Чтение онлайн

Неудачи советских войск в начале войны были вызваны, главным образом, вероломностью нападения гитлеровской Германии и наличием ряда временных, но серьезных преимуществ у немецко-фашистской армии. Это преимущество прежде всего состояло в том, что враг сосредоточил к западным границам СССР полностью отмобилизованную, огромнейшую армию, имевшую богатый опыт ведения современной войны. Гитлеровская военная машина использовала людские и материальные ресурсы многих европейских государств. В то же время Советский Союз не привел свои Вооруженные Силы в повышенную боевую готовность к отпору агрессору. Располагая, в отличие от Германии, только своими ресурсами, СССР к началу войны не перевел экономику на военные рельсы. В связи с этим не было завершено и техническое перевооружение войск.

Все это произошло главным образом вследствие допущенного Сталиным просчета в оценке военно-политической обстановки, считавшего, что наличие пакта о ненападении гарантирует нас на ближайшее время от войны с Германией. В результате этого не были своевременно приняты все необходимые меры по усилению обороны страны и, особенно, по приведению войск приграничных округов в боевую готовность.

Сталин располагал достоверными сведениями о сосредоточении и развертывании немецко-фашистской армии у наших границ и ее подготовке к нападению на Советский Союз. Но он расценивал их как провокационные, преследовавшие цель толкнуть советское правительство на такие ответные шаги, которые могли быть использованы фашистской кликой для нарушения пакта о ненападении. По этой причине Сталин, единолично решавший важнейшие военные вопросы, в начале июня 1941 г. запретил командующим западных приграничных округов выводить войска в укрепленные районы и приводить их в состояние повышенной боевой готовности. Те мероприятия, которые были в этом направлении проведены накануне войны, оказались недостаточными или запоздавшими.

Вероломное нападение немецко-фашистской армия, при отсутствии надлежащей боевой готовности войск приграничных округов к отражению агрессии, поставило последние в неравные условия борьбы. Советская Армия вступала в сражение по частям и, вследствие численного превосходства противника и господства его авиации в воздухе, была вынуждена вести тяжелые оборонительные бои и отступать в глубь страны. Обстановка для Советских Вооруженных Сил сложилась исключительно тяжелая. А не допусти Сталин такой грубой ошибки, фашистская Германия в самом начале войны получила бы сокрушительный отпор. Оправдывая впоследствии свой просчет, он пришел к неправильному выводу, что агрессивные нации, как нации, готовящиеся к войне в течение длительного срока и накапливающие для этого силы, бывают обычно — и должны быть — более подготовлены к войне, чем нации миролюбивые, не заинтересованные в новой войне.

В вопросе укрепления обороноспособности своей Родины мы всегда руководствовались учением В. И. Ленина. Великий Ленин учит: «Наши шаги к миру мы должны сопровождать напряжением всей нашей военной готовности». [163] Особую значимость это указание Владимира Ильича приобретает в настоящее время, когда американские империалисты и западногерманские милитаристы усиленно готовятся к новой мировой войне. «В этой обстановке, — говорит Н. С. Хрущев, — у нас есть лишь один путь: крепить свою мощь, создавать самое мощное оружие, каждую минуту быть готовыми к отражению нападения агрессоров». [164]

Одной из причин наших неудач являлось также несвоевременное отмобилизование и сосредоточение войск на театре военных действий. В результате этого командующие фронтами и армиями не имели достаточных сил для нанесения мощных контрударов и заблаговременной организации непреодолимой обороны на тыловых рубежах. Это не позволило сорвать наступление противника и перейти в контрнаступление с целью разгрома его ударных группировок и перенесения боевых действий на вражескую территорию.

Вместе с тем неудачи наших войск обусловливались незавершенностью перевооружения их новой материальной частью. В предвоенные годы проводилась реорганизация Советской Армии, была значительно повышена ее техническая мощь и выучка личного состава. Однако массовое производство новой боевой техники (танков, самолетов, противотанковых и зенитных средств) не было налажено, в результате чего наша армия по уровню технического оснащения несколько уступала гитлеровской армии. Особенно это относится к танковым и авиационным частям и соединениям. Новой боевой техники в войсках было еще мало, к тому же она поступала непосредственно накануне войны, и поэтому многие танкисты и летчики полностью не овладели ею. Свидетельством этого являются большие потери танков КВ, броня которых не пробивалась вражеской артиллерией средних калибров. Эти потери объяснялись в первую очередь недостаточной технической подготовкой экипажей, низким знанием ими материальной части танка. Были случаи, когда экипажи не могли устранить неисправности остановившихся танков и поэтому были вынуждены подрывать их. [165] В танковых и моторизованных соединениях положение усугублялось еще и тем, что они находились в стадии формирования, не имели необходимого количества боевой техники и не были, по существу, сколочены. Вследствие этого механизированные корпуса при нанесении контрударов редко давали должный эффект. Они не всегда использовались массированно с целью достижения успехов на решающих направлениях.

Не всегда осуществлялось и массирование авиации для завоевания господства в воздухе и поддержки наземных войск. В связи с тем что в первый день войны противник уничтожил на аэродромах много наших истребителей, особенно новых конструкций, бомбардировщики часто были вынуждены летать на выполнение боевых заданий без прикрытия истребителей. В результате этого бомбардировочная авиация действовала, как правило, рассредоточено и несла большие потери.

