Чтение онлайн

Именно это и решает все дело. Исправить карту плодоводства может лишь творческая инициатива масс, работа большого коллектива, взявшегося за выведение новых сортов, за приспособление растений к местным природным условиям. Создать новую географию садоводства может только сам народ. Вот где заложен источник успеха. Мичуринское движение могло стать массовым только в нашей Советской стране, в стране колхозов и передовой науки, в стране небывалого расцвета творческих сил.

Садоводство у нас расселяют по всей стране, продвигают на север.

Эта великая работа по улучшению природы, по ее облагораживанию была предвосхищена в юношеской поэме Энгельса:

Абрикос едва заходил за Ростов. А Мичурин дотянул его до Тамбовщины, так же как черешню. Яблоня едва-едва доходила до Вологды. А мичуринские сорта оставили к югу Архангельск. Одна из новых яблонь так и называется «таежная». Это значит, что границы садоводства сдвинуты к северу на семьсот километров, если не больше.

Москвича, попавшего под Ленинград, всегда удручало отсутствие садов. На подступах к этому северному городу простиралась пустая болотистая равнина. А сейчас вокруг Ленинграда заложены сады. Они с обеих сторон обступают идущие к городу железные дороги и автомобильные шоссе. Засажены вишневыми садами пологие склоны Пулковских высот. На сырых местах нарыты широкие валы с продольными бороздами для стока воды, а на валах посажены яблони, сливы, смородина, крыжовник. К юго-западу от города создан самый большой в нашей стране сад лучшей «невежинской» рябины.

В ленинградских садах прижились не только растения средней полосы, а еще и черешня. Ее создал мичуринец Филипп Тетерев. Мало того, что на севере приносит плоды растение юга. Создатель северной черешни вывел целую гамму сортов. У них разный срок созревания, поэтому Ленинград получает свежую черешню на протяжении двух месяцев.

Мичурин так и говорил: «Ленинградская область при всех ее климатических невзгодах может оказаться в течение нескольких ближайших лет покрытой цветущими садами».

На Урале вовсе не было садов. Теперь по всему Уралу, от Орска на юге до Верхотурья на севере, плодоносят яблони, груши, сливы, вишни. В Магнитогорске мичуринцы вывели свой сорт яблони — «магнитогорская десертная». В Свердловске создана яблоня «малютка», она начинает приносить плоды, когда ей только год.

Новые сады в новых местах. И новые формы хозяйствования. Завод Уралмаш первым создал рабочий коллективный сад. Такие же сады появились потом и на других заводах, в других городах. Люди не только выращивают яблони там, где их не было. Они растят и другое: активное, творческое отношение к природе.

Морозные зимы не пускали грушу и яблоню в Сибирь. «Сибирским яблоком» там называли картошку. Но где построены советские заводы, где есть советские города и селения, там должны быть сады. И сады там разбиты.

В старой Сибири садоводством занимались лишь одиночки-любители, ценный опыт которых, как правило, не выходил за пределы их собственного сада. Недалеко от Омска, в ковыльной степи, открытой всем суховеям и метелям, крестьянин Павел Комиссаров создал сад, но лишь теперь саженцы из этого сада, ставшего колхозным, распространяются по Сибири, дают начало новым садам. И на могиле Комиссарова в его саду возвышается серый мраморный обелиск, на котором золотыми буквами высечены имя пионера сибирского плодоводства и слова Некрасова: «Воля и труд человека дивные дивы творят».

У сибирского климата крайности: летом — жара, зимой — сильный мороз. Но жару можно обратить на пользу, а от мороза укрыться. Омский профессор Александр Кизюрин ввел в Сибири культуру стелющегося сада; в нем не вертикальные, а горизонтальные стволы. Садоводы называют такую культуру «бахчевым стланцем».

Яблони колышками приклонены к земле и на зиму уходят под снежный покров. А там, под снегом, теплее, чем снаружи. Сибирские морозы для яблонь уже не страшны.

Сибирское лето — это сухой воздух и яркое солнце. В Европейской части Союза, в более мягком, влажном климате, деревья больше растут в древесину и встречают зиму не такими уж устойчивыми. А в Сибири хорошо созревшие за сухое, жаркое лето побеги меньше боятся морозов. В Европейской части фруктовые деревья сравнительно поздно вступают в пору плодоношения. А в Сибири яблоня приносит плоды уже на второй, на третий год после посадки. Восьмилетний сад там может дать до пятидесяти тонн яблок с гектара.

Заложенный перед самым началом войны на берегу Иртыша Стелющийся яблоневый сад в год окончания войны плодоносил второй раз. Тысячи яблонь, усеянных плодами, — в местах, о которых пелось: «на диком бреге Иртыша».

Над самой землей зреют яблоки до фунта весом. Под тяжестью плодов ветви пригибаются к земле и постепенно начинают приобретать стелющуюся форму, не надо их и прикалывать.

Кроме «бахчевого стланца», есть еще и «минусинский стланец», «тарелочная форма».

Сады и ягодники разбиты на Оби, на Енисее, на Лене, за Байкалом. В одном Новосибирске шесть тысяч приусадебных садов. Плоды яблонь и вишен получены в далеком Ханты-Мансийске. Цветут сады в Игарке.

Под Минусинском, у отрогов Саян, — малоснежная зима с пятидесятиградусными морозами, со жгучими ветрами. До революции там трудно было найти плодовое дерево. А сейчас в Минусинском районе нет ни одного колхоза без сада. Колхоз имени Ленина получает от яблок доход более чем в полмиллиона рублей.

Мичуринец Михаил Лисавенко и его сотрудники вывели на Алтае для сибирских садов новые сорта яблок, вишен, слив. Научили яблоню выдерживать любые холода, стоя во весь рост, не распластываясь по земле. А это важно — ведь стелющийся сад требует больше ухода, да и красоты в нем меньше.

Идет на север виноградная лоза.

Северная граница винограда в России долго держалась по линии Умань на Украине, Балаково на Волге, Хорезм в Средней Азии. А после Мичурина виноград завоевал центрально-черноземные области, отдельные очаги виноградарства появились на широте Ленинграда. Виноград выращивают и в Сибири — в Омске, на Алтае, в Кузбассе.

Виноградарство под Москвой стало развиваться в послевоенные годы. На любительских участках виноград здесь пробовали выращивать и раньше — скажем, на станции юных натуралистов в Сокольниках, в черте самой Москвы. В дачных поселках вокруг города было много энтузиастов-мичуринцев; среди них рабочие, ученые, врачи. Свой досуг они отдавали трудному делу выращивания под Москвой южных плодовых сортов и растений, включая виноград. Сойти с поезда где-нибудь в Пушкине, в тридцати километрах от столицы, пройти пять минут — и найдешь виноградник: один, два, три куста в маленьком садике. Вузовский профессор, школьный учитель, заводской инженер, больничный врач вырастили и воспитали эти кустики, увешанные сочными, нежными, красивыми гроздьями.

Задача заключалась в том, чтобы успех одиночек сделать всеобщим.

На основе работ инженера Василия Евдокимова, вырастившего в Кучине отличный виноград, был организован опытный пункт северного виноградарства. Отсюда в колхозы и в совхозы, на приусадебные участки колхозников, рабочих и служащих пошла виноградная лоза.

Оправдались слова Мичурина: «Про виноград вообще нужно сказать, несмотря на то, что он растение теплых стран, сеянцы некоторых разновидностей его могут приспособляться к таким климатическим условиям, при которых даже простые сорта наших яблонь не могут успешно развиваться, и как бы ни казалось невероятным такое мое сообщение, на деле это неопровержимый факт».