Чтение онлайн

Фурия распахнула дверь, преградив им путь, и прошипела:

— Стоп!

Тёмная лампочка качнулась и осветила лицо Фурии. Подушки кожаного кресла, казалось, сгрудились, словно рука, сжатая в кулак.

— Мамочки, мамочки… — робко повторяло кресло, чувствуя опасность.

— Хорошо, что ты тут! — проскрипела лампа. Она не растеряла уверенность в себе. — Мы просто хотели найти мальчика и…

— Вы производите столько шума, что каждый из этих ребят внизу может вас услышать и подняться сюда! — хрипло зашептала Фурия. — Так что замрите — и ни шагу отсюда, понятно?

Из обивки раздался трескучий голос кресла:

— Мы собирались лишь…

— Ни слова больше! — перебила его Фурия.

Тут хрустнул металлический сустав лампы, и Фурия повернулась к ней:

— Это и тебя касается!

Абажур стыдливо опустился.

— Я сама позабочусь о Пипе. Если вы действительно хотите помочь, проследите за тем, чтобы через эту дверь никто не прошёл. И заблокируйте выход из лифта.

Кресло резво пододвинулось к двери:

— Будет сделано!

Лампа, словно на цыпочках, подошла к лифту и вставила свои металлические ножки в щель шахты лифта. Пока раздвижная решётка была открыта, привести механизм в действие было невозможно. Лампа вскинула абажур, будто пытаясь показать, что готова пожертвовать жизнью, защищая этот лифт.

— Замечательно! — похвалила Фурия. — Продолжайте в том же духе.

— Ладно-ладно, — сказала лампа.

— Я могу стать тяжёлым, как шкаф! — пропыхтело своими подушками кресло. — Как шкаф, битком набитый книгами и папками!

Фурия развернулась и пошарила вокруг лучом фонарика. Повсюду, куда только хватало взгляда, громоздилась мебель, накрытая пыльными чехлами. Сверху — кривые балки, на которые опирались фронтоны крыши. Где-то заворковали голуби. Девочка сделала несколько шагов, и одна птица испуганно взвилась в воздух, но разглядеть её в темноте Фурия не могла.

— Пи-ип! — напряжённо позвала она. Девочке хотелось и кричать, и шептать одновременно. — Пип, выходи! Я же знаю, что ты здесь!

Под одним из чехлов что-то зашумело. Вдруг снаружи раздался грохот, кто-то пытался выломать дверь, которая вела на лестницу. Кресло вздрогнуло, но не отодвинулось ни на сантиметр. Его подушки, словно мышцы, надулись от напряжения. Незнакомец что-то крикнул, и дверь опять задрожала. Кто-то снова и снова пытался её проломить.

Фурия побежала в глубь чердака, сквозь ряды зачехлённой мебели, и на сером полу, покрытом толстым слоем пыли, обнаружила следы Пипа, заметив, что и сама оставляет после себя чёткие отпечатки.

— Пип! — снова прошептала девочка. Она не знала, как долго кресло сможет сдерживать натиск непрошеных гостей. Кроме того, на чердак вело ещё две лестницы: одна поднималась от главного входа, а другая — с северного крыла. — Пип! Где ты?

Она подошла к проходу между составленных штабелями столов. Следы Пипа раздвоились — наверное, сначала он побежал в одном направлении, а затем в другом. Уйти далеко Пип не мог: времени у него было не так-то много, он наверняка прятался где-то совсем близко.

Шум у двери становился всё громче.

Это были не просто грабители, которые позарились на драгоценности и деньги. Рано или поздно они найдут способ выманить из дома всех обитателей. В крайнем случае подожгут дом.

Фурия тревожилась о Вэкфорде и Паулине. Ведь они не бросят Фурию и Пипа на произвол судьбы. Она старалась вытеснить мысли об отце, но воспоминания о его застывшем, мёртвом лице снова и снова атаковали её.

— Фурия! — Из-под какого-то стола вдруг раздался звонкий голос Пипа. — Я здесь, внизу!

Девочка радостно заглянула под стол и увидела руку, торчавшую между двумя полотнищами чехлов, свисавшими, будто театральный занавес.

Мебели здесь было так много и она была сложена такой плотной горой, что взрослому протиснуться внутрь было практически невозможно. Даже Фурии стало тесно в узких проходах.

— Иди сюда! — крикнул Пип.

— Не так громко!

Опустившись на четвереньки, Фурия поползла под башню из пыльных столов. Пип отодвинул ткань и пропустил девочку в свой тайник. Луч фонаря осветил его клоунское лицо.

— Ты их видела? — спросил он.

— Они уже повсюду.

Пип серьёзно кивнул:

— Клоуны.

— Нет, не клоуны. Обычные люди.

Всё было не совсем так, но сейчас не время излагать брату свои догадки по поводу пришельцев. Обычными людьми они уж точно не были.

Пип хотел что-то возразить, но тут снова послышался грохот — ещё сильнее, чем прежде. Затем раздались голоса и шум отодвигаемой мебели. Наверное, на дверь бросились сразу несколько чужаков, и теперь все они уже собрались тут, на чердаке.

— Вот сюда, — прошептал Пип.

Фурия почувствовала, что без фонарика она совершенно ничего не увидит. Но, с другой стороны, светить им было слишком рискованно: они могли выдать себя чужакам.

— Выключай, даже не сомневайся! — шёпотом сказал Пип. — Я отлично здесь разбираюсь, даже в темноте.

Фурия нехотя повиновалась.

— Нам нужно спуститься с чердака, иначе они нас найдут.

— Куда же нам идти?

— Подальше от дома. Сначала в парк, а затем на холм.

— Где папа?

Избежать этого вопроса было невозможно. На несколько секунд у Фурии перехватило дыхание, она в панике обдумывала, что же ответить брату.

— Он не может нам помочь, Пип.

— Они сделали ему больно?

— Не эти люди.

Это было слишком сложно, и сейчас она не могла об этом говорить.

— Он умер, — заключил Пип. — Ведь так?

Каким-то образом Фурии удалось собраться с силами, и с её пересохших губ слетело сдавленное:

— Да.

Затем они молча поползли дальше, всё углубляясь и углубляясь в лабиринт из старых, ненужных вещей.

Голоса мужчин доносились отовсюду. Потолки в резиденции были такими высокими, что картины и извилистые переходы не могли подавить громогласное эхо.

— Здесь есть следы! — закричал кто-то из чужаков.

К его голосу присоединились и другие, среди них был и женский. Мужчины не были библиомантами — это Фурия отчётливо ощущала. Но женщина казалась ей особенно опасной. Женщина приказала никому не двигаться с места. Фурия чувствовала потоки энергии, поднимавшиеся из глубины дома. Незнакомку наполняли силы библиомантики, она черпала их из тысяч книг, хранившихся в резиденции.