Чтение онлайн

Мы продолжали лететь неизвестно куда, а я пытался думать. Только мыслей у меня было немного. Куда стремятся люди? Правильно, на соседние планеты, чтобы их колонизировать, и начать выкачивать из них все, что там есть. На вопрос –зачем? Вам никто не ответит. Точнее скажут, что человечеству это очень нужно, на этом можно поднять большие деньги, а также то, что нельзя ограничиваться жизнью на одной планете, произойдет какой-нибудь катаклизм и всем хана. А так, глядишь, кто-то и выживет. Только это вранье. Выжить можно только там, где есть воздух, еда и питье.

В любом ограниченном пространстве человек жить не может. И те, кто считает, что спасутся в подземных городах, глубоко ошибаются. Не предназначены мы для жизни под землей, очень скоро перестанут рождаться дети, люди потеряют оптимизм и желание жить, начнут убивать себя и других. Психов во все времена хватает, а уж в ограниченном пространстве они появляются сами собой. Проводили же эксперименты с жизнью под землей, а потом спешно эвакуировали тех, кто заболевал. Многие участники этих экспериментов так и не стали нормальными, только об этом не любят рассказывать. Причем, если люди знают, что они проживут под землей какое-то ограниченное время, это одна история, а вот если знают, что неопределенно долго это совсем другая.

Итак, что мы имеем. А имеем мы космический корабль, неспособный быстро преодолевать большое расстояние, а в нем экипаж из двух человек меня и Вики. И это хорошо, что у нас любовь, потому что когда мужчина оказываются в одном ограниченном пространстве вариантов существования всего два –любовь и ненависть. Конечно, я разговаривал с девушками, и они предлагают третий вариант –дружбу, причем под этим словом они понимают только то, что мужчина будет о ней заботиться, а она еще подумает над тем, давать ему или не давать. Помогать она ему выживать не будет, это проверено, а вот мешать станет обязательно. Поэтому либо любовь, либо ненависть, правда, и в том и другом случае, если мужчина и женщина не поубивают друг друга, возможен обратный переход: любовь сменится ненавистью, а ненависть любовью. Ладно, как-нибудь переживем. Обратно нам нельзя, на станции нас не примут, расстреляют издалека, в астероидах нам делать нечего, потому что у нас нет оборудования, которое позволит нам выжить, остается только лететь к планетам, на которой мы сможем выжить. И еще при этом набраться терпения и не дать спровоцировать Вике меня на выяснение отношений. Итак, это программа минимум, и другого варианта у нас похоже нет.

– Искин, – сказал я. – Выбирай ближайшую подходящую планете, на которой имеются нормальные условия для моего проживания, мы направляемся туда.

– Рой, – восторженно выдохнул в ответ искин. –Рой идет. Величественное зрелище.

На мою голову опустился колпак, и я закрутил головой по сторонам.

Сначала не заметил ничего, ну вроде чуть звездочек добавилось, а потом я заметил огромное множество кораблей, выходящих из пустоты. Что это за пустота я не знаю, возможно, то самое гиперпространство, в которое уходят звездолёты с гипердвигателем, но выглядело это… Ну как бы это сказать правильно. Вот стоишь ты одиноко на поле боя, в зубах штык-нож, в руке последняя граната и тут вдруг вылетают самолеты, вертолеты, выползают из-за холмов танки, набегает пехота, а ты стоишь, как дурак, и не можешь понять, что делать. При этом на тебя –героя, стоящего до последней капли крови твоего соседа никто не обращает никакого внимания. А кому ты нафиг нужен?

Кораблей было много, очень много. Впечатление и на самом деле было такое, что летел рой. Огромный шар, наполненный кораблями, причем в середине плыли огромные звездолёты с полным вооружением, а чем дальше от цента, тем корабли становились меньше и шустрее. И каждый из этих звездолётов имел свою форму. Скажу честно, такого разнообразия кораблей я не видел никогда, да и представить не мог. Одни корабли походили на летящих жуков, другие на стрекоз, третьи, тяжелые и неуклюжие, но с огромным брюхом, на навозных мух. В общем, каждый звездолёт чем-то напоминал свое насекомое, а разнообразие их видов неисчислимо. Были даже бабочки, раскинувшие огромные крылья, и как я догадался, впитывающие все виды космического излучения, чтобы переработать его на подходящую энергию для роя, потому что к этим звездолётам постоянно подлетали маленькие, присасывались к брюшку. насыщались и отлетали в сторону. Причем каждый корабль имел свой цвет или свое сочетание цветов. В вакууме неважна форма. Или это мы так думаем, что она не важна, а на самом деле мы не понимаем очень многого. В любом случае вид этого роя поражал своим многообразием и красотой. Это было по-настоящему нечто величественное и необъяснимое.

