Чтение онлайн

— У тебя лицо прямо с кофточкой гармонирует, — одновременно делая в воздухе над моим животом какие-то пассы (хорошо еще, не пыталась возомнить себя хилером), выдала комплимент Фрида. Довольно сомнительный, потому как блузка была бледно-голубого цвета.

— Очень приятно, спасибо, — с сарказмом отозвалась я, чувствуя себя каким-то Ленином в Мавзолее. Но ощущение проходящей, будто водой вымываемой, боли, приносило ни с чем несравнимое наслаждение, так что всё остальное своей спасительнице легко могла простить.

Правда не остановилась она даже после того, как любые неприятные ощущения исчезли, а на попытку подняться несильно шлёпнула ладонью, вынуждая принять обратно горизонтальное положение.

— Подожди, не закончила же. Ты, кстати, в курсе, что проклятие изменилось?

Мне не понравилась ни суть слов, ни тон, которым они были сказаны, такой нейтральный, словно речь шла о погоде.

— Что значит изменилось?

Фиалковый взгляд забегал по приёмной, будто выискивая что-то, а затем остановился на кружевной окантовке блузки, которую Фрида подцепила пальцами.

— Ну, вот смотри, когда я в прошлый раз смотрела, оно вот такое было — ровненькое, аккуратненькое. А сейчас, как будто деформировалось, и пара «ниточек» торчит в сторону.

Проигнорировав возможное «лежи-лежи», я села, спустив ноги с дивана. Вот что ни день, так что-то новенькое. Знать бы только, конкретно это новенькое хорошо или не очень. С одной стороны, если деформировалось, то может и разрушиться, верно? Распуститься, если продолжать аналогию с нитками и кружевом. Но с другой, кто знает, не сдетонирует ли при повреждении какая-нибудь содержащаяся внутри энергия, разнеся при этом в клочки меня и пару-тройку человек по соседству.

— И что это должно означать? — так и не придя к определённому выводу, уточнила у девушки, методично вгрызающейся в ноготь с самым задумчивым видом.

— А? Ну, наверное, что ты сделала нечто, из-за чего оно начало саморазрушаться. Правда странно, если честно… Обычно проклятия или есть, или нет, а тут фигня какая-то. Если только оно не многосоставное…

Перешедшие в бормотания пояснения я слушала краем уха, задумавшись о другом — что реально я могла сделать, чтобы добиться таких последствий. Точнее, что я вообще делала особенного, выбивающегося из ряда вон, за последние несколько дней. Так, вроде, ничего. Работала, ела, спала. Ездила в больницу, вламывалась в чужое жилище, гуляла. Неожиданно обрела первого в жизни друга.

Наверное, происходи дело в мультфильме, надо мной непременно нарисовали бы в этот момент загоревшуюся лампочку. Да, нельзя было знать наверняка, но что-то подсказывало — вот, это оно и есть! А следом потянулись и другие мысли — что, если я изначально неправильно всё поняла? Что, если я лишена некоторых чувств именно из-за проклятия, а не вдобавок к нему? Идея, как по мне, выглядела вполне логично. Тогда, возможно, оно и блокирует всяческую постороннюю магию, пытающуюся на эти чувства воздействовать.

Щелчок пальцев перед лицом вывел из состояния сомнамбулы.

— Эй, ты в шоке или что?

Не в шоке, но где-то поблизости, определённо. Я посмотрела на дверь в кабинет Габриэля, гадая, слышно ли ему нас, но потом вспомнила, что пятничные кувыркания прошли в полной тишине, значит всё в порядке. И перевела взгляд на Фриду, устроившуюся по соседству. Говорить или нет? Она точно разбиралась в проклятиях лучше Аскура, зато блондину я доверяла больше. Впрочем, не такая великая тайна, что уж там.

— Я сейчас спрошу кое-что, но пусть это останется между нами, хорошо?

Фиалка скоренько изобразила миниатюру с закрытием рта на молнию и уставилась с поблескивающими от интереса глазами.

— Ты говорила, что оно не на физические недуги, да? Тогда что, если влияет на чувства или там эмоции?

— В каком смысле? — нахмурилась непонимающе собеседница.

Ладно, сказала «а», нужно говорить и «б».

— Оно может блокировать чувства?

Наступила такая тишина, что мне показалось, слышно, как бьётся сердце, отчего-то ускорившее ритм. А затем с щелчком лопнул ноготь, в который Фрида всё-таки вгрызлась чересчур сильно. Девушка задумчиво взглянула на отнятую от губ ладонь, а лишь потом на меня.

— Ты сейчас чисто гипотетически интересуешься или?..

Молчание вышло куда красноречивее ответа.

— Мда, забавненько. То есть, вообще ничего? Любить, ненавидеть…

— Ревновать, завидовать, гневаться, — продолжила я логическую цепочку.

— Давно?

— Сколько себя помню.

— Никогда о таком не слышала, — подумав, призналась Фиалка, принимаясь за ноготь на второй руке. Как только умудрилась отрастить их, с такими-то привычками. — Но, кажется, знаю, где можно покопаться…

Не уточняя, она вскочила, преодолев расстояние до двери, и распахнула её, засунув туда голову.

— Гейб, мне нужен пропуск в библиотеку совета.

— Поздравляю тебя с этим, — отозвался Ролен, в чьём голосе не было и капли недовольства вломившейся сотрудницей.

— Гейб! Ну, мне, правда, нужно.

— Зачем?

— Не могу сказать, я обещала Диметрис.

Я уставилась на торчащую в приёмной часть её тела, хотя девушка этого, понятное дело, видеть не могла. Отличное понимание фразы «пусть это останется между нами», нечего сказать. Нет, от неё-то демон может и отстанет, зато мне наверняка придётся ответить на парочку вопросов, относительно того, на что я побила коллегу. Раз уж в эту таинственную библиотеку нужен специальный пропуск, то хранятся там явно не сказки народов мира.

— Хорошо, я позвоню, — после полуминуты молчания, когда я уже ожидала, что Фриду пошлют, согласился Габриэль. — Сейчас поедешь?

— Да! Шеф, ты временами просто лапочка! — и дверь захлопнулась, отсекая возможную реакцию «лапочки», и оставляя удивлённую меня в компании едва ли не сияющей довольством девушки.

— И?

— Всё, жди меня тут, — велела она, будто кто-то и впрямь собирался слинять в разгаре рабочего дня. Ну, кроме самой Фриды, но у неё то было разрешение от нашего верховного демона. — Вернусь — загляну.