он веселил не выспавшихся, хмурых совладельцев корпорации. А потом после этого завтрака опять были споры и разработка новой структуры, которая очень солидно смотрелась на схеме, а в итоге весь этот выброс энергии оказался совершенно бесполезным. Жизнь сама показала, чем нужно заниматься, но это случилось уже после обеда и инспекционного рейда по всем объектам реконструируемого пионерского лагеря, когда все уже под вечер собрались на берегу озера, чтобы хоть немного отдохнуть в эти последние погожие дни. Покушать шашлычка с хорошим красным вином, поболтать о жизни – одним словом, хоть немного отвлечься, сбросить неимоверную психологическую нагрузку.

Лучшее место для этого было там, где утром Миша делал зарядку и обливался солёной смолинской водой. Сбоку той площадки стояла беседка, а рядом был мангал. Вот туда все и направились, но в беседку так и не попали, да и вообще все эти посиделки закончились, так и не начавшись. А причиной этого стал Сергей – он первый пошёл на место намечающегося пикника, гружённый мясом и вином. Уже практически добравшись до цели, опустил всю поклажу на землю и принялся осматривать поверхность площадки перед беседкой. Вместо мелкого белого песка (такого же, как лежащий у самой кромки воды) часть поверхности этой небольшой площадки превратилась в гранитную плиту – это впечатление навевала твёрдость необычного материала. Цветом он, конечно, не походил на гранит, но ощущением своей твёрдости и монолитности навевал такое впечатление. Вскоре уже все члены правления, забыв про всё, изучали этот материал – Иван, не поленившись, сбегал за лопатой и ломиком, и после этого, чередуясь (так как тяжело было непрерывно долбить тяжёлым ломом), мужики пытались отломить хотя бы маленький кусочек от образовавшейся плиты. Но всё было тщетно, плита не поддавалась мускульным усилиям. Тогда Сергей побежал за техникой – один из экскаваторов работал совсем недалеко, рыл котлован под фундамент седьмого корпуса. Через полчаса уже экскаватор пытался расколоть образовавшуюся из неизвестного материала плиту. Сначала долбил поверхность специальной отбойной насадкой, затем ковшом попытался выкопать это новообразование. Но ничего не удавалось – ни расколоть плиту, ни выкопать её из песка. Под тонким слоем песка была скала, и плита как будто в неё вросла, образовав единый монолит.

Отправив экскаватор на стоянку строительной техники – уже начало темнеть, и рабочий день закончился, озадаченные исследователи (по-другому их теперь было назвать невозможно) уселись на край траншеи, выкопанной вдоль плиты, и начали обмениваться мнениями. Во-первых, все согласились, что новообразование – это совершенно неизвестный материал; во-вторых, что он образовался в результате полива местного песка солёной водой из озера Смольное; и, наконец, в-третьих, что это открывает грандиозные перспективы для корпорации.

О грандиозных перспективах первым завёл речь Сергей. Возбуждённый, с блеском в глазах настоящего маньяка, он чуть ли не кричал:

– Охренеть можно! Материал крепче легированной стали! Вон экскаватор даже царапин на плите не оставил. Да вы хоть представляете, какие дороги из этого песка можно делать? Его здесь горы – всю Россию можно обустроить! И вся эта импортная техника не нужна будет – самосвальными КамАЗами завезти песок, бульдозерами его спланировать и затем пролить получившуюся дорожную подушку смолинской водой из цистерн. Да на строительстве таких дорог корпорация заработает больше денег, чем распродавая найденные марки и картины. Блин, вот только нужно долговечность его исследовать и стойкость к перепаду температур.

После этого выкрика начался чуть ли не научный совет – посыпались предложения: что исследовать, где и как. Вопрос упёрся в наличие образцов для лабораторных исследований. В решении этой проблемы самым сообразительным оказался Борис Михайлович, он заявил:

– А что тут мудрить и тащить сюда тяжёлую технику или применять взрывчатку, чтобы расколоть эту плиту? Песка здесь полно, смолинская вода в канистрах имеется – повторить эксперимент, и всё. Только теперь не поливать песок бессистемно, а дозированно насыпать его на полиэтилен, чтобы новый материал не сцепился со скалой, и пролить эти порции песка разным количеством воды. Таким образом, мы уже сейчас сможем узнать, сколько нужно воды, чтобы образовался новый материал.

