Чтение онлайн

– Мы прорубаться и не станем, - Оскарегон привычно принял команду над дружинами.
– Ударим двумя группами по флангам. Там мечники. Первая группа: барон Пережога-Лебедь, барон Карабичевский, барон Крумпф. Атакуете левый фланг. На галопе, клином, врежетесь в беспорядочную толпу, которую они называют строем. Задача: не дать кикивардам опомниться, нанести как можно больше потерь. Командует атакой барон Пережога-Лебедь.

– Всего-то?
– совершенно серьезно спросил Пережога-Лебедь.

– Да, только это. Больше ничего вам делать не надо, - так же серьезно ответил Оскарегон.
– Что-нибудь непонятно? Есть вопросы?

– Вопросов нет, все понятно.

Карабичевский и Крумпф молчали. Им тоже было все понятно.

– Барон Брамина-Стародубский, барон Яромунд Полянский, барон Харитончик, - продолжил Оскарегон.
– Атаковать правый фланг кикивардов. Командует барон Брамина-Стародубский. Задача та же. Ясно?

– А если э-э-э... встретиться нам генерал Коняга, его вязать или э-э-э... можно по обстоятельствам?
– спросил Брамина-Стародубский.

– Можно по обстоятельствам, - усмехнулся Оскарегон.
– И все остальное тоже можно по обстоятельствам. Я и барон Серг Боремба остаемся в центре. Встретим копьеносцев. Надо кому-то и ими заняться. Как считаешь, барон Боремба?

Несколько минут тому назад Боремба был уверен, что они слиняют с этого бугра. А получилось так, что он с Оскарегоном, который у баронов в авторитете, должен подставлять свою грудь под копья и не на понт, а по настоящему. Был бы он, как раньше атаманом, кикиварды бы сейчас только и увидели хвост его коня. Без базара. Но сейчас он барон. Все остальные бароны смотрят на него, как на кореша. И ждут, что он скажет. Боремба понимал, что надо как можно быстрей мотать с этого бугра. Но он был правильным пацаном и Боремба сказал:

– А чо?! Посшибаем им рога. В натуре.

– Ваши светлости, есть идея!
– от быстрого бега Максим запыхался и говорил с трудом.

Бароны не поняли. Прибежал оруженосец (Максим, хоть и не приступил еще к службе у Брамина-Стародубского, но уже считался оруженосцем) и орет о какой-то идее. Какая идея может быть у оруженосца?

Брамина-Стародубский, к которому Максим в основном обращался посмотрел на Оскарегона. Тот кивнул.

– Говори, - разрешил Брамина-Стародубский.

– Мой друг Агофен, как вам известно - джинн. Он может в ближайшую минуту поставить здесь, на холме, пару тысяч всадников в полном вооружении.

– Они станут сражаться вместе с нами?
– заинтересовался Оскарегон.

– Нет, это фантомы. Сражаться они не сумеют, - разочаровал его Максим.

– Жаль, нам бы сейчас пригодилась и пара сотен. Барон Брамина-Стародубский, веди свои отряды на правый фланг.

– Ваша светлость, может быть э-э-э... послушаем джинна, - предложил Брамина-Стародубский.
– При обороне замка он э-э-э... причинял кикивардам серьезные неприятности. Однажды даже осыпал их лепестками роз.

– Каких роз?

– Алых, ваша светлость.

Барон Оскарегон не понял, зачем джинн осыпал кикивардов лепестками алых роз и пожал плечами.

– Этим он привел босоногих разбойников в значительное недоумение, - сообщил Брамина-Стародубский.

– Оригинально, - отметил барон Оскарегон. Он еще раз глянул на войско кикивардов. Оно неумолимо приближалось, но было еще достаточно далеко.

– Затем он вывел из строя предводителя кикивардов и э-э-э... некоторую часть отряда, - позволил себе барон переложить на плечи джинна, частицу своей блестящей победы.

Оскарегон оценил.

– Если так... Давайте послушаем. Расскажи нам, джинн, что ты можешь сделать?

– Ваша светлость, я могу сотворить призрачное войско, и враги не отличат его от настоящего.

– Но призрачное войско не сумеет остановить противника, - рассудил барон.