Впереди летели маленькие корабли, похожие на моего кузнечика, за ними двигались побольше, а потом еще больше. Когда-нибудь видели, как идет авианосец? Впереди идут ракетные крейсера, способные уничтожить все вокруг, за ними эсминцы с глубинными бомбами, потом корабли снабжения, по бокам под водой движутся подводные лодки, а в середине идет авианосец, готовый мгновенно выбросить в воздух паровым катапультами истребители и боевые вертолеты сопровождения. Но если авианосца сопровождают максимум двадцать корабликов, то здесь их было не одна сотня — огромный шар внутри которого летел гигантский корабль, размером с небольшую планету. Именно его охраняли огромные корабли, дальше к краям шли средние, а уже по краям роились мелкие, чем-то похожие на моего кузнечика, только раза в три больше. Таких мелких, как мой, я увидел всего десятка два, и они шли в глубине шара, прикрытые большими кораблями.

Теперь я понимал, почему все боятся роя. Уничтожить этакую силищу невозможно, зато ему под силу превратить в пыль любую звездную систему. К кораблю-матке не подберешься, не дадут, а уж мелкие легко расправятся с любой угрозой. Звездолеты-насекомые проходили мимо, не обращая на мой кораблик никакого внимания, и я уже, было, решил, что рой пролетит мимо, а я отправлюсь дальше по своим делам, как вдруг мой кузнечик двинулся с места, развернулся, и вот уже он летит в строю вместе с другими звездолетами к непонятной для меня цели.

– Эй, искин, — вежливо обратился я к кораблю. – А не стоит ли нам просто подождать, пока рой пролетит? Нам с ними зачем? У нас другая цель. Немедленно разворачивайся! Я приказываю! Немедленно!!!

А в ответ тишина, то ли не слышит, то ли разговаривать со мной не хочет. Да уж, а мы, кажется, попали. Зачем я вообще взял этот корабль?

– Искин, ответь, – рявкнул я. — Мать твою за ногу и за все остальные ее конечности, включая крылья!

И снова тишина в ответ.

— Милый, добрый искинчик,— попросил я. —Прости меня, я был не прав, давай договариваться полюбовно. Зачем нам ссориться? К чему нам все эти проблемы? Да и рой нам не нужен, с ним же одни проблемы, начнут тебя спрашивать, что везешь, куда везешь…

Тишина.

— Искин?!!

И что? И как? Я выругался, даже Вознесенского вспомнил.

«Раб стандарта, царь природы, ты свободен без свободы, ты летишь в автомашине, но машина — без руля... Оза, Роза ли, стервоза – как скучны метаморфозы, в ящик рано или поздно...Жизнь была – а на фига?!» И на фига?!!

Я видел, как мой кораблик занял свое место среди таких же, как он. Или он теперь уже не мой? Кто-то взял управление кузнечиком на себя, может какой-то неведомый мне диспетчер роя, и теперь я уже не мог управлять своим звездолетом. Да и можно ли сказать, что я управлял? И можно ли было говорить, что он мой? Это же как операционная система десятка Майкрософт, делает все, что хочет, вплоть до того, что сдает тебя в полицию за то, что пользуешься пиратскими программами – американцы кайф поймали от этой бесплатной программы. Причем сама обновляется, самаскидывает всю информацию о тебе, все пароли передает в центр обновления, и ты ничего сделать не можешь.

Я этим кораблем командовал, но управлял по-настоящему искин. Это он решал, какие двигатели запускать и в каком порядке, как экономить топливо или что там у него. Снабжал меня воздухом и пищей, а я просто из себя изображал крутого пилота. А на самом деле получается, что без искина никакой я не пилот, да и не командир совсем. И если он вот не захотел, как сейчас, чтобы им управлял, то я и не могу, и мой звездолёт стал моей тюрьмой. Нет, если бы здесь было ручное управление, то я бы, конечно, тогда бы показал мастерство пилота, только вот нету его, не предусмотрено, всем управляет автомат. А значит – что? Вот-вот — сбежал, называется, от роя. Сколько я проживу неизвестно, да и не мне теперь это решать, а тем, кто управляет моим звездолётом. Вляпался по самое не могу. И выбраться не вижу никаких вариантов, чертова автоматика. Железный болван или кремниевый? Неважно —болван и все тут. Даже разговаривать со мной не хочет.

Ну и хрен с тобой. Не жили хорошо и не будем. Смерть – штука для меня привычная. Сколько ни бегай, от нее все равно не убежишь, а теперь, как я убедился, и не улетишь. Все решает судьба. И кому суждено умереть от укуса насекомого, тот никуда не улетит. Я еще раз проорал?

– Искин?!!! Скотина беспёрая!!! Понятное дело, что никто не ответил.

Я вылез с кресла, лег рядом с Викой, обнял ее.

– Ты чего так громко кричишь? –сонно пробормотала она. – Хорошим людям спать не даешь…Что-то случилось?