Начало. Дневник помощника прокурора
Шрифт:
Итак, задание надо выполнить к 01.07.1981 г., а нам с Мариной Львовной к завтрему.
26.06.1981
С утра таскался по отделениям, собирал цифры и другие полезные сведения. В ИВС трое. Два вора и один чердачник.
Пришёл в контору к 18-00. Тут же накинулись Валерий Павлович и Игорь Яковлевич с упрёками, что им не были представлены протоколы утренних допросов задержанных ИВСников. Без моих протоколов им двух воров, пойманных с поличным, было трудно арестовать.
Началось партсобрание. С обширным докладом на тему о трудовой дисциплине выступил Валерий Павлович. В результате обсуждения вся дискуссия свелась к тому, что многие при уходе из конторы не записываются в журнал разъездов. Поскольку подобный грех водился и за мной – влетело.
Неизвестно что лучше – не записываться и быть, либо записываться и не ходить.
29.06.1981
В ИВС один человек. Вор.
Выложил Игорю Яковлевичу плоды своих поисков, предпринятых в пятницу. Игорь Яковлевич задал три-четыре вопроса и попросил всё же довести проверку в 46 о/м до конца (там я не видел КП-2).
После обеда зашагал в 46 о/м. Дежурил Серёжа Репин.
– Дай, - говорю, - мне КП-2.
– Извини, - говорит, - Володя, но не дам. Начальник запретил тебе давать.
Пошёл искать Петровича. Кузнецов отсутствовал. Загрустил я малость и хотел, было, домой уходить, но решил ещё раз напоследок испытать счастья. Спустился в дежурку.
– Дай, - говорю, - мне дело проверочных материалов (это куда телефонограммы, зарегистрированные в КП-2 списывают). А сам думаю, что если начальник запретил мне КП-2 давать, то до запрета выдавать дело проверочных материалов наверняка не додумался. Это и для Серёжи Репина выход. Потом с чистой совестью скажет, что КП-2 мне не давал.
Серёжа Репин меня с пониманием выслушал и отвечает: - Возьми, де-мол, в канцелярии, я его туда отдал.
Пошёл наверх. Секретарша мне дело выдала, и я всё, что хотел, посмотрел. А в соседнем кабинете сидел Иван Петрович Кузнецов собственной персоной. Он как раз вернулся. Сидел и хрюкал на какого-то опера.
Я потихоньку дело сдал и удалился. А вечером пошёл с Татьяной Валентиновной в Колонный зал Дома Союзов на вечер творчества А. Луговского, где в буфете отравился рыбой. (И ведь съел всего один бутерброд).
У нас практиканты. Нам с Мариной Львовной выдали по штуке.
30.06.1981
Конец квартала. Игорь Яковлевич оказался не в курсе, что нужно делать и какие именно справки писать. Валерий Павлович накинулся на меня. А я тоже не знал, что, кроме форм № 1 и № 2, ещё нужно делать, потому, как всеми этими делами Михаил Трофимович заправлял.
Кое-как доказал это Валерию Павловичу. Но от Игоря Яковлевича это меня не спасло. Сделал отчёт по восстановленным на учёт преступлениям, отчёты по форме № 1 и по форме № 2.
Игорь Яковлевич поклялся, что неделю делами текущими заниматься не будет, а сядет штудировать статистику. Интересно, чем это кончится.
Марина Львовна до позднего вечера делала эту проклятую городскую справку. Потом печатала. Игорь Яковлевич изредка подносил ей очередные листы своих дополнений.
Практиканты пили пиво и ходили за материалами.
01.07.1981
В ИВС один тип. Убил камнем мужика (ст. 108 ч. 2УК), возможно, при необходимой обороне.
Игорь Яковлевич ездил в город, представлял справку. Вернулся около 12-00 и уединился с Валерием Павловичем. Потом вышел, собрал нас и заявил, что получил вздрючку от Колоскова (МГП) за то, что в справке вскрыто мало недостатков и, получается, что у нас всё хорошо.
Рассказал, что, несмотря на распоряжение, справу к сроку представили только 12 районов. Из 12 представленных приняли только две справки. Один зам вылез и стал доказывать, что у них, так же, как и у нас, всё хорошо. Колосков вызвал какого-то мужика, сказал, чтобы тот бросил все дела, поехал с докладчиком на место и всё заново проверил. Сведения должны быть у него завтра к 10-00.
Набитый такими сведениями, Игорь Яковлевич стал требовать у меня материалов. Я сказал, что одним владением материалов вопрос к завтрему не решить, т.к. все материалы требуют дополнительной проверки.
Не знаю, что вынес Игорь Яковлевич из нашего разговора, но сел в машину и вместе со мной поехал по отделениям. Посмотрел Игорь Яковлевич КП-2, взглянул на материалы проверок, покачал головой, и мы поехали назад.
После обеда прибежал Валерий Павлович и велел снять с учёта дело по ст. 96 ч. 1 УК, которое мы возбудили по краже афиши (экспоната) из музея В. Маяковского. Сказал, что ему было стыдно разговаривать с розыском из-за такой мелочи.
Между тем, в материалах были четыре справки из различных ведомств. Прижизненная афиша В. Маяковского оценена, соответственно, в 5 руб., в 20 руб., в 30 руб. и в 100 руб. Коли уж на то пошло, там была чистая ст. 89 ч. 2 УК, т.к. афишу вынули из стенда, где она была привинчена. Кроме того, в музее экспонируются, как правило, копии. А это был, как ни странно, подлинник.
В общем, с учёта сняли.
Игорь Яковлевич велел мне делать отчёт по восстановленным на учёт преступлениям за прошлый год. В городе, видите ли, заинтересовались динамикой преступлений. Сделал, чтоб им пусто было.
Противопожарные дежурства продолжаются. Сегодня очередь Марины Львовны.
02.07.1981
До обеда отписывал 76-й приказ. Отписал.
Переделал кучу всяких мелких дел. Игорь Яковлевич ругается, отчёт делает. Изредка прибегает к нам и просит помощи. Данные у него не сходятся.
Нацарапал отдельное поручение в Архангельскую область. Может быть, выявят нам сокрытие по 29 о/м.
Идут дожди. Температура упала до 18-21 градусов. Дежурства отменили.
03.07.1981
В ИВС двое. Один вероятный убийца (пять ударов молотком жене по голове) – пока ст. 108 ч.1 УК – и один вор голубятник.
Вчера выдали зарплату и отпускные. Игорь Яковлевич кашляет и отчаянно сморкается вот уже третий день. Всех перезарядил, но обнаружил бумагу из города, регламентирующую порядок составления отчёта о восстановленных на учёт преступлениях. Наш отчёт требованиям этой бумаги не соответствует.
Сегодня вечером телевидение будет снимать 29 о/м. Там лучший в городе ИВС. По району лучший участковый инспектор - Витя Лаврис, а лучший инспектор УР – Гена Тупиков. Алексей Владимирович Самойлов 30.06.1981 г. прекратил на него дело. Их тоже заснимут на плёнку.