Наёмница: любовь и две личины Элоизы
Шрифт:
И, словно отвечая на его мысли, в дверь снова постучали.
– Ваше Величество! Госпожа Роззелин Шварц просит аудиенции… - прозвучал голос секретаря, и король согласился принять ее.
Девушка вошла к монарху торопливо и взволнованно, но тут же замерла и совершила изящный книксен. Евгенус пригласил ее присесть, отмечая в который раз, что Роззелин очень изящна и красива. Именно такой должна быть настоящая королева…
Когда девушка опустилась на краешек мягкого стула, на ее лице появилось еще большее беспокойство, а тонкие руки начали с тревогой мять краешек белых рюшей на платье.
– Что привело тебя ко мне, дитя мое? – мягко, по-отечески проговорил король, решив строить отношения с будущей невесткой прямо сейчас.
– Ваше Величество! Я… я не хотела беспокоить вас по такому поводу, но… - ее глаза забегали, а голос сорвался, - но принц Леонард ведет себя очень странно! Уже пошли слухи…
Она всхлипнула и взглянула на короля глазами, полными слез.
– Какие слухи? – нахмурился Евгенус. Что еще успел натворить его несносный сын?
– О, это просто ужасно! – воскликнула Роззелин, вытирая краешки глаз кружевным платком, невесть откуда взявшимся в ее руках. – Все говорят, что он… что он… ах! Я не могу этого сказать!!!
Кулак короля мощно опустился на поверхность стола.
– Я приказываю тебе: говори! – взревел он, а девушка задрожала от ужаса и поняла, что все-таки перестаралась с причитаниями.
– Говорят, что он завел любовные отношения со своим телохранителем!
– выпалила она и с ужасом уставилась на багровеющее лицо короля. – Кто-то из гвардейцев видел, как они целовались в лесу после пожара…
У короля просто отпала челюсть, а дыхание перехватило настолько сильно, что он не мог сделать ни единого вдоха.
– Не верю… – пробормотал он и, забыв о приличиях, добавил:
– Леон та еще заноза в заднице, но он не извращенец!!!
Розеллин слегка растерялась, а потом быстро спохватилась и усиленно закивала.
– Да! Я тоже считаю, что это все наглая ложь! Кто-то хочет расстроить нашу свадьбу! Это война против Его Высочества и меня!!!
Королю понадобилось еще несколько минут, чтобы выпроводить будущую невестку из кабинета, но он тут же призвал своего секретаря.
– Немедленно привести ко мне того парня, которого Леонард взял к себе телохранителем!
Голос короля задрожал от волнения и некоторой растерянности, и секретарь задрожал вместе с ним.
– Слушаюсь, Ваше Величество! – воскликнул он и мгновенно исчез за дверью…
Король начал ходить по кабинету взад-вперед.
– Нет, я не верю… - бормотал он. – Леонард никогда не сделает ничего подобного…
Но потом он замер и допустил мысль, что совершенно исключать такого поворота никак нельзя. А что, если его сын все-таки польстился? Он всегда был слабым, глупым и чрезмерно эмоциональным…
Евгенус почувствовал, что его начинает заполнять жуткая ярость.
– Если это правда, - процедил он, - я сотру этого телохранителя в порошок, а Леонард… а Леонард… никогда не получит трон!
Он лучше женит сына на Роззелин, а потом отдаст трон своему внуку! Извращенец никогда не будет носить корону Элевейза!..
Глава 58
Элоиза
В моей голове сейчас царил полный хаос. На тело накатывали волны боли, каждую мышцу ломило, сознание то погружалось во власть путанных сновидений, но выныривало наружу, и я начинала осознавать, что лежу в кровати в очень знакомой для меня комнате – в спальне Леонарда.
Но глаза снова закрывались, и я опять погружалась в пучину мучительных образов.
В голове всплывали жуткие обрывки видений моей матери. Ее боль, ее отчаяние, ее муки заточения просто сводили меня с ума. А потом в этих образах всплывал другой, довольно туманный, но жуткий и ужасный – уродливое подобие некогда человека – Никодеон! И он кричал мне: «Отдай мне мое! Отдай мне мое!!!». От одного его вида мне становилось плохо и хотелось просто сбежать. Но после появился некто в плаще. Тот самый, который пленил моего брата. Я ощутила горькое чувство вины. Эри заточен, а я до сих пор не нашла никакого выхода!
Мужчина повернулся ко мне, все еще пряча черты своего лица под капюшоном, и угрожающе произнес:
– Я жду, но терпение мое заканчивается! А если закончится терпение, то закончится и жизнь твоего брата! Король должен умереть, и как можно скорее!!!
Я с ужасом вынырнула из сна и схватилась рукой за горло. Было тяжело дышать, сердце безумно колотилось…
Но сознание явно просветлело, и я с трудом смогла присесть.
Это действительно были и комната, и кровать Леонарда. Судя по свету, льющемуся в окна, сейчас уже было утро.
Дверь в комнату открылась, и на пороге появился… Луиджи. Я вздрогнула и тут вдруг поняла, что на мне… тонкая женская сорочка и больше ничего. Ужаснулась и попыталась натянуть на себя одеяло, но… лекарка стремительным жестом сняла с себя артефакт личины и стала девушкой Джиной. Девушкой с заплаканными глазами.
Она подошла ближе и медленно опустилась на стул рядом.
– Можешь не прятаться, - глухо проговорила она. – Я уже все видела: ты – женщина!
Мне вдруг стало стыдно перед ней, как будто я в чем-то виновата.
Она опустила лицо и печально вздохнула.
– Я рада хотя бы тому, что принц не увлечен мужчиной. Это было стишком ужасно для меня… После ваших «однополых» поцелуев я даже проще переношу факт того, что у меня вообще нет ни малейшего шанса…
Она говорила прямо и искренне и этим покорила меня. Но сочувствовать ее горю я не могла: все-таки не будь у нее горя, у меня не было бы счастья…
– Что произошло? – осторожно спросила я. – Почему я в этой постели? И где принц?
– Вы вынырнули из портала прямо здесь, но ты уже была без сознания. Вот тогда я и узнала, что ты женщина: Леонард начал раздевать тебя, потому что твоя одежда впитала слишком много магических сил и стала очень ядовито-опасной. Я вызвалась помочь и… все увидела. Леонард весь аж дрожал от ужаса, боялся тебя потерять, и я поняла… - она снова очень горько вздохнула. – …поняла, что он действительно тебя очень любит.
Потом она посмотрела на меня и как-то странно улыбнулась.
– А знаешь ведь у меня просто шикарная интуиция! Когда я увидела тебя впервые – ты еще была просто мальчишкой- преступником, которого принц пожалел – я сразу почувствовала в тебе соперницу. Ты мне сразу не понравилась…
Да, я тоже помнила ту странную неприязнь, которой меня мгновенно при знакомстве окатил смазливый лекарь Луиджи. Теперь причины ее были предельно ясны…
– Леон попросил меня позаботиться о тебе… - произнесла она, вставая, но я перебила ее.