Чтение онлайн

– Рейнхард Гейдрих, - ответил Гюнвальд Ларссон.

Начальник ЦПУ откашлялся. Потом заговорил:

– Да, этот БРЕН неприятная штука. Что до Гейдриха - так это уже история.

– Неприятная история, - подхватил Гюнвальд Ларссон.
– И все акции БРЕН до сих пор обличают полное презрение к человеческим жизням.

– Попробуй защити кого-то от людей, которые взрывают бомбы по радио, уныло произнес Мёллер.

– Как-нибудь, - сказал Гюнвальд Ларссон.
– Лишь бы ты обеспечил ближнюю охрану.

– Не так-то это просто, черт возьми, если я и сам вдруг взлечу на воздух, - заявил шеф секретной полиции.
– Поди тут, защити его.

– Насчет бомб и прочего не беспокойся. Это мы берем на себя.

– Я вот о чем подумал, - сказал Мартин Бек.
– Если там периферийная охрана была налажена как следует, человек, который взорвал бомбу, вроде бы не должен был видеть происходящего.

– И, наверное, не видел.
– ответил Гюнвальд Ларссон.

– Значит, был сообщник, который находился поблизости?

– Не думаю.

– Откуда же он знал, когда взрывать?

– Я предполагаю, что он слушал радио или следил по телевизору. Радио и телевидение вели прямой репортаж об официальном визите. Так теперь заведено почти во всех странах, когда речь идет о каком-нибудь крупном событии.

– Меня еще удивляет, что БРЕН так быстро сообщил о своей причастности и что сообщение было передано французской радиостанцией.

– Передача была на французском языке, но радиостанция - вест-индская. В свою очередь, она приняла сообщение из источника, точное местонахождение которого не установлено. Вполне возможно, что это было судно или самолет.

– Гм-м, - буркнул Мартин Бек.
– Похоже, нам и впрямь надо быть готовыми к встрече с БРЕН.

– Да, похоже на то, - согласился Гюнвальд Ларссон.
– Я пытался анализировать схему их действий. Философия БРЕН для меня слишком высокая материя. Но кое-что мы о них знаем. Их покушения всегда направлены против известных политических деятелей. И каждый раз они были приурочены к какому-нибудь громкому событию вроде официального визита. Сейчас будет именно такой случай, когда можно ждать от них очередной вылазки.

– А что мы решим насчет превентивных мер?
– спросил Мёллер.
– Как мне быть - посадить на время всех чокнутых, которые способны держать у себя на стене портрет Мао?

Мартин Бек рассмеялся, никто не понял - почему.

– Зачем же, - возразил Гюнвальд Ларссон.
– Кто хочет - пусть демонстрирует.

– Ты представляешь себе, о чем говоришь?
– вступил полицеймейстер, выдвинувшийся из органов охраны общественного порядка.
– Тогда нам придется мобилизовать полицейских со всей страны. Несколько лет назад Макнамара собирался посетить Копенгаген, так ведь не посмел, когда услышал, какие демонстрации ожидаются. А когда Рейган два года назад был в Дании и обедал на королевской яхте, газеты об этом даже не обмолвились. Сам он объяснил это тем, что приезжал как частное лицо и не хотел шумихи. Это Рейган-то...

– Будь я выходной в день предстоящего визита, - сказал Гюнвальд Ларссон, - сам пошел бы демонстрировать против этого гада. Он ведь куда хуже Рейгана.

Все недоверчиво и сурово воззрились на Гюнвальда Ларссона. Все, кроме Мартина Бека, который явно был погружен в свои мысли. И все, кроме того же Мартина Бека, подумали: уместен ли этот человек на такой должности?

Потом начальник ЦПУ вспомнил о своеобразном остроумии Гюнвальда Ларссона и решил, что он просто пошутил.

– Ну что ж, - произнес он, - совещание было полезным. По-моему, мы на верном пути. Всех благодарю.

Тем временем Мартин Бек подвел итог своим размышлениям и обратился к Эрику Мёллеру:

– Мне предложили возглавить оперативный центр, и я согласился. Стало быть, тебе придется подчиняться моим распоряжениям. А это значит: никаких превентивных арестов людей, которые не разделяют твоих взглядов, разве что будут причины, признанные достаточно вескими другими членами центра, в первую очередь мной. На тебя возложена важная задача - ближняя охрана. Думай прежде всего о ней. Постарайся также не забывать, что у нас узаконено право на демонстрации и что я запретил тебе прибегать к провокациям и неоправданному насилию. Помни, что с демонстрантами надо обращаться тактично и что в этом вопросе тебе надлежит сотрудничать с полицеймейстером и начальником охраны общественного порядка. Все планы представлять мне на утверждение.

– А как же с подрывными силами в стране? Или я должен закрыть на них глаза?

– По-моему, эти подрывные силы - плод твоей фантазии. У тебя есть важная задача. Охранять сенатора. Демонстрации неизбежны, но разгонять их не надо. Достаточно снабдить полицию толковыми директивами, и все будет в порядке. Так что знакомь меня со всеми своими планами. Твои восемьсот шпионов - в твоем полном распоряжении, только чтобы все было по закону. Ясно?

– Ясно, - ответил Мёллер.
– Но я полагаю, тебе известно, что есть более высокие инстанции, куда я могу обратиться, если сочту нужным.

Мартин Бек промолчал.

Полицеймейстер подошел к зеркалу и принялся поправлять свой белый шелковый галстук.

– Господа, - сказал начальник ЦПУ, - совещание окончено. Начинайте операцию. Я вполне полагаюсь на вас.

Выходя из зала, Гюнвальд Ларссон сказал Мальму:

– В следующий раз расскажи ему про "раковые шейки". Может, сработает.

Мартин Бек посмотрел на них с недоумением.

Несколько позже в тот же день к Мартину Беку - небывалый случай явился Эрик Мёллер.

Мартин Бек задержался на Кунгсхольмсгатан, хотя ему полагалось быть либо в своем кабинете на Вестберга-алле, либо в Рутебру, либо в Юрсхольме. Ему очень хотелось расследовать убийство Петруса до того, как новое задание поглотит его целиком; он не был уверен, что Бенни Скакке сумеет подойти к преднамеренному убийству со всеми его социальными и психологическими аспектами так, как это умел делать Колльберг. Леннарт был блестящим следователем, дотошным и изобретательным; Мартин Бек порой ловил себя на мысли, что Колльберг во многом превосходил его самого.

С энергией и старанием у Скакке было все в порядке, но до сих пор он не блистал глубокой проницательностью и вообще от него вряд ли можно было ожидать особого блеска. Конечно, он мог еще совершенствоваться, учитывая его относительно молодой возраст. Ему только что исполнилось тридцать пять лет, и Мартин Бек уже успел оценить его завидное упорство и полное бесстрашие, однако чувствовал, что еще не скоро сможет со спокойной душой поручать ему сложные дела. Впрочем, Бенни Скакке и Оса Турелль составляли совсем неплохую бригаду, и от них вполне можно было ждать толковых действий, лишь бы Мерста-Перста не очень сковывал их своими директивами.