Чтение онлайн

Разумеется, ни Грушецкий, ни другие работники обкома не сидели постоянно на командном пункте. По мере продвижения наших войск они выезжали в освобожденные города и села, создавали там вновь органы Советской власти, партийные комитеты, налаживали снабжение населения, организовывали идейно-политическую работу. Заново возрождались колхозы, совхозы; там, где можно было, пускались заводы, фабрики, начинали действовать профсоюзные, комсомольские и другие общественные организации. В освобожденных районах, таким образом, восстанавливался привычный советский уклад жизни.

С утра 17 июля разгорелись упорные бои за Опаки, Колтув. Гитлеровцы, боясь окружения, стягивали в эти районы большую часть своих сил. Из Брод сюда отходили части 8-й танковой и 454-й охранной пехотной дивизий. Частыми контратаками немцы стремились нащупать слабое место в наших боевых порядках и прорваться в юго-западном направлении. Мы потом подсчитали, что только за один день 17 июля таких контратак силой свыше батальона пехоты при поддержке 3–7 самоходно-артиллерийских установок было девятнадцать.

В связи с быстрым продвижением 15-го стрелкового корпуса фронт нашего наступления расширился до 20 километров. Между полками и батальонами образовались большие разрывы. Используя это, немцы выбросили во фланг 68-й гвардейской дивизии десант автоматчиков на бронетранспортерах с задачей приостановить наступление наших частей. Их удар приходился в стык между 1-м и 2-м батальонами 202-го гвардейского стрелкового полка.

Завязался жестокий бой. Комбат 1 капитан В. В. Каракулов, кавалер четырех боевых орденов, несколько раз поднимал своих бойцов в атаку. Не выдержав в рукопашной схватке, гитлеровцы откатились, но, собрав силы, контратаковали снова и снова.

Тяжело приходилось и воинам 2-го батальона. На левофланговую роту, в которой осталось не более двух десятков активных штыков, навалилось до полусотни фашистов. Один за другим падали сраженные бойцы, но остальные продолжали драться с еще большим упорством. Погибли все командиры взводов, был ранен ротный старший лейтенант И. К. Власенко, почти не осталось в строю сержантов, но красноармейцы продолжали драться.

Ценой больших потерь противнику удалось в конце концов потеснить наши подразделения в районе поселка Опаки и овладеть его юго-западной частью, а также остановить наше продвижение перед крупным поселком Колтув. Наши неоднократные попытки овладеть этим населенным пунктом потом успеха не имели.

Обстановка сложилась нелегкая. Гитлеровцы, чувствуя, как кольцо вокруг них сжимается, делали отчаянные усилия, чтобы вырваться из него. Нам же недоставало еще одного, последнего усилия: только взяв Колтув и Кругув, мы смогли бы выполнить поставленную задачу — завершить окружение бродской группировки противника. И комкор это прекрасно понимал. У него было редкое оперативно-тактическое чутье. В ходе боя генерал Григорович умел точно определить момент, когда нужно пускать в ход резервы. Вот и в тот раз, внимательно посмотрев на мою рабочую карту с нанесенными на ней последними данными о противнике, Михаил Фролович неожиданно сказал:

— Надо вводить триста пятьдесят девятую дивизию. Пора! Попробуем убедить в этом командующего.

Мы как раз ждали на наблюдательном пункте П. А. Курочкина. Из штаба армии сообщили, что он выехал к нам в корпус.

Командарм прибыл вечером. Григорович встретил его, доложил о положении дел и обратился в заключение к Курочкину с просьбой разрешить использовать 359-ю дивизию.

— Спешите, Михаил Фролович.

— Нет, товарищ командующий. У нас с противником сейчас фактическое равновесие сил. Его надо нарушить. И в нашу пользу, конечно!

— А вы попробуйте сманеврировать. Соберите кулак и бейте!

— Уже били, товарищ командующий. Не получается…

— Попробуйте еще раз. А резервная дивизия нам с вами может еще очень пригодиться.

— Но вы же сами всегда были сторонником решительных мер. Нельзя давать противнику времени опомниться. Он выдыхается. Его нужно добить. Наступил самый подходящий момент для наращивания удара. Упустить его непростительно. Вы посмотрите на обстановку…

— Доводы убедительные, согласен, Михаил Фролович.

Потом Курочкин сообщил радостную весть: войска нашего фронта форсировали Западный Буг и, перешагнув Государственную границу Советского Союза, вступили на территорию Польши.

359-я стрелковая дивизия, совершив марш в ночь на 18 июля из урочища Ярославецки Ляс, где она стояла, с рассветом вступила в бой на восточной и южной окраинах Колтува. Немцы продолжали отчаянно сопротивляться. В городе у них находился крупный опорный пункт с широко разветвленной сетью траншей, блиндажами, дзотами, множеством огневых точек. И повсюду — минные поля.

1198-й стрелковый полк (командовал им подполковник Д. И. Загребин) получил задачу овладеть господствующей высотой 374,0 и ворваться в Колтув с юго-востока. Сделать это было не так-то легко. Местность открытая, вся простреливается. Атаковать в лоб нельзя. И Загребин решил устроить с фронта демонстрацию атаки, отвлечь тем самым внимание противника, а батальон капитана С. Г. Решетникова послать в обход и ударить им с фланга. Вместе с батальоном по заданию Загребина пошел начальник штаба полка майор Г. П. Мурашко, чтобы на месте помочь комбату в организации атаки. Мурашко — грамотный, знающий офицер, не раз уже отличался в боях. Он имел шестнадцатилетний стаж службы и почти двухлетний опыт войны.

Батальон Решетникова скрытно вышел во фланг гитлеровцам. Артиллеристы, выкатив орудия на прямую наводку, открыли беглый огонь по немецким траншеям, опоясывающим высоту. Особенно метко стрелял взвод лейтенанта Т. Е. Мыльникова. Один за другим умолкли подавленные им вражеские пулеметы. Высоту накрыла плотным огнем и полковая артиллерийская группа. Маневренно действовали минометчики. Взвод лейтенанта Ф. Е. Филиппова, например, выдвинулся скрытно по ложбине к самым немецким окопам. Установив 82-мм минометы в овражке, Филиппов сам пополз еще дальше и устроился в воронке от снаряда буквально в ста метрах от противника, откуда и корректировал огонь.

Атака началась перед рассветом. Батальон Решетникова неожиданным для фашистов ударом во фланг сбил их с высоты. На плечах отступающего врага бойцы полка ворвались в Колтув. Завязались уличные бои. На помощь Решетникову пришли другие части.

Утром 18 июля 359-я во взамодействии с подошедшей к тому времени 237-й танковой бригадой овладела Колтувом. Используя положение, перешел в решительное наступление и правый фланг корпуса. 200-й гвардейский стрелковый полк 68-й гвардейской дивизии под командованием майора М. Л. Черникова, сломив сопротивление немцев на рубеже Нетреба, Ревегув Гай, бывший замок, прорвал основную полосу обороны и овладел поселком Голубица. Для развития успеха здесь решением командарма был введен 31-й танковый корпус с задачей овладеть Подгорце и надежно замкнуть кольцо вокруг бродской группировки противника. Взаимодействуя с ним, части 68-й гвардейской дивизии, обойдя Жаркув, достигли северной окраины Подгорце.