Чтение онлайн

– Кто ты, воин? – не выдержала Маша.

– Эдуард, – вальяжно представился маргинал и сделал шутливый поклон, – я записан.

– Ты? – выдала я и запнулась. – К кому?

– Не знаю, – легко пожал он плечами.

Я решительно сделала несколько шагов, обойдя Эдуарда, который ни на секунду не сводил с меня взгляда, по дуге.

Вышла, достала журнал и трясущимися руками принялась искать. И точно! На тринадцать ноль-ноль к Маше был записан Эдуард.

– Нашла? – заботливо поинтересовался он, перегибаясь через стойку и норовя подсмотреть из-за моей головы.

– Нашла, – сжала я зубы и посмотрела на него.

Взгляд маргинала смеялся, а я почему-то почувствовала себя неловко.

– Проходите, Эдуард, кепочку можете в шкафу оставить, – постаралась я взять себя в руки.

– Не, Катерина Романовна, а вдруг сопрут. Я с собой, – он дерзко мне подмигнул и уточнил: – Куда?

– Туда, – я махнула рукой, призывая свой дар речи вернуться из анабиоза, вызванного появлением этого товарища в моем салоне.

– Понял. Ты тут жди, – улыбнулся он и легкой походкой, расслабленно пошел в зал.

А я за ним.

– Куда приземляться? – уточнил он, обводя взглядом девчонок, которые еще не отошли от шока.

– Сюда, – Маша смогла взять себя в руки и указала на свое кресло.

Эдуард вальяжно на нем устроился, положил на полку у зеркала свою борсетку, сверху картуз, вытянул длинные ноги и велел:

– Стриги. Только красиво.

– Ч-челочку оставляем? – не удержалась Маша.

– Не, я одну принцессу хочу на свидание позвать сегодня, надо, чтоб она влюбилась со второго взгляда. С первого как-то не вышло.

Маша, с трудом сдерживая смех, надела на него накидку, а Эдуард смотрел на меня в зеркало и ухмылялся.

– Интересно, почему? – не удержалась я.

– Почему не вышло? Да фиг ее поймешь. Но вечером она точно со мной на свидание пойдет.

– А Пчела с Сашей Белым потом подъедут, да? – не удержалась я от сарказма.

– Если у этих двоих скидка в травматологии, то пусть подгребают, – важно согласился гопник, а я решила спасаться бегством.

Мама дорогая, и что мне теперь делать? Он меня преследует, да? Боже, что плохого я тебе сделала, что ты послал в мою жизнь ЕГО?!

Я налила себе воды в стакан, залпом выпила и отвлеклась на звонок. Работала на автомате, то и дело косясь туда, откуда раздавался звонкий смех.

Потому что гопник Эдуард решил развлечься стендапом и веселил всех, кто был в тот момент в зале.

Не до смеха было только мне.

Эдуард вышел спустя сорок минут, довольно натягивая кепку обратно на голову.

Подошел к стойке, облокотился на нее локтями и томно прошептал:

– Катерина Романовна, проблемы у твоей мамы.

– К-какие? – икнула я.

– Зятя нет, – блаженно выдохнул он и сверкнул глазами. – Пошли на свидание сгоняем, а?

– Куда? В пункт сдачи металлолома? – из уст вырвался нервный смешок.

– Можем и туда. Любой каприз, Катюха. Пошли, обещаю, что скучно тебе не будет. Я тебе расскажу, как я куриц у бабушки в деревне летать научил.

Я прикрыла рот ладонью, но смех сдержать не смогла.

– Так оригинально меня еще никто на свидание не приглашал, – призналась я. – Мальчик, ты меня не потянешь. Иди найди ровесницу, похвастайся стрижкой и подкрадулями, она оценит.

– Потяну, Катерина Романовна, не сомневайся, – он нагло подмигнул и добил: – А еще у меня есть тонометр.

– Это все меняет, Эдуард. Если есть тонометр, то я твоя.

– Правда? – так искренне обрадовался он, что я на мгновение устыдилась.

– Кривда. С тебя пятьсот.

– Денег?

– Нет, семечек! Есть семки?

– Обижаешь, Катерина.

Это чудо залезло в борсетку и выудило из нее пачку семечек! Настоящих! Семечек!

– Вот. Мои любимые, крупные, ешь на здоровье.

Он выглядел серьезным, но взгляд выдавал. Он ржал. Просто ржал надо мной!

– Спасибо, – профессионально улыбнулась я, – надеюсь, вы довольны нашим сервисом, ждем вас к нам еще раз.

– Не-а, я без тебя никуда не уйду.

– Не смей мне угрожать! – разозлилась я. – Иначе я вызову полицию!

– Не надо полицию. Пойдем, тут кофейня за углом, кофейку попьем, и я отстану, зуб даю, – он сделал характерный жест, подумал и добавил: – На сегодня.

– Что тебе от меня нужно? – прорычала я.

– Классная ты. Ну, про куриц неинтересно, я тебе про гусей расскажу. Ну, Кать, хочешь на свалку металлолома, пойдем туда. Я не отстану, Катя-а-а-а…

– Полчаса. Пьем кофе, и ты уходишь туда, откуда пришел!

– Понял, – он поднял ладони вверх, и пока я просила у Маши полчаса побыть за администратора, положил на стойку тысячную купюру.

Я было дернулась дать сдачу, но меня перехватили за талию и под обалдевшими и полными любопытством взглядами повел к выходу.

Катя

На нас смотрели все! Абсолютно все прохожие останавливались и глазели на маргинальное чудо и на меня за компанию, как на мартышек в зоопарке. А я краснела и старалась казаться меньше ростом.

Эдуард же совершенно не смущался из-за того, что вызывал фурор среди прохожих, и вальяжно топал в сторону кофейни. Он пытался снова обнять меня за талию, но наткнулся на мой взгляд, пару раз хлопнул ресницами и руку убрал.

Казалось, его вообще ничего в этой жизни не могло смутить. Парень просто никогда не встречал слово «стыд». И, видимо, «совесть».

– Кто ты такой? – выдохнула я.

– Эдуард я, забыла, что ли, Катюха?

Меня «Катюхой» со школы никто не называл, но этого товарища даже поправлять не хотелось. Хотелось поскорее отмотать время вперед, вернуться на работу и забыть о нем.

Наконец, мы подошли к кофейне, Эдуард джентльменски открыл передо мной дверь, сверкнул глазами и напевно предложил:

– Сильвупле, мадмуазель.

Приглашающе махнул рукой и ждал, пока я войду. Я гордо прошагала мимо и остановилась, ожидая, пока у неподготовленных бариста пройдет первый приступ культурного шока.