Чтение онлайн

– Ясно, – пробормотал Грэй. – Это доказывает, что в голове у тебя гремучая смесь.

– Слушай, забудь про маскировку, сейчас гораздо важнее придумать, что надо делать, чтобы хоть кто-нибудь из антирабской кампании остался в живых, – сказал Эльдорадо. – Я думаю, что после того, как Ричмонда убили, правительство еще могло бы оставить нас в покое, а вот после той пурги, которую гонит с трибуны Морвис, нас вообще начнут отстреливать на улицах военные отряды.

– Надо сказать, ты трезво мыслишь, – кивнул Грэй. – А то, что ты меня узнал в этой толпе, вообще невероятно. Ну да ладно, к делу. Морвис тоже не жилец, это ясно. Однако если спецслужбы и его уберут, до людей начнет доходить, что все, сказанное им – правда. И тогда может начаться бунт. А может и не начаться – все зависит от того, как поведет себя правительство.

– А нам чего делать, чтобы спастись от всепоглощающего гнева Парэраса и Родэрваласа? – спросил Эльдорадо.

– Пока я точно не знаю, – ответил Грэй. – Слишком много вариантов. Надо подождать, как отреагирует правительство на все это безобразие, что сейчас творят наши руководители – после гибели Ричмонда у них абсолютно снесло крышу.

– То есть, надо посмотреть, кого убьют следующим, – заключил Эльдорадо. – А что, если меня или тебя?

– Меня-то вряд ли, потому что я официально с вами никак не связан, – ответил Грэй. – И тебя тоже вряд ли, ты ведь даже в список постоянных членов не входишь, Ричмонд не успел тебя туда занести, хотя я ему говорил, что ты нам пригодишься.

– Спасибо, – сказал Эльдорадо.

– Теперь получается, что это нам на руку – ну, то, что Ричмонд не успел внести тебя в список, – продолжал Грэй. – Пусть пока руководство разбирается – может, правительство захочет уладить все миром. А если не захочет, то без труда сметет наше руководство. И когда антирабская кампания останется без руководства, тогда и наступит наш черед действовать.

– Тебе зачем-то надо избавиться от руководства? – спросил Эльдорадо.

– Да нет, почему же, – ответил Грэй. – Просто ты же сам знаешь, что ни Морвис, ни остальные ребята со стажем нас не послушают, у них просто мозгов не хватит рассчитать события на несколько дней вперед – ну, нет у них шпионского образования. У Ричмонда оно было, потому-то он и возглавлял всю эту банду. Он бы прислушался к нашему мнению, да только теперь поздно уже. Парэрас все правильно рассчитал – без лидера с определенными навыками антирабская кампания – просто сборище идиотов. Теперь я хочу тебя спросить, Эльдорадо, у тебя какое-нибудь шпионское образование есть?

– Сугубо мирное, – ответил Эльдорадо. – Я учился в Университете Квартала, ходил на спецкурсы по теории управления, учился предвидеть ситуации, конструировать модели развития событий, опираясь на данные психологических портретов, еще ходил в кружок, который занимался разработкой альтернативной программы развития Квартала на долгосрочную перспективу, ну и все такое.

– Понятно, – с уважением произнес Грэй. – Тогда не зря я на тебя рассчитывал. Мы с тобой будем брать ситуацию в свои руки, потому что, если мы ее не возьмем, то… нам конец, одним словом.

– Ясно, произнес Эльдорадо. – И ты предлагаешь нам ждать, пока что-то случится?

– Да, – ответил Грэй. – Потому что когда что-либо случится, мы сможем, оттолкнувшись от этого, выстроить модель на будущее и определить нашу тактику и стратегию. Ладно, сейчас я пойду, пока меня больше никто не узнал, увидимся завтра.

– Хорошо, – сказал Эльдорадо. – До встречи.

Грэй растворился в толпе, а Эльдорадо подошел к Крулсу.

– С кем это ты разговаривал? – спросил Крулс, явно не узнавший Грэя.

– Да так, человек один спрашивал, что стало с выкупленным нами рабом, – усмехнулся в ответ Эльдорадо.

– С каким рабом? – спросил Крулс.

– Которого ты изображал, – ответил Эльдорадо.

– И что ты ему сказал? – ужаснулся Крулс.

– Не волнуйся, я ему такого наплел, что никто теперь не сомневается, что мы действительно выкупили раба, а не разыграли все это ради денег, – ответил Эльдорадо.

