Чтение онлайн

Хозяин хвалит его за бдительность и бескомпромиссность, тогда как это обыкновенный интриган, делающий свою карьеру на костях товарищей и даже непосредственных начальников, умело выпячивающий негативные моменты и в упор не замечающий положительных.

Хозяину трудно понять, где искреннее боление за судьбу дела, а где обычное подсиживание. Впрочем, даже если он видит, что под его началом работают отъявленные мерзавцы, он только в крайних случаях предпринимает какие-либо административные действия.

Почему?

Потому что это бизнес-структура, а не общество праведников или пансион благородных девиц. В интересах созданного им дела хозяин вправе пользоваться любым рабочим инструментом, который находится в его распоряжении.

Распознать псевдоразоблачителя и карьериста можно по списку его жертв и объектов для нападок. Если в нем только сотрудники того же уровня с небольшими вариациями

— немного ниже рангом, немного выше, либо менеджеры из чужих подразделений, тогда это имитатор, использующий репутацию смелого правдолюбца для выстраивания карьеры.

Даже самый смелый разоблачитель не станет открыто критиковать непосредственного или высшего начальника. Их бескомпромиссность заканчивается там, где начинает действовать инстинкт самосохранения, когда они видят перед собой силу, которая может уничтожить их самих.

Если же в своем критическом пыле сотрудник не останавливается ни перед какими должностями и регалиями, значит, перед вами честный фанатик или дурак.

Кажущееся исключение

У моего знакомого начальника департамента был подчиненный, который без согласования с ним направлял информацию о работе департамента непосредственно хозяину.

Информация представляла собой, главным образом, слегка завуалированные доносы на плохую работу отдела и намеки на некомпетентность его руководителя.

Однако стратегической целью умного сотрудника было не столько подсиживание своего непосредственного начальника (он критиковал работу и других подразделений), сколько создание видимости собственной активности и бдительности. Это позволило бы ему при благоприятном стечении обстоятельств войти в ближайшее окружение хозяина. Поэтому он благоразумно старался не задевать никого из тех, кто уже входил в ближний круг, — чтобы те не уничтожили инициативного труженика на дальних подступах к административной вершине.

Но он перестарался со своей доносительной активностью. Да, хозяин делал выводы из его докладов, да, он наказывал провинившихся, но сигналов и доносов было так много, что хозяин начал от них уставать. Да и кому нравятся дурные новости и дурные вестники? Если им сегодня не рубят головы, то рано или поздно избавляются другими способами. И от сверхрасчетливого карьериста избавились.

Исторические персонажи:

Малюта Скуратов. Князь-кесарь Федор Ромодановский. Алексей Аракчеев.

«Железный нарком» Николай Ежов. Лаврентий Берия.

Люди с твердым, точнее, с твердокаменным характером. Получают приятные ощущения, когда доставляют неприятности другим.

Они незаменимы в качестве жестких переговорщиков с поставщиками и продавцами (обычный итог таких переговоров: «Хорошо, хорошо, мы согласны на ваши условия!» и «Ладно, мы снизим цену, бог с ней, с нашей прибылью, только давайте наконец покончим с этим!»), а также для управления коллективом по схеме «злой следователь — добрый следователь», особенно если сам хозяин — человек мягкий и нерешительный. Классический пример «злодейской» должности — вахтер.

Использование «злодеев» — часть традиционного разделения административного труда. Этим способом вот уже тысячи лет активно пользуются короли и президенты.

В роли железной метлы обычно выступают «злые чиновники» — министры, визири и губернаторы.

Несчастные подданные при этом, как правило, убеждены, что монарх и не подозревает, какие гнусности совершаются от его имени. Таким образом верховный правитель сохраняет не только собственную популярность, но и пространство для маневра: если вдруг ретивые подчиненные перестараются с репрессиями, их можно примерно наказать. — на радость толпе.

Конечно, чтобы задействовать «злодейский метод» в полном объеме, надо сначала выстроить большую иерархическую пирамиду с почти непреодолимым расстоянием между хозяином и рядовыми работниками.

Но и в малых организациях наличие злодея значительно упрощает процесс руководства. Можно смело делегировать им неприятные вопросы — неприятные для недостаточно жесткого хозяина, но не для них.

При наличии такого человека, скажем, в ранге заместителя, сотрудники обычно узнают о том, что они наказаны или уволены, именно от него. На фоне злодея хозяин выглядит Отцом и Благодетелем, в крайнем случае — человеком, «введенным в заблуждение».

И этот административный симбиоз взаимовыгоден: злодей получает свой бонус: он демонстрирует, кто здесь Человек Номер Два.

Конечно, может случиться так, что когда-нибудь вам захочется избавиться от самого злодея. И перед вами встанет вопрос: как же Доброму Хозяину уволить человека, который не привык уступать и уходить?

Утешьте себя мыслью, что трудно будет только психологически, но не организационно. Даже самый добрый, робкий, нерешительный хозяин остается хозяином, то есть единственным человеком, который властен над всеми своими работниками — всеми без исключения.

И не имеет значения, сообщите ли вы злодею свое решение твердым голосом или будете мямлить и опускать глаза. Так или иначе, вы его уволите. А вот вас уволить не сможет даже самый злодейский злодей.

Пусть это соображение станет опорой для всех ваших поступков.

Именно на них держится все здание бизнеса. Это люди, которые приносят живые деньги и кормят всю прочую публику, включая владельца. В сравнении с ними остальные работники — не более чем тыловое обеспечение, техподдержка.

Хозяин не всегда осознает истинную ценность таких сотрудников. Особенно если они пренебрегают самопиаром, не стараются попасться на глаза начальству и все рабочее время скрываются от посторонних глаз за своим монитором либо бегают по клиентам.

Между тем, их надо холить, лелеять, говорить, что вы их очень цените, платить им хорошие деньги. Иначе однажды они вдруг решат, что их ценность недооценивается и уйдут к другому хозяину.

Ведь большинство из них неконфликтные люди, которые и уходят обычно тихо, без сцен и предварительных требований.