Чтение онлайн

от боли, и всё становится красным.

Затем чёрным. Блестяще-чёрным, как носок туфли.

Я поднимаю тяжёлые, слипшиеся веки. Я не умерла. Грубо заведённые за спину руки

заставляют меня раскачиваться как на волнах. Дрожащее сияние свеч озаряет потолок, покрашенный

в серый, красный и кремовый цвета. Корчащиеся нагие тела, монстры, пламя, буря и кровь. Даже не

знаю, что там изображено: оргия или ад. Стены гладкие и чёрные.

Я наклоняю голову. Вокруг меня пляшет два десятка непонятных существ, совершенно не

похожих на моих похитителей. Они молоды и необычайно прекрасны. Пластично танцующие

создания в стильных костюмах и платьях. Все в чёрном, сером и красном цветах. Ничего не

понимаю.

— Что происходит? — пытаюсь спросить я, но слова звучат совсем нечётко. К счастью,

стоящей рядом со мной женщине удаётся их разобрать.

— О-о-о, ты нас не узнаёшь? — распевает элегантное дьявольское создание. Её голос с гулом

проносится по моему телу. — То, что ты видела, — маскировка. — Её алые губы изгибаются в

улыбке. — Человеку средних лет, одетому в костюм, проще всего раствориться в толпе. Армия

демонов становится похожей на собрание офисных сотрудников. — Она смеётся, и от её сильного

голоса по моему телу пробегают мурашки. — Теперь ты видишь наше настоящее обличие. — Она

кружится, демонстрируя своё прекрасное тело, едва прикрытое одеждой. — Очевидно же, что такая

внешность не приводит ни к чему хорошему.

— Где мы? — Мой голос становится немного чётче.

— На пути к зи-Хило. — И снова эта озорная, сладострастная улыбка. — У него на тебя

планы, — поёт она и ударяет меня по лицу так, что длинные ногти царапают мне кожу.

— Где мои друзья?

— А теперь ш-ш-ш-ш-ш-ш. — Она поднимает руку и раскрывает ладонь. Затем прижимает к

ней губы и посылает мне поцелуй. Что бы там ни было у неё в руке, после того как оно распыляется

по моему лицу, я проваливаюсь обратно во тьму. — Спокойной ночки!

105

Первое, что я чувствую, — это холод. Холод, пронизывающий до боли в костях. Я лежу на

льдине. Пытаюсь пошевелиться, пытаюсь открыть глаза, но ничего не выходит. Меня заковали в лёд.

Учащаются дыхание и сердцебиение, адреналин подскакивает.

Глаза резко открываются. Вокруг полная темнота. Я смотрю по сторонам и понимаю, что лёд

был лишь у меня в голове, но, несмотря на это, мне всё ещё холодно. Я приподнимаюсь и замечаю,

что не чувствую ничего кроме холода и изнеможения, что уж говорить о какой-то супер-силе. Как

раз наоборот, я слабее, чем когда-либо. И ещё я очень голодна, такое ощущение, что меня грызёт

изнутри крыса. Но как такое возможно? Должны были пройти недели, чтобы я дошла до такого

состояния. Как долго я находилась без сознания?

Глаза начинают привыкать, но мне кажется, лучше бы они этого не делали, так как то, что я

вижу, не выглядит многообещающе. Чёрный пол, чёрный потолок, чёрная решётка — клетка. Я

встаю на ноги, но спотыкаюсь.

Пол выложен из чёрного стекла, но плитка не квадратная, все детали какие-то… не такие.

Похоже ни на квадраты, ни какие-либо другие геометрические фигуры, у них просто кривые,

причудливые углы. Плитка так отполирована, что походит на чёрное зеркало, из которого на меня

смотрит запертая Меда. Точно также оформлена единственная стена и потолок. А вместо остальных

стен — решётки. Снаружи хаотично расставлено много тюремных камер причудливой формы со

стенами, стоящими не под прямым углом. Потолки по высоте тоже разные, у меня он низкий, а где-

то многоярусный. В одной камере вообще всего в полметра. С таким потолком можно только лежать.

Темница озаряется лишь конусообразными канделябрами, отбрасывающими на потолок синеватый

свет. Пещера пляшущих теней и тусклых зеркал.

Краем глаза я ловлю какое-то движение и оглядываюсь, но там никого нет. Оборачиваясь, я

вижу ещё одно, но это лишь рефлексия моего отражения. Я не шевелюсь, и вокруг ничего не

двигается.

Ури, Хай, Джо. Они могут быть где-то здесь. Если они ещё живы. Я мчусь к решётке.

— На твоём месте я бы этого не делал, — сквозь чёрные тени грохочет голос.

Я оборачиваюсь, но никого не вижу.

— Кто здесь? — спрашиваю я.

— Тебе обязательно быть такой громкой? — спрашивает он с дрожью в голосе. Я замечаю

акцент, но никак не могу определить его происхождение. Я нахожу его обладателя в темноте. Его

клетка странным образом охватывает бесформенный угол, и я вижу, что он сидит в самой темноте,

прислонившись к стене, согнув ноги и положив руки на колени. Его голова запрокинута, но мне не

удаётся различить черты его лица. Мне видна лишь человеческая тень.

Ещё один узник, с которым меня разделяет решётка. Никакой угрозы. Я оборачиваюсь в

поисках своих друзей и тяну руки, чтобы проверить ограждение.

— Говорю же, ты делаешь ошибку, — предупреждает он почти с насмешкой.

— Тебе-то какое дело? — спрашиваю я, но при этом мои руки не решаются схватиться за

решётку. Оснастить тюрьму всякими сюрпризами как раз в духе демонов. Я поворачиваюсь к нему.

— О, обычно, как второму сыну тьмы, боль незнакомцев доставляет мне удовольствие, но

прямо сейчас я пытаюсь в тишине насладиться своими собственными страданиями. — Его

дразнящий тон говорит мне, что ничем подобным он не занимается.

Но всё же, я убираю руки от решётки. Лучше не рисковать.

— Как долго я была без сознания?

— Около часа.

— Где мои друзья? — допытываюсь я.