В то время как в Советской Армии слабо организовывалось взаимодействие между пехотными, танковыми и авиационными соединениями, противник наносил мощные удары, как правило, при поддержке крупных сил авиации. Это обеспечивало врагу прорыв обороны советских войск и развитие наступления на большую глубину.

Незавершенность инженерного оборудования театра военных действий также, конечно, отрицательно отразилась на ведении, обороны Советскими Вооруженными Силами. Особенно неблагоприятно сказалось отсутствие заблаговременно подготовленных в инженерном отношении оборонительных рубежей в оперативной глубине вдоль водных преград, которые могли стать серьезным препятствием на пути вражеских войск. Однако следует подчеркнуть и то обстоятельство, что если бы построенные к началу войны в приграничной зоне укрепленные районы и полевые оборонительные рубежи были своевременно заняты войсками, то, даже при условии незавершенности их оборудования, они могли сыграть важную роль в срыве вражеского наступления. Это подтверждало и немецко-фашистское командование. Оно неоднократно указывало, что советские укрепления преодолевались ими сравнительно легко. Только потому, что они не были заняты войсками. Там же, где в укреплениях располагались войска, они становились, по признаниям гитлеровцев, трудно преодолимыми.

Стремясь прикрыть всю назначенную полосу обороны, командующие армиями и командиры соединений и частей, как правило, организовывали оборону на широком фронте. Стрелковые дивизии оборонялись в полосах шириной от 20 до 50 км. При значительном недостатке сил и средств это приводило к тому, что оборона была неглубокой, неустойчивой в противотанковом, противоартиллерийском и противовоздушном отношениях. Слабым местом нашей обороны в целом являлась противотанковая оборона. Из-за недостаточного количества противотанковой артиллерии не удавалось создавать глубину противотанковой обороны. По этой же причине в частях и соединениях, как правило, не выделялись артиллерийско-противотанковые резервы. Неустойчивость обороны в противотанковом отношении обусловливалась также недостаточным применением минно-взрывных средств для устройства заграждений. Так как инженерные части были застигнуты врасплох на границе и понесли большие потери, в начале войны они всесторонне обеспечивать войска в инженерном отношении оказались не в состоянии.

Оперативное построение и боевые порядки войск в обороне были, как правило, одноэшелонными. В резерв командарма выделялись 1–2 дивизии, а командующего фронтом — 1–2 корпуса. Располагаясь вдоль фронта равномерно, войска нередко организовывали линейную оборону. Стыки и фланги обеспечивались слабо, местность в инженерном отношении оборудовалась недостаточно. Те участки фронта, на которых удавалось создать устойчивую оборону, как правило, обходились противником. Имея большое количество автомашин и бронетранспортеров, вражеские войска маневрировали вдоль фронта. Встретив упорное сопротивление, противник начинал искать слабое место в обороне советских войск, каким обычно являлись стыки и фланги. Перебросив туда главные силы, вражеские группировки вновь продолжали стремительно продвигаться вперед. Перегруппироваться на новое направление в короткие сроки и остановить наступление противника советские войска не могли, так как не располагали необходимым количеством транспортных средств. Недостаточная моторизация не позволяла нашим войскам маневрировать, своевременно выходить в нужные районы и вести упорную борьбу с врагом.

Отход войск с одного оборонительного рубежа на другой, как правило, вынуждался обстановкой и осуществлялся под сильным огневым воздействием артиллерии, танков и авиации. Заблаговременная подготовка рубежей и организация устойчивой обороны в армейском и войсковом тылу осуществлялись редко. Вследствие этого наши части в случае вынужденного отхода оказывались не в состоянии быстро закрепиться на новом рубеже и остановить наступление немецких танковых соединений.

И все же, несмотря на тяжелые условия боевых действий, советские воины вели активную оборону, характерными особенностями которой были контратаки и контрудары. Активные действия позволяли войскам наносить большие потери врагу, рассредоточивать усилия его ударных группировок и выигрывать минимально необходимое время для подготовки обороны в оперативной глубине. Правда, контрудары и контратаки не всегда давали желаемый результат. Это происходило вследствие того, что командующие объединений и командиры соединений, не имея опыта в ведении боевых действий, иногда допускали существенные недостатки при организации и осуществлении их. Были случаи, когда соединения и части, входившие в состав ударных группировок, своевременно не выходили в указанные районы. Вследствие этого удары наносились слабыми силами, вводимыми в сражение (бой) по частям. Нередко ударные группировки наступали в широких полосах, распыляя силы и средства по всему фронту; удары наносились не под основание вклинившихся вражеских войск, а в «острие клина» — по не расстроенной и не подавленной огнем группировке противника. При продвижении вперед войска слабо закрепляли достигнутые успехи, в результате чего противник повторным наступлением отбрасывал наши части на исходные рубежи.

Многие недостатки как в принятии решений на оборону и наступление, так и в организации боевых действий обусловливались недостаточным знанием положения войск противника и его намерений. Разведка, как наземная, так и воздушная, велась нецелеустремленно. Штабы редко ставили задачи войскам на ведение разведки в бою. Даже полученные разведывательные данные иногда оставались неиспользованными, так как низшие штабы не сообщали их высшим, а последние не могли сделать на основе их должные выводы и проинформировать другие низшие штабы и соседей. В результате этого редкими были случаи, когда командир принимал решение, имея более или менее точные данные о противнике.