Чтение онлайн

Пока остальные машины подъезжали и останавливались, я бегом скрылся в роще. Добежав до другого края, стал спешно доставать танки, выстраивая их не в линеечку, но похоже. Рядом поставил тяжёлый трактор «Сталинец-65» с прицепленными к нему тросами, как будто это он буксировал сюда танки. Между прочим, они не на ходу. Жаль следов от буксировки на земле нет, но надеюсь прокатит. Всё из-за спешки. Последним я достал командирский вездеход, такой же «Мерседес» как у Мехлиса, и побежал обратно, где ожидали недовольные командиры. Подбежав, я козырнул и доложился:

– Товарищ маршал, всё точно, мы встали не с той стороны рощи. Товарищи боевые интенданты оставили трактор, которым буксировали танки, а вам лично, такой же радийный вездеходный автомобиль, как у товарища Мехлиса. Это подарок.

– Поехали, поглядим, - велел тот.

Все снова погрузились в машины, я сел за руль нашей «эмки», и мы объехали рощу, подъехав к стоянке. Лицо Алавердова светилось, пока генералы и маршалы осматривали технику. Водитель Шапошникова уже изучал «Мерседес», тот был в немецкой раскраске, с их тактическими знаками и даже номерами. Я же показывал танки, с нами был генерал от бронетанковых войск, который явно заберёт технику себе, по взгляду ясно. Он, слушая моё описание, что я давал маршалу, встрепенулся:

– Как это не на ходу?!

– Поломки мелкие, за пару дней танки можно привести в порядок, тем более они не комплектные. Экипажи, бросая их, снимали пулемёты. А так они в порядке, орудия тоже. У некоторых даже боекомплект полный. Другие, по следам попаданий снарядов видно, бывали в бою. А у тех двух опознавательные знаки, означающие, что их взяли трофеями танкисты генерала Гудериана.

– А своему корпусу отдашь целые и справные машины?
– скорее сказал, а не спросил, с интересом слушавший маршал.

– Конечно, а как иначе?!
– даже изумился я, на это те ничего не сказали. Видимо не нашлись что сказать.

– Принимай, Андрей Аркадьевич технику, раз нам её с барского плеча дарят, нам пока не до жиру. А вам, товарищ техник интендант первого ранга, а мы ещё выясним как вы это звание получили, стоит передать истребители представителям ВВС.

– Какие истребители, товарищ маршал?
– сделал я большие глаза.
– Нет у меня никаких истребителей?

– А тридцать штук для создания отдельного ИАП, корпусного подчинения?

– Товарищ маршал, для моего корпуса, то есть, где я служу, я всё достану, у других частей свои интенданты, их теребите. Пусть они шевелится начнут, а моя шея ещё их работу не выдержит. Боливар не вынесет двоих. У меня есть куда силы прикладывать.

– Вот что, тут уже оставим шутки в сторону. Ты понимаешь, как нужны эти истребители на фронте? Что творят немцы? Как воздух они нужны.

– Товарищ маршал, - прижал я руки к груди.
– Я как никто другой это понимаю, но что я могу сделать?

– Ты свяжешься со своими знакомыми, не знаю кто они, и передашь им мой приказ, передать «яки» представителям ВВС.

– Товарищ маршал, вы сейчас о тех тридцати истребителях что я комкору обещал?
– сделал я слегка непонимающий вид.

– Именно.

– Ах о них? Так причём тут мои знакомые? Конкретно эти тридцать машин принадлежат мне, это моя доля за работу в тылах немцев, и я сам решаю куда их направить.

– Так, - мгновенно сообразил маршал.
– Если эти тридцать твоя доля, значит у твоих знакомых ещё есть боевые самолёты?

– Да, там, - сделал я вид как нечто несущественное.
– Сотня другая.

– Конкретно!
– рыкнул тот и отослал командиров, что к нам подходили на шум, мы вдвоём общались, никто нам не мешал.

– Сотня «яков», сотня «мигов» двух типов, двадцать «лаггов», пятьдесят «илов»-штурмовиков, сотня «пешек», - мгновенно вытянувшись, быстро оттарабанил я, и чуть помедлив, добавил.
– Простите, товарищ маршал, я плохо помню общие списки. Там ещё трофейные самолёты были, мы два фронтовых аэродрома захватили, я участвовал в захвате одного, второй другие группы работали. Аэродромная техника, наша и немецкая. И ещё, наши самолёты, они в половину ещё в ящиках. Собирать надо.

– Сволочи, - зло сказал маршал.
– Войска воют без нашей авиации, а они скрывают технику. Чтобы немедленно всё было передано!

– Товарищ маршал, я прошу прощения, но я не могу это вот так сделать. Вы сейчас не сердитесь, я на вас учиться торговаться буду, опыта у меня мало, набираю пока. Уговорить парней передать всё это нашим лётчикам не трудно, они и сами хотят это сделать, только не знают как, это я у них глас народа, их голос, сами они светится не хотят. Только просто так я уговаривать не могу, вы разрешите в нашем корпусе ИАП сформировать, и чтобы его потом не отобрали, а я кровь из носу, но за неделю всё что к авиации относиться, даже трофеи, передам нашим соколам. Слово даю.

Шапошников несколько секунд задумчиво глядел на меня, потом неожиданно улыбнулся, сказав:

– Уговорил. Мне нравиться как ты за свой корпус радеешь. Если я прикажу сформировать в штате корпуса танковую дивизию? Справишься?

– Если ещё пару отдельных танковых полков, так совсем хорошо будет.

– Вот как? Я хочу иметь на руках списки всего что вы вывезли с оккупированных территорий. Списки трофеев тоже.

– Это ж на сутки работы, товарищ маршал. Или тут вычесть то что в корпус будет передано?

– Всё. Чтобы завтра к трём часам дня списки у меня были.

– Есть, - козырнул я.

Вид я имел невозмутимый, в действительности же я был рад. Избавлюсь от всего что скопил, да ещё нашим помогу и себя заметно среди командиров поставлю как человек слова и больших возможностей. Генерал Алавердов, встав у нашей машины в компании своей свиты, с некоторой тревогой наблюдал за нашим интимным общением с командующим, особенно встревожился, когда Шапошников разозлился, со стороны это было хорошо заметно, все видели. Когда мы разошлись, маршал велел возвращаться в город, тот сел сзади и спросил у меня, пока машина выезжала на дорогу:

– Как всё прошло?

– Товарищ маршал потребовал передать всю захваченную и отбитую у немцев авиацию нашим лётчикам, за это согласился поспособствовать созданию в нашем корпусе своего авиационного полка. Сказал, что не отберут, полк будет работать по нашим заявкам. Ещё намекнул о танковой дивизии и двух отдельных танковых полках, что будут формироваться в нашем корпусе. Велел мне написать списки что вообще вывезено с оккупированных территорий из нашего военного имущества и немецкого. Завтра в три часа дня передать готовые списки ему.