Над пропастью во тьме
Шрифт:
– Но откуда…
Наш тихий разговор прерывает дядя. Мы говорим о делах компании. Остаток ужина проходит в неторопливой беседе. Пак Мин Со пытается поймать мой взгляд и заговорить, но я игнорирую ее.
Чуть позже выхожу на балкон и зажигаю сигарету. Рядом со мной встает дядя и бросает на меня неодобрительный взгляд.
– Ты знаешь, что курение убивает?
– А ты знаешь, что много чего еще убивает?
– Вот заработаешь рак легких, и будешь потом мучиться.
– Это вряд ли, – усмехаюсь я. – Меня скорее застрелят.
***
Конец вечера. Еще один день прожит во тьме. Настроение так себе.
Я сижу за рулем и погружаюсь в привычную апатию. Гляжу на ладонь. Мое время постепенно истекает, как песок в песочных часах. Слишком быстро. И я ничего не могу изменить.
Вначале я не мог смириться с тем, что моя жизнь так легко оборвется. Я был полон решимости предотвратить свое убийство, найти убийцу. Я был полон решимости действовать. Но вскоре понял, что как бы ни пытался изменить события, смерть остается неизменной. Некоторые вещи в жизни приходится просто принять. И я смирился.
Доезжаю до центра города и паркую машину у входа клуба «Октагон». Зачем я сюда приехал? Надеюсь прогнать апатию. Но в глубине души знаю, что из этой тьмы мне ничто не поможет выбраться. По крайней мере, напиться – лучший метод заполнения пустоты вечеров. Внутри грохочет музыка, танцпол переполнен. Люди завывают и скачут, опьяненные весельем. Иду к бару.
– Вам как обычно, господин? – спрашивает бармен.
– Да.
Он плескает мне в стакан виски, и я залпом выпиваю. На танцпол выпускают дым, и я смотрю, как из этой дымной пелены ко мне приближается какая-то девица.
– Вы сегодня опять один? – Худая симпатичная китаянка в коротком черном платье подсаживается ко мне. Ярко-алые губы изгибаются в улыбке. – Не хотите купить мне выпить?
Я внимательно оглядываю ее сверху донизу: гладкая молочная кожа, красивые ноги, как и сама девица. И, кажется, не ищет серьезных связей. Почему бы и нет? Мне надо расслабиться. Сейчас все, что мне от нее нужно – это ее рот и язык.
…Когда заходим в номер ее отеля, я бросаю ей:
– Снимай платье.
Девушка медленно снимает его, хватается маленькими ладошками за мой ремень, опускаясь на колени. Резко втягиваю воздух, когда ее рот смыкается на головке, а язык влажно проводит по члену. Особо не церемонясь с ней, разворачиваю ее спиной к себе и заставляю опереться руками на диван. Прикусываю кожу на ее плечах и с силой засаживаю в нее. Она прогибается после очередного толчка и сильнее прижимает зад ко мне, громко постанывая.
Я не ощущаю никого удовольствия. Один животный инстинкт, который гонит меня. Хочу ощутить физическое облегчение и успокоиться.
– Да! – выдыхает девица.
С каждым моим толчком ее тело вытягивается и прогибается. Схватив ее за бедра, резкими рывками довожу нас до точки. Через несколько минут натягиваю на себя одежду.
– Уже уходишь? Даже не останешься на ночь?
– Нет.
И выхожу, не оборачиваясь.
***
В понедельник утро выдается холодным и ветреным. Бледное, словно изможденное от болезни, солнце безвольно висит в небе. В воздухе густой смог. Первой чашкой кофе я запиваю завтрак, а вторую беру с собой на балкон. Наблюдая, как просыпается город, зажигаю сигарету и глубоко втягиваюсь. Утренний коктейль из никотина и кофеина дает заряд энергии, и я готов к выходу.
…Захожу в лифт компании. К нему бежит девушка-иностранка, просит подождать. Жму на кнопку, и в лифт влетает стремительный вихрь – длинные карамельные волосы, черная юбка, лиловая блузка, бежевое пальто и черные сапоги до колен.
– Спасибо.
– Не за что.
Черт возьми.
Никогда не видел такого глубокого взгляда. Кажется, на секунду перестаю ощущать реальность и тону в глазах цвета морского шторма и молнии. Такое впечатление, что девица видит меня насквозь, словно серый вулкан проникает в самые потаенные уголки души. От нее пахнет сладкой прохладой, цветущим садом роскошных цветов и теплым солнцем.
Я слегка отодвигаюсь назад, насколько возможно, втягиваю в себя воздух, возвращаясь к реальности. Пытаюсь рационально мыслить. Просто еще одна смазливая иностранка. Их тут много. Стройная, милая, с безупречной молочной кожей и небольшой родинкой на левой щеке – довольно привлекательная девушка. Но отчего-то чувствую себя уязвимым.
Внезапно словно почву из-под ног выбили. Я не слышу звука ее часов и своих. Впервые за столько лет в моей голове полная тишина. Снимаю солнечные очки и гляжу на ладонь.
Часы жизни остановились.
Что. Мать твою. Происходит?
Мой пристальный взгляд встречается с серыми глазами. Девушка опускает голову, сильно смутившись, потому что я не просто разглядываю – я пожираю ее недоверчивым взглядом. Подумает еще, что я извращенец какой-то.
Девушка что-то бормочет о том, как она не любит лифты. Такое впечатление, что оправдывается передо мной.
– Неужели? – вежливо говорю я. Не знаю, что еще добавить.
Черт побери? Как это возможно?
Лифт доезжает до сорок восьмого этажа, и девушка вылетает из дверей, оставляя за собой необычный шлейф аромата. Цветочная свежесть и легкая сладость. Стоило ей выйти, как волшебство разрушилось, и часы снова затикали. Как будто ничего и не было. В полном замешательстве выхожу из лифта. Девушка где-то на расстоянии десяти метров от меня. Я чувствую тревогу. И еще какое-то странное ощущение, которого не понимаю.
Это из-за нее?
Из-за нее время моих часов остановилось?
Мне нужно срочно проверить безумную версию. Ускоряю шаг и догоняю ее. Она уже почти достигла двери офиса, когда я резко хватаю ее за руку и разворачиваю к себе. Серые глаза расширяются от недоумения. Она переводит взгляд на мою руку, с силой стиснувшую ее локоть.
– Что вы делаете?
– Кто вы? – хриплю и перевожу взгляд на свою ладонь.
Время часов снова остановилось! Но теперь меня удивляет другое. Дело в том, что я не только не вижу часов на ее ладони, я не вижу последние семь секунд ее жизни. Ничего. Абсолютно. И понятия не имею, должен я сейчас радоваться или напрягаться. Потому что…
Впервые я встретил девушку, которая может останавливать отведенное мне время.
Впервые меня не постигают жуткие видения смерти.
И впервые в моей непроглядной тьме зажигается луч света.