– Спасибо, – облегченно вздохнул Крулс.

Между тем на митинг антирабской кампании обратил внимание отряд полиции. А обратив внимание, отряд полиции начал разгонять митингующих дубинками и слезоточивым газом. В тот же день Парэрасу донесли о том, что Морвис городил с трибуны. Ни Эльдорадо, ни Крулса полицейские вообще не видели – Эльдорадо вовремя догадался сделать ноги с митинга.

Спустя пару дней на похоронах Ричмонда собрался не менее многочисленный митинг. Ричмонда похоронили в довольно живописном месте – он заранее купил место на одном из лучших частных кладбищ Квартала. Правда, место Ричмонд купил в кредит и пока не полностью выплатил его стоимость, но активисты опять сбросились и доплатили.

Это кладбище называлось «Ни пуха, ни пера» – возможно, владелец так странно перевел поговорку «пусть земля тебе будет пухом», а возможно, это было связано с верованиями кошандийцев. На кладбище «Ни пуха, ни пера» было довольно много кошандийских захоронений, а кошандийцы предпочитали кремацию, что не мешало им возводить умершим скульптурные памятники, если на то были деньги. По поводу кремации у них была своя поговорка «пусть не останется от тебя ни пуха, ни пера». Возможно, эта поговорка насчет пуха как-то связана с тем, что каждый кошандиец периодически линял, а откуда в поговорке взялось перо, уже не помнят даже сами кошандийцы, но это, в принципе, не столь важно.

Однако хотелось бы отметить, как оригинально выглядели захоронения кошандийцев – если не было скульптуры, то могила представляла собой небольшое углубление в земле, куда закапывали маленький металлический ящичек с прахом. Сверху все ящички были накрыты каменными табличками с именем покойного. А иногда рядом стояла скульптура или бюст. Кажется, кроме праха усопшего кошандийцы клали в ящичек и какую-нибудь мелочь из его вещей, упомянутую в завещании – каждый кошандиец выбирал себе вещичку, которая должна была после смерти служить проводником между его духом и миром живых.

Что ж, о традициях кошандийцев мы обязательно вспомним в нужный момент, однако сейчас вернемся к митингу, который активисты антирабской кампании устроили прямо перед кладбищем, где только что торжественно похоронили Ричмонда. Мимоходом заметим, что Эльдорадо, оглядев кошандийские захоронения, подумал: «По крайней мере, сколько места экономят!»

Морвис снова стоял на трибуне и подбивал толпу выступить против правительства, разгромить Белый Дом, повязать Парэраса, пока он сам не повязал всех остальных, ну и так далее. Эльдорадо, на всякий случай замаскировавшись под полного идиота по примеру Грэя, стоял неподалеку от трибуны и внимательно оглядывал толпу. После Морвиса выступали и другие друзья Ричмонда. Эльдорадо заключил, что все они до сих пор не оправились от эмоционального шока, вызванного убийством их лидера – все как один были возбуждены, возмущены и призывали толпу громить все подряд. Толпа между тем тоже была слегка разгоряченной – может быть, сказались вчерашние полицейские дубинки.

«Интересно, что Парэрас собирается делать со всем этим стадом? – подумал Эльдорадо. – Ясно, что оставлять в живых Морвиса и всех наших новых „лидеров“ опасно. Причем опасно не только для Парэраса, но и для нас. Если они действительно каким-то чудом поднимут толпу на погромы, хреново будет всем, потому что тогда-то Парэрас с Родэрваласом уж точно в долгу не останутся. Да, надо бы с ними со всеми что-то делать. И надо придумать, что именно. И куда подевался Грэй, когда как раз он-то и нужен?!»

Возможно, Эльдорадо и придумал бы, что надо делать, но тут вдалеке показался очередной отряд полиции и наш герой поспешил удалиться с кладбища.

Вечером Эльдорадо сидел дома и слушал радио. По радио крутили «Queen», затем «Uriah heep». Эльдорадо автоматически начал переводить слова песни «Uriah heep». Слова были примерно такие: «Проснись, отстаивай свои взгляды, мы ни за что не потерпим поражение, нужно постоять за свои права и справедливость восторжествует, может быть, ты сидишь перед окном, глядя в бесконечную ночь, и ищешь какое-то решение, но помни, что ты должен сыграть свою роль…» Эльдорадо не все понимал в быстрой песне на английском языке, но хорошо разобрал припев и еще одну строчку – «прекрати бесконечные убийства, пока сам не умер». note 3