Чтение онлайн

– У меня всё уже было собрано несколько дней назад, когда я хотела убежать из дома. После визита свахи я говорила с родителями о нас, но они отказали мне. Я собрала вещи, документы. Но не успела, с этой сумкой меня и привезли к тёте. Я её не распаковывала, ждала тебя.

Они подошли к машине, Семён посадил Асмиру в машину и пошёл за Аманом. Подойдя к окну, он закрыл створку. Аман уже устал расспрашивать тётю Асмиры о соседях, подозрительных жильцах и так далее. Он с облегчением встретил Семёна и сказал своей собеседнице через дверь, что завтра он обязательно придёт и лично познакомится с такой хорошей женщиной.

Все сели в машину и по тихому ночному Ташкенту поехали на квартиру к Любови Ивановне. Иван Иванович был в длительном отъезде, рыбачил на сибирских реках, и она с радостью приняла красивую и скромную девушку.

– Что мы теперь будем делать, Семён? – спросила Асмира.

– Я договорюсь, и мы поедем в ЗАГС.

– А венчаться? Вначале мы должны повенчаться, ты обещал родителям через сваху.

– Обещание я своё сдержу, если это важно для тебя. Но я не мусульманин и вообще неверующий человек, нас могут и не повенчать.

– Такие случаи бывают, я думаю, препятствия будут.

Они уединились в комнате. Семён обнял Асмиру, чтобы поцеловать. Она упёрлась тонкими ладонями в его грудь.

– У меня нет опыта, я стесняюсь это делать. Может, что-то не так и кружится голова.

– Здесь опыт не нужен, гораздо лучше, когда его нет, – говорил Семён, нежно целуя Асмиру.

Она прижалась к нему и заплакала.

– Как я боялась, что больше не увижу тебя, что ты меня не найдёшь. Я всё время днём и ночью молилась Аллаху. И просила тебя, чтобы ты нашёл меня. Я указывала тебе дорогу, где я нахожусь.

– Ты не поверишь, но только поэтому я тебя и нашёл. Ты мне приснилась и сказала, чтобы я вспомнил важное для меня слово. Это слово оказалось названием гостиницы «Дустлик». Оно действительно было для меня важным в один из моментов службы. А сейчас важно вдвойне, так как я благодаря ему, что нашёл тебя.

– Это не случайность, Семён, нам помог Всевышний. Ты моя судьба. И как, оказывается, чудесно целоваться.

– Ты, что целуешься в первый раз? – удивился Семён.

– Да, в первый и больше никогда, ни с кем кроме тебя, целоваться не буду.

– Неужели? Ловлю на слове, – рассмеялся Семён.

Асмира грустно посмотрела на него глазами полными слёз.

– Можешь улыбаться, но я это точно знаю, – сказала девушка, потом неожиданно закрыла руками лицо и заплакала. Семён обнял её.

– Что это с тобой, не бойся, всё уже закончилось, всё будет хорошо. Я тебя не дам в обиду, – успокаивал её Семён.

– У меня тяжёлое предчувствие, что-то случится, я так боюсь, – и она зарыдала.

Семён долго успокаивал Асмиру, вытирал ей слёзы, обнимал. Наконец, рыдания стихли.

– Я очень боялась, завтра должен был приехать Абдурашид, тётка оставила бы меня с ним наедине и ушла. А он способен на всё, ничего не боится, у него отец генерал. Я бы погибла, меня бы не было, если бы не ты.

Она обвила его шею своими горячими руками и прижалась влажным лицом к его горячим губам.

Семён попросил Асмиру никуда не выходить из квартиры и не звонить по телефону ни родственникам, ни подругам, иначе могут определить её телефон. Любови Ивановне он вкратце поведал историю с бегством Асмиры.

