Наездник гончей
Шрифт:
Быстро вывернув на трассу, Джи одной рукой сдернула с себя ненавистный парик, открывая переливчатые светлые (от медовых до пепельных оттенков) волосы, с очень короткой ассиметричной стрижкой. Девушка тут же прошлась по ним пальцами, безуспешно зачесывая их назад. Челка снова упала на левый глаз и Джи недовольно тряхнула головой, пометив про себя, что стоит вскоре сходить в парикмахерскую. С ее работой, такая помеха, как длинная челка, могла стоить ей жизни.
Остановившись через десяток километров, Джи сняла с себя цветные линзы, отправила их в контейнер с раствором, и посмотрела в зеркало заднего вида. Со стеклянной поверхности на нее посмотрела харизматичная девушка с ярко-синими глазами, тонким носом, узкими губами, дерзким взглядом и очаровательными ямочками на щеках.
Оторвав взгляд от своего отражения, Джи (а может быть, и нет) вынула из-за пазухи свою черную раскладушку. Она достала из прибора, оказавшегося камерой, снятой ею с дерева, флэш-карту, вставила ее в телефон и с невозмутимым выражением просмотрела полученную запись. Удовлетворившись качеством съемки и нужными деталями, Джи отправила видео на номер, с которого пришло последнее сообщение.
На другой номер она отправила уже другое, текстовое:
«Доказательства собраны. Документы у меня.
Заберите и профилируйте клиента. Участок №37.
А.Г.»
Все сообщения и письма подверглись немедленному удалению. Телефон отправился на соседнее сидение вместе с полученными документами в конверте.
Вывернув пиджак наизнанку, превратив его в светло-голубой, Джи кинула его на заднее сидение и повела машину на запад, будто скрываясь во тьме от восходящего солнца. Роща сменилась пустыми холмами и полями, и девушка вздохнула свободнее. Потом, не доезжая до ближайшего перекрестка, на котором были установлены камеры, свернула прямо на дикую траву и проехала еще километр, после чего остановилась, убедившись, что ее не видно со стороны дороги.
Из бардачка на свет девушка вытащила небольшой пакет. Взяв небольшой баллончик оттуда, Джи вышла из машины и принялась им обрабатывать себе волосы. Одноразовая аэрозольная краска для волос придала ее волосам темно-каштановый оттенок. Посмотрев в боковое зеркало на себя, Джи взлохматила волосы и прикрыла взъерошенной челкой половину лба, отчего у нее появился неряшливый и дерзкий вид.
Следующему преображению подверглась машина. Кое-как отколупав уголок тонированной черной пленки на шве у левого крыла, Джи потянула ее на себя, открывая под ней другой цвет.
Издалека, со стороны поля, послышался рев мотора. Через пару минут около машины остановился полноприводный внедорожный мотоцикл.
– Еще более громкий транспорт не могла взять, Бестия? – недовольно буркнула Джи, ныряя в машину и вытаскивая на свет полученный от Рика конверт.
– Тебе не помешало бы быть менее параноидальной. Я знаю свою работу. – Раздался глухой женский голос из-под черного шлема.
Джи передала новоприбывшей конверт, который та запихнула себе за пазуху и тут же саданула кулаком по плечу девушки.
– Какого?! – прошипела Джи, потирая ушибленное плечо, когда-то давно травмированное на войне.
Бестия подняла айшилд[1] и усмехнулась, молча кивая на теперь уже желтую машину. В темноте не было видно ни цвета глаз, ни бровей, но узкий азиатский разрез глаз на возрастном лице был четко различим синими глазами Джи.
– Как ты заставила его отдать тебе все расписки? – поинтересовалась она.
– Сказала, что ищу компромат на директора по финансам его отца, который не только отмыл у него несколько миллиардов, но и продал кучу акций его конкурентам, отчего они упали, и поэтому их семья скоро разорится. – Закатив глаза, Джи достала пачку влажных спиртовых салфеток.
