Чтение онлайн

Почему-то я чувствовала себя обокраденной. Будто из моей жизни вырвали очень важный кусок и теперь на его месте зияла кровоточащая рана.

Со временем она омоется слезами сожаления о том, чего не было на самом деле. Ее края сгладятся. Рана затянется и станет еле заметной… Но иногда… темными ночами она будет давать о себе знать, требуя ее разбередить и докопаться до сути…

— Аленушка, — шепотом сказала бабуля, — ты спишь?

— Нет, не сплю, — ответила я, не открывая глаз.

— Тогда, на вот, таблеточку прими.

Пришлось сесть и протянуть руку.

— Спасибо, ба! Можно мне еще чуточку поспать? — попыталась улыбнуться я, хотя очень хотелось снова заплакать.

— Что с тобой внученька? Ты как будто сама не своя. Не случилось ли чего? Может, обидел кто? — спросила бабушка, увидев мои опухшие от слез глаза.

Она села рядом, а я положила голову на ее колени. От ее рук приятно пахло ванилью и сливочным маслом.

Бабушка гладила мои волосы и тихо пела:

Люли — люли — люленьки,

Прилетели гуленьки!

Стали гули говорить:

«Чем нам Алену накормить?»

Один сказал: «Кашкою!»

Другой: «Простоквашкою!»

Третий сказал: 'Молочком

Да румяным пирожком'.

— Ба, а где деда? — спросила я сонно. Таблетка начала действовать и мне стало заметно легче.

— В сарае, косу отбивает…

— Зачем? Папа же в прошлом году вам триммер купил. Им косить траву гораздо проще.

— Ой, ты разве деда нашего не знаешь? — усмехнулась бабушка. — Ему ж что в голову взбредет, так не переубедить! Не доверяет он современным техлоногиям. Говорит, уж лучше будет косить по старинке, чем жужжание слушать.

— Ясно, — улыбнулась я.

Эти ее «техлоногии» всегда вызывали во мне умиление.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила бабуля. — Полегче стало?

— Да, гораздо… Спасибо!

— Ну и хорошо.

За окном прогремел гром и сверкнула молния, осветив собой половину комнаты. Редкие крупные капли застучали по стеклу, а затем небеса разродились плотной стеной дождя.

Сегодня за поливку огорода можно было не переживать.

— Пошли тогда чай с пирогами пить, — сказала мне бабушка и погладила по спине. — А то ведь ты у меня с самого утра ничего не ела.

— Хорошо, — кивнула я, — Ба, иди, я тебя сейчас догоню.

Когда бабушка скрылась за дверью, я подошла к окну и открыла его настежь. В комнату ворвался ветер и растрепал мои волосы. Несколько дождевых капель коснулись лица, даря мимолетную прохладу. Мне тут же захотелось оказаться во дворе, под проливным дождем. Подставить под его упругие струи все тело, в надежде, что это сможет помочь мне забыться, смыть из памяти мой самый яркий сон.

Недолго думая, я залезла на подоконник, а с него спрыгнула во двор. Тихий всплеск от встречи босых ног с раскисшей клумбой под самым окном и вот она свобода.

Я запрокинула голову назад и раскинула руки в стороны.

Со стороны, наверное, могло показаться, что я сошла с ума раз радуюсь ливню как малое дитя, но на самом деле, душа моя плакала, обливаясь горючими слезами. Их я и пыталась спрятать под проливным потоком слез небесных.

— Алена! — услышала я до боли знакомый голос. — Не уходи, прошу тебя! Останься со мной!

— Тархан?! Ты здесь?! — крикнула я в пустоту.

Ответа не последовало.

— Показалось… Боже, похоже, я схожу с ума! — сказала я себе под нос. Вышло с надрывом. — Ну, хватит… пора идти в дом!

Я не узнавала себя. Мой собственный голос казался мне чужим.

Впереди что-то промелькнуло, и я уставилась немигающим взглядом в дождевой заслон.

— Тархан?! — позвала я, увидев силуэт огромного длинноволосого мужчины. — Это ты?!

Я сделала несколько шагов навстречу видению и выставила вперед руку, пытаясь дотронуться до фантома. Но у меня ничего не вышло, он рассеялся как туман, чтобы вновь оказаться на таком же расстоянии.

— Алена, — выдохнул мужчина. — Любимая…

В его голосе было столько горести и переживаний, что мне хотелось успокоить его. Хотелось сказать, что я здесь, совсем рядом. Я шептала, кричала, молила, злилась на собственное бессилие, но он меня не слышал.

— Алена, любимая, вернись ко мне! — просил он нежно.

— Я найду и убью того, кто сделал это с тобой! — рычал Тархан, обещая кому-то скорую расплату.

— Алена, внученька! — услышала я взволнованный голос бабушки. — Вот ты где! А я повсюду тебя ищу! Бедная моя, ты вся промокла. Пойдем скорее в дом, а то простынешь.

Я огляделась по сторонам, видение исчезло.

— Пойдем! — вздохнула я. — Ба, а ты никого сейчас не видела?

Бабуля посмотрела на меня с непониманием.

— Да в такую погоду хороший хозяин собаку свою во двор не выгонит… Кто тут может ходить? Пойдем, пойдем, внученька, — поторопила меня бабуля, жестом приглашая под свой зонт.

Грозный раскат грома заставил подпрыгнуть на месте и поспешить в укрытие.

* * *

Чай, разлитый по чашкам и большой открытый пирог с черничной начинкой соблазнительно дымились на столе, источая потрясающий аромат.

Ждали только меня. Дед, как всегда, сидел за столом с газетой в руках. И где он их только берет? Бабушка суетилась у печи.

Только сейчас я поняла, как сильно проголодалась.

— Садись, внученька. Выпей чайку с пирожком, согрейся. Малиновое варенье бери. Вкусное.

Дед, не отрываясь от чтива, кивнул, подтверждая ее слова.

— Спасибо!

Я взяла кусок пирога, поднесла его ко рту и замерла оглушенная собственными мыслями:

«Это что же получается, я так долго хотела вернуться домой, чтобы что? Чтобы понять, какую глупость совершила? Что на самом деле мне понравилось в том мире и что Тархан мне вовсе не безразличен?»

При одной только мысли о нем, мое сердце сжалось до размеров горошины прежде чем гулко забиться.

«Неужели он мне нравится?» — задала я себе мысленный вопрос. — «Да!» — ответила незамедлительно.

— Что имеем не храним, потерявши плачем, — сказал вдруг дедушка и отложил газету в сторону.

— К чему это ты сказал? — встрепенулась я.

«Может, я слишком громко думала?»

— Да, чего это ты ни с того ни с сего умной мыслью разродился? — усмехнулась бабуля и подложила деду на тарелку еще один кусок пирога. На вот ешь и не умничай!