Чтение онлайн

– Я не боюсь, – смутилась я, – просто как-то не по себе. У нас свой волк в комплекте.

– А, кстати, кто он? – ревниво поинтересовался Эстан.

– Дайон Талур.

– Талур? – удивился принц. – Припоминаю, его дед Карельт Талур вернул себе графство после Реставрации. За заслуги перед короной поместье, ранее называвшееся Лариет, стало носить его родовое имя. Но никто из семейства никогда не присутствовал на балах. Кажется, жена Карельта погибла молодой, а сына он вырастил один, и тот тоже не горел желанием вращаться в высшем свете. Видно, молодые Талуры пошли в своих предков – я ни одного из них не видел раньше. Он тебе кто?

– Почему ты спрашиваешь именно о нем? – насторожилась я.

– И все же?

– Дайон… – я впервые осознала, что ни разу не задумывалась над таким определением, – друг, надежный друг.

– Ты в этом уверена? – мрачнея на глазах, спросил Эстан.

– Ты что решил, что он некромант?!

– Да нет, я о другом… Забудь.

– Ну вот еще! – всполошилось мое любопытство. – Ты ему не доверяешь?

– Да нет, его преданность стране сомнений не вызывает.

– Тогда о чем ты? – он окончательно сбил меня с толку.

– Я же сказал, забудь, – отмахнулся принц, – так, мысль дурацкая проскочила, я был неправ.

И снова воцарилась неловкая тишина. Как-то не вяжется у нас разговор. Что, впрочем, не мешало мне тайком разглядывать его лицо при свете костра. Завтра утром он уйдет, и, может, я его больше не увижу. Видимо, он подумал о том же, потому что сказал:

– Мия, мне нужно все обдумать, нужен какой-то план. Когда я буду в Тилисске, найди меня сразу же. Тогда обсудим, чем и как Тальсск поможет тебе, а значит, и себе. До того времени храни в тайне все, о чем мы с тобой говорили.

– В этом можешь быть уверен, – горько усмехнулась я, – последние пять лет хранить все в тайне вошло в привычку.

– Не льсти себе, – иронично заметил принц, – не слишком хорошо у тебя получалось. После первого же разговора с тобой я заподозрил неладное. Речь твоя, манеры – говорила нарочито грубо, небрежно, а вот реверанс сделала привычно и изящно, и в танце двигаешься так, будто всю жизнь этим занималась. Такому не учат в провинциальной школе, а тем более в домике деревенской ведьмы.

– Какие мы наблюдательные, когда не надо! Ладно, ты не первый, кто критикует мою легенду. Поэтому пришлось ее сменить. Главное теперь – не запутаться, кто меня кем считает.

– А кем считает тебя Дайон?

– Он знает правду обо мне, – машинально ответила я, запоздало отметив его неприятно изменившийся тон, – чем он тебе так не угодил? Весь вечер о нем спрашиваешь. Кстати, правду знает вся группа, не только он и группа, а еще Совет Хранителей. Такая вот коллективная тайна.

– Угу. Знают двое – знают все. А в твоем случае количество посвященных растет в геометрической прогрессии. Впрочем, долго скрывать это нет необходимости. Тебя все равно придется переводить рано или поздно на легальное положение, это лишь вопрос времени. Ладно, Мия, завтра вставать рано.

– Тогда – спокойной ночи!

И я послушно отправилась в палатку, которую делила с Лисой. Усталость навалилась как-то резко и сокрушительно. Действительно, я на ногах вторые сутки. А как долго и монотонно я колдовала? И потом эти ночные разговоры…

– ЭЙ, Ваше Величество, вы еще долго почивать изволите? Мы уже в «волшебный домик» сходили, где наш старичок-некроманчок обитал, а вы все спите! Не угодно ли Вам будет продолжить сон в собственной постели после завтрака? Хотя для нас, обычных смертных, это уже обед.

– Да, мама, еще две минуточки… – спросонья пробормотала я, разлепляя заспанные веки. – Ой! Дайон!

Рука инстинктивно запахнула раскрывшийся ворот рубашки. Дайон иронично приподнял бровь.

– Не трудись. Беседа с твоим красавчиком с утра пораньше отбивает всякое желание смотреть на тебя, как на женщину, хотя…

И он нагло растянулся рядом со мной на месте Лисы.

– Отбивает желание? – насторожилась я, натягивая шерстяное одеяло до самого подбородка и припомнив вчерашнее повышенное внимание принца к Черному Волку. – Вы что, подрались? Что он тебе сказал?

– Мия, за кого ты нас принимаешь? Разве у нас есть повод драться? Если очень вежливо и вкратце, то он лишь поинтересовался, почему я так много времени тебе уделяю. И спросил меня о моих дальнейших планах в отношении тебя.

– И что ты ответил? – я подозрительно сощурилась.

– Правду, конечно. Сказал, что хочу воспитать из тебя величайшую волшебницу Континента, потом написать об этом мемуары, и всю жизнь с них кормиться, поплевывая в потолок.

– И что он сказал?

– Да не волнуйся, он понятливый мальчик, немного импульсивен, но с возрастом это пройдет.

– Да ведь вы одногодки! – возмутилась я.

Дайон сел одним резким движением, внезапно повзрослев на несколько лет, мне даже стало жутко.

– Видишь ли, Малышка, война есть война. Для твоего принца она пока не началась, а для меня идет уже пять лет, и ты должна это понимать. И видел я за эти годы столько такого, что штабному капитану и в страшном сне не приснится. Взросление определяется не прожитыми годами, а жизненным опытом и ответственностью. Впрочем, скоро у нас всех этого опыта будет за глаза, – он встал и продолжил в обычном ироничном тоне. – Так что не переживай, он исправится.

– Вот еще, какое мне дело, повзрослеет он или нет, – покраснела я.

– Ага, он мне сказал что-то подобное… Переодевайся, пойдем в избушку, мы там кое-что интересное нашли.

– Вы без меня ходили в избушку? А я? Я тоже хотела! И вообще, вдруг бы на меня спящую напали?

– Не ной, тебя Лиса стерегла. Надо было отдохнуть после вчерашнего, ты и так на смерть похожа. Расколдовать двадцать человек – не кулек семечек сгрызть.

– Ну спасибо, и не двадцать, а двадцать одного.

– Да ладно, не преувеличивай. Твоих заслуг никто не умаляет, но я видел, как ты расколдовала двадцать первого без всяких там заклинаний. Удивительно, что сказки не врут! Вообще-то, в них обычно речь идет о принцах, но поцелуй принцессы тоже, как оказалось, не менее эффективен. Интересно провести эксперимент – если бы ты их всех в морду чмокала, это сработало бы?

– Дурак! – я швырнула в него подвернувшуюся под руку походную подушку, однако он ловко увернулся. – Нет, не сработало бы! Ты сказки невнимательно читаешь. Эстан это… это… это Эстан! Понял?