Наизнанку. Московский роман
Шрифт:
Ему еще кто-то позвонил, но он со словами: «Не хочу говорить», проигнорировал звонок.
Мы слушали и понимали, что этот человек – настоящий бизнесмен и что желание делать деньги для него стоит на первом месте.
– Так что вы об этом думаете? И кстати, я представился, а вы нет.
– Вы нам времени не дали, чтоб представиться, – сказал я. – Меня зовут Михаил, а это мой друг Валера.
– Вы где-то раньше танцевали, что-то я вас не видел?
– Вообще-то мы немного работали в «Ящере», слышали о таком?
Он взглянул на нас, будто услышал знакомую мелодию, но в этот раз избавил нас от своей дорогой улыбки. Лицо его было напряженно и сосредоточено, он явно знал о том клубе.
– Это клуб моего приятеля, но вас я там не видел, – он отпил вина и добавил. – Наверное, потому что там не было симпатичных ребят, да и клуб загадили совсем дешевки и извращенцы.
Мне было приятно, что хоть кто-то разделял мои мысли по поводу «Ящерицы».
И тут от Евгенича поступило одно предложение, но сначала он поинтересовался:
– А вы квартиру вместе снимаете или же вы москвичи?
– Нет, мы из разных городов и сейчас снимаем вместе двушку, а что?
Он допил все вино и заказал еще бокал, пока мы неторопливо попивали свой чай.
– Сколько в месяц платите за нее?
– Триста долларов, – ответил я.
– У меня есть интересное предложение к вам, а что, если мы сегодня поедем ко мне домой и втроем поваляемся в ванной, вы не волнуйтесь, она у меня на пятерых человек. Вы сможете заплатить за квартиру за полгода вперед.
Мы конечно же были ошарашены, но с деньгами были напряги.
– Только в ванне поваляться? – спросили мы.
– Только поваляться в ванне и больше ничего, обещаю.
Что нам оставалось делать – ничего, и мы согласились на эти условия.
Мы еще раз заглянули в гримерку, в надежде, что останемся тут работать. В целом, у нового клуба была приятная аура и энергетика, тут хотелось остаться, чего не скажешь про «Ящер».
– Ну что, вас взяли? – спросил кто-то из пацанов, я пожал плечами.
– Надеюсь.
– Ну что ж, удачи, парни.
– Спасибо.
Шестисотый «мерседес» подъехал к сталинскому дому в центре Москвы. Из машины вылезли мы с Валерой, Евгенич и его охранник с абсолютно тупыми глазами. Охранник проводил всех до двери и остался за порогом.
Неплохая квартира у этого Евгенича. Огромный шикарный зал с двумя мраморными колоннами посередине. Шикарные диваны и дорогущая мебель из редкого красного дерева просто кричали о помпезности хозяина. Каждая мелочь была произведением искусства, вплоть до золотой дюпоновской зажигалки размером с пачку сигарет, небрежно положенной на край стеклянного стола. Красиво жить не запретишь, подумал я, да и Валера наверняка думал то же самое.
– Расслабляйтесь, ребята, чувствуйте себя как дома.
Старик прошел в другую комнату, и до нас донесся шум льющейся воды.
Мы присели на диван и только переглядывались между собой, и, скорее всего, мысли у нас были одинаковые, но я почему-то нервничал, каким-то странным получается наш прием на работу. Зачем-то нужно искупаться в этой ванне – это что, ритуал такой или просто дешевый развод?
Видимо, старика вдохновлял фиолетовый цвет, так как он был всюду – и на потолке, и на стенах.
В зал он вышел в огромном черном халате «Версаче».
– Готово, ребятки.
Я чувствовал себя скованно и нелепо.
Пройдя через зал и попав в не менее большую комнату с тренажерами и солярием, мы сняли с себя одежду и зашли в ванну, больше похожую на «SPA-бассейн» в мини-варианте на пять здоровенных парней, да и девчонка тоже поместится.
Вода бурлила из всех дырок этой ванны, от нее исходил приятный пар и аромат морской соли, щедро брошенной на дно хозяином.
Когда все втроем мы сидели в ванне, разговаривали абсолютно ни о чем. Он задавал формальные вопросы. Почему решили заняться стриптизом? Каким спортом занимаетесь? Говорил, что у нас большое будущее, если будем работать у него в клубе. Все это он тер, практически не выпуская сигару изо рта. От мягкой теплоты воды и от нежных, как оливковое масло, солей я совсем расслабился и просто балдел до того момента, как…
– Вы, наверно, думаете, что я пидор, мол, чуваков в ванну с собой посадил – это ваше дело. Если б мне кто-то предложил с ним в ванной поваляться, я бы тоже так решил. Но если честно, то меня прикалывают мужские тела. Я отношу себя к разряду креаторов-художников. Я восхищаюсь творчеством Микеланджело и его «Давидом», Рафаэлем и другими художниками. Я, конечно, не рисую картины, но помогаю некоторым ребяткам по жизни. Достаю им путевки в жизнь, и мне нравиться так поступать. Не скрою, сейчас одному пареньку 18-летнему заказал «Мерседес-230» только потому, что у него черты лица очень правильные.
Он говорил это, наблюдая за нашей реакцией.
– Когда я очень бухой, а это случается довольно часто, я деньги раздаю направо и налево, но четко контролирую процесс. Ребятки, я больше скажу, у меня в квартире здесь есть сейф, сейф с бабками, и, знаете, что я делаю каждое утро не зависимо от того, чем занимался вечером и ночью? Так вот, каждое утро я перед тем, как принять душ, подхожу к сейфу, набираю шифр из семи цифр, вынимаю денежки и пересчитываю их. Я всегда знаю точно, сколько там должно быть. Вот такие вот дела, ребятки.
Наступила неловкая пауза.
– А вы давно клубами занимаетесь? – почему-то спросил его Валера.
– Мечта всей моей жизни – работать в школе преподавателем русского языка. Но лет двадцать назад я встретил своего первого компаньона по бизнесу, и моя жизнь очень изменилась.
Он опустил остаток толстой сигары в ванну, тем самым затушив ее, и громко спросил:
– Ну, так что, будете работать у меня? – и снова на его лице нарисовалась эта обманчивая улыбка.
– Будем, да, – синхронно ответили мы.
Не успели мы еще насухо обтереться белыми махровыми полотенцами, как хитрый Евгенич поделил на двоих две тысячи долларов, тем самым оформив нас в свой клуб.
Прошло около трех месяцев с нашей общей последней встречи, около трех месяцев жесткого режима и полноценной работы. Все, что требовалось от нас, а