Эти слова послужили как бы сигналом к действию – тут же Мишу и Романа отправили за канистрами с водой, Сергей с Иваном пошли в пищеблок, взять там полиэтиленовые пакетики и тарелки (их тоже было решено использовать для эксперимента), а остальные остались, готовить площадку и носить песок из разных мест пляжа. Кроме посещения пищеблока Сергей должен был поручить прорабу строителей срочно доставить к этому месту бензогенератор с прожекторами и осветить место проведения эксперимента. Становилось совсем темно, а до утра никто не хотел ждать.

Раскладывать порции песка на полиэтиленовые пакеты и в разовые тарелки начали только часа через полтора – столько времени у электриков заняла работа по освещению площадки и беседки. Ещё столько же сами экспериментаторы раскладывали образцы и заполняли формуляры на каждый – там было указано, сколько смолинской воды вылито на образец. Была истрачена вся вода, привезённая Мишей. На его недовольное бухтение Сергей заявил:

– Бычара, хватит стонать! Тут такие дела решаются, а ты о своём моционе печёшься! Ничего с тобой не случится, если завтра утром не обольёшься солёной водой. Приедешь в Челябу, там хоть улейся ею. А вообще, Миш, нужно подумать, как прикупить ту заброшенную шахту, где ты берёшь эту воду. И участок земли, примыкающий к самому озеру, срочно нужно приобретать. Вроде я слышал, что бывший пансионат «Маяк» продаётся. Конечно, как озеро траванули, то дураков нет там отдыхать. Да… а раньше там было получше чем на море – загорай на песочке и купайся в спокойной тёплой воде!

Когда закончили работу, была глубокая ночь – слава богу, была сухая погода, и образцы разместили не только под крышей беседки, но и на песке вокруг неё. Удовлетворённо осмотрев плоды своей работы, исследователи в предвкушении завтрашних открытий отправились на свои спальные места.

Примерное время, которое нужно для образования нового материала, было известно, поэтому встали поздно, но всё равно не удержались и, даже не позавтракав, бросились на берег озера осмотреть результаты эксперимента. Увидев полученные образцы материалов, все и забыли про такую вещь, как завтрак, какое тут, к чёрту, чувство голода, когда руки ощупывали пластины из совершенно нового материала. Так что, пока не осмотрели все образцы, не испытали их подручными средствами, никто и не вспомнил о нарушении распорядка дня. Только когда всё аккуратно загрузили в специально подготовленные строителями два тентовых КамАЗа, Сергей воскликнул:

– Ну, всё, хватит себя гнобить – война войной, а пожрать нужно! Пошли, мужики, перекусим и вперёд в Челябинск. Там в Универе мой друган аспирантом пашет – вот через него и выйдем на самых лучших специалистов, Финансами институт не обидим – пусть лучшие силы подключают к исследованиям.

Все с этими словами сразу согласились – голод он не тётка. Но даже несмотря на разыгравшийся аппетит, дискуссия по поводу нового материала во время завтрака прерывалась только на торопливое заглатывание пищи и судорожное заливание её чаем. А потом началась беготня и подготовка к отъезду. Не принимал в этом участие только Сергей – он обзванивал нужных людей, договариваясь, чтобы без проволочек организовали лабораторные исследования привозимых образцов созданного в научном центре корпорации уникального материала. При этом упирал, что, как патриот Челябинска, он настоял перед правлением корпорации, чтобы исследование провели здесь, а не отсылали в Москву. Но его влияние на правление не безгранично, и если исследование затянется, то этим займутся в Москве и, соответственно, средства, предусмотренные на это, утекут туда же. Даже когда уже всё было подготовлено и загружено в машины и небольшая колонна тронулась в путь, Сергей, устроившись на переднем пассажирском сиденье «Лендкрузера», продолжал звонить по сотовому телефону.