– Я создам такое войско, при виде которого кикиварды задрожат от страха, как дрожит от страха женщина, увидевшая безобидную мышь. Куратор нашей группы, колледжа, который я закончил, старый мудрый джинн Кохинор Сокрушитель Муравейников, да продляться дни его счастливой жизни до бесконечности, неоднократно говорил нам: "Встретив врага, не хватайтесь за меч. Мечом вы можете только избавить его от жизни, и не более того. Вселите в него Страх. Страх поражает сильней, чем смертоносное оружие, оно не отнимает у вашего врага жизнь, но делает его вашим рабом".

– Неплохо с сказано, - оценил совет Сокрушителя Муравейников Оскарегон.
– Ты, действительно, можешь создать такое войско?

– Могу, ваша светлость.

– И как быстро? У нас для этого осталось очень мало времени.

– Почти мгновенно, ваша светлость.

– Твори, - разрешил барон Оскарегон.

Агофен начал творить. Он не лепил отдельных фантомов, каждым заклинанием джинн создавал группу или шеренгу. На правом фланге баронского войска неожиданно возник плотный строй рыцарей закованных в железные доспехи. Их могучие кони также были в броне, щиты разрисованы устрашающими девизами длинные копья нацелены на приближающихся кикивардов. Справа от рыцарей занял место отряд легкой кавалерии. Всадники в пестрых халатах и высоких тюрбанах, с клинками наголо, готовы были сорваться и атаковать противника. Между этим двумя конными группами вклинился грозный скирд коренастых бородатых гномов с большими устрашающими секирами.

На левом фланге баронского войска появился крупный отряд каких-то воинственных темнокожих карликов на невысоких осликах. Лица карликов были разрисованы синей, белой и красной краской, они, явно, были людоедами. Да и ослики, морды которых украшали длинные клыки, не выглядели травоядными. Рядом с карликами и осликами разместился крупный отряд верблюжьей кавалерии. Всадники, как и верблюды, рвались в бой. А завершал левый фланг отряд воинственных амазонок на свирепых, не знающих преград единорогах.

Агофен бормотал заклинания, щелкал пальцами, притоптывал то правой ногой, то левой, а иногда размахивал руками и что-то громко кричал на непонятном никому языке джиннов. Войско фантомов росло с каждой минутой и с каждой минутой принимало все более угрожающий вид. Видно было, что работает специалист, отличник учебы, дипломант и победитель многих конкурсов. Случались, конечно, кое-какие огрехи. К примеру, амазонки и единороги были взяты из разных времен, а среди верблюдов некоторые были трехгорбыми, а другие вообще не имели горбов. Но зато у одного из них, безгорбого и высокого, морда поразительно походила на лицо генерала Гроссерпферда. У этого верблюда имелись даже рыжие усы. При той спешке, в которой Агофену приходилось работать, и при столь массовом производстве некоторые отклонения были простительны. Если бы уважаемый учитель Агофена, Муслим-Задэ Глиняная Башка и куратор курса на котором учился Агофен, Кохинор Сокрушитель Муравейников, да продляться дни радостной жизни каждого из них до бесконечности, увидели бы сейчас своего ученика за работой, они несомненно остались бы довольны и, вполне возможно, что он удостоился бы похвалы.

Батальоны кикивардов, нестройными рядами, но уверенно и грозно наступали. Хищно блестели на солнце наконечники копий, многообещающе позвякивали мечи и щиты. Громко рокотали барабаны и пронзительно пели трубы. Баронских дружинников было мало, а кикивардов много. И могущественные жрецы пели, что Великий Мухугук прямо сейчас забодает всех баронов вместе с их дружинниками. Кикиварды знали, что победа близка и неустрашимо шли вперед.

Крокаданы летели цепью. Они первыми обратили внимание на пополнение в войске баронов и сделали круг над холмом. Настоящий крокадан - умный крокадан. Он должен постоянно определять откуда дует ветер и куда ветер подует завтра. Ничего личного: этого требует профессия. Самый опытный и самый откормленный крокадан сразу сообразил, что баланс сил изменился в пользу баронов. Продолжать работать в этой атмосфере не имело смысла. Следовало перестраиваться. Самый опытный, прочирикал свой совет собратьям по перу, те развернулся выстроились клином и полетели за опытным, разыскивать другою кормушку.