– Так ты поэтому решила влезть в его бизнес до того, как мы приступили к сбору компромата? – спросила Бестия, подняв брови. – Ты просто взяла и разрушила его дело, чтобы скинуть все на бедного бухгалтера и воспользоваться этим, чтобы достать все доказательства о расходах?
– Этот бухгалтер та еще падаль. Он не только подворовывает у своего начальника, хоть и не в тех количествах, что я ему приписала, но и потрахивает несовершеннолетних девочек, которых подвозит со школы на своей новенькой Тесле, которую на ворованные деньги и купил. Не сказать, что маленькие девочки как-то согласны или в восторге от того, что он с ними делает. Так что педофила советую убрать совсем, если вы не решите вернуть меня на поле. Так готова сама это сделать. – С отвращением прошипела Джи, остервенело оттирая руки от попавшей на пальцы краски, после чего перевела тему: – С клиентом будет говорить Рэкет[2]?
– А лучше него в этом никого нет, уж не обессудь. – Сыронизировала собеседница и сняла мотоцикл с боковой подножки. Джи только махнула рукой, вставляя в глаз цветную линзу. – Они с Чартистом[3] ждут меня с документами. Их нужно сначала изучить. Твоя работа закончена, можешь расслабиться, мы все сделаем. И с клиентом и с… падалью. Мы пришлем тебе сообщение о результатах.
– Не стоит. – Вновь махнула рукой Джи, смаргивая выступившие слезы с теперь уже янтарных глаз. – Мы на него нарыли столько компромата, что он не то, что сам не останется, он внукам в пятом поколении запретит приближаться к Лондону. Жалко, конечно, сынок у него хорош в постели.
Бестия уже хотела завести байк, но на последних словах передумала и хмыкнула
– Как ты умудряешься и задание выполнить, и наразвлекаться всласть? – она окинула Джи взглядом и поморщилась. – Серьезно, ты для каждого траха маскируешься? Не перебор ли?
Джи тяжело вздохнула и достала из машины пиджак, надевая его.
– Хочу напомнить, что мне, помимо доказательств на его папочку нужен и компромат на него самого. В заказе четко указано, что исчезнуть из страны должна вся семейка – и магнат и его возможные наследники. У меня было два варианта: или убить его или трахнуть страпоном на потеху публике. Решила, что второе будет поскандальнее обычного политического убийства. Так что трах с ним и есть моя работа. Кстати, по поводу перестраховки – именно благодаря ей меня и поставили куратором всех заданий, Ниндзя. Поверь, если бы я не готовилась так тщательно, минимум треть наших были бы уже за решеткой.
Бестия хохотнула:
– Скромна, как всегда. Но ты не отрицаешь, что ты параноик. И хватит меня так называть! Мой позывной – Бестия!
– Не буду извиняться. У каждого свои недостатки. А я была на войне. Моя предусмотрительность спасла жизнь сотням, если не тысячам людей. Сейчас я маскируюсь не для траха. Я себя немно-о-ожко так сделаю знаменитой. – Джи свела указательный и большой пальцы, оставляя между ними около полудюйма[4].
Недоуменный взгляд Бестии в сторону Джи заставил ее раскинуть в стороны руки:
– Нужно скинуть в «The Sun» и «Mirror Online»[5] мой сегодняшний крышесносный секс.
Глаза Бестии расширились:
– Ты сейчас серьезно? Тебе мало того, что мы нарыли на его отца?! Ты же сама сказала, что этого более, чем достаточно!
– Но это не гарантирует того, что его сынок не захочет остаться тут. Я не учла, что он в меня втюрится настолько, что заставит своего почти банкрота-папашу купить ему дом подальше от цивилизации, только ради секса со мной. Поэтому приходится перестраховываться вдвойне. – Подняла брови Джи и почти села в машину, как тут же чертыхнулась. – Из-за тебя чуть не забыла номера поменять.