Семён с помощью Амана и его друзей нашёл имама, но тот не согласился обвенчать его с Асмирой. Сваха Фархунда все равно купила Асмире национальное свадебное платье, а Семёну халат, тюбетейку и всё остальное, предназначенное для венчания. В ЗАГСе назначили регистрацию через четыре дня. А потом в одном из ресторанов планировалось провести свадьбу, пригласить подруг невесты, друзей Семёна из школы, Комиссарова, начальника школы, Любовь Ивановну, сваху Фархунду. Своих родителей и родственников Асмира решила не приглашать, а только передать через тётю всем подарки, которые купил Семён. Матери Асмиры он купил богатый золотой гарнитур, а отцу достал через ребят дефицитный японский магнитофон. А вечером Семён хотел улететь с молодой женой в Москву, а потом оттуда в Ленинград, показать жене сердце и душу большой страны, сходить в театры, на концерты, ВДНХ, музеи, осмотреть исторические памятники.

Рафик взял свой фотоаппарат «Зенит», чтобы на прощанье сфотографироваться с Семёном и Аманом у фонтанов Ташкента, а потом поехать в аэропорт за билетами. Отъехав несколько кварталов от школы, Рафик заметил за машиной хвост. Офицеры стали наблюдать и определили, что слежка за ними ведётся профессионально.

– Кто бы это мог быть, на наших ребят не похожи, – размышлял Рафик. – Надо попробовать оторваться.

– Давай поедем к базару, там поставим машину. Мы с тобой уйдём к киоскам, между ними есть узкий проход. Там спрячемся и будем наблюдать за Семёном. А он задержится, а потом пойдёт на базар, уводя за собой хвост. Глядишь, одного из них подловим и попытаем, кто они и есть ли санкция на слежку за нами, – предложил Аман.

– Отлично, если я задержусь в машине, они не пойдут мимо неё за вами, сразу подставятся. А больше идти негде, одна дорога на базар, или идти вокруг, а это далеко. Оттяну все силы на себя, предполагаю, что я им только и нужен. Абдурашид не может простить мне того, что Асмира выбрала меня, – предположил Семён.

– Ну, дела! С вами, товарищи офицеры, не удастся соскучиться. Невесту мы уже украли, скоро ЗАГС и свадьба. А теперь слежка родителей или кого-то ещё. Аман, открой бардачок, – попросил, улыбаясь, Рафик.

Аман открыл крышку бардачка. Там лежали блестящие американские наручники из нержавеющего металла. Таких наручников ребята ещё не видели.

– Бери их, Аман, а я возьму фотоаппарат, мы им покажем, что такое контрразведка, – южные чёрные глаза Рафика горели молодым задором и отвагой.

Всё сделали строго по плану. Рафик накинул на шею ремень фотоаппарата, Аман спрятал в карман наручники. Вышли из машины, толкая друг друга и смеясь, дурачась, побегали по траве у арыка. Беззаботные молодые ребята, да и только. Потом они, не торопясь, пошли по дорожке к рынку. И, как только вошли в ворота, пропали из глаз.

Семён вышел из машины и, жуя на ходу печенье, не торопясь, тоже пошёл к воротам рынка. Краем глаза заметил движение в припарковавшейся недалеко машине. Один за другим вышли двое ребят и тоже направились к воротам рынка. Один потом отстал, сел якобы переобуться на траву. А второй пошёл за Семёном вдоль рядов с фруктами. Семён останавливался перед прилавками, приценивался к товару, пробовал фрукты, беседовал с торговцами. Он продвигался дальше и дальше вдоль длинных рядов. Народа было мало. За ним неотступно шёл человек неопределённого возраста и без особых примет. Серый, невзрачный, такой, что и смотреть на него не было никакого желания. Но он часто поглядывал на часы. «Служака! Запоминает время для составления сводки», – ухмылялся Семён. Второго молодого парня не было видно. Улучшив момент, когда на какие-то секунды наблюдатель Семёна отвернулся, чекист согнулся и юркнул в проход между прилавками, повернул влево и спрятался под прилавок прямо у ног торговца. Он смотрел на торговца снизу – вверх, приложив палец к губам. Потом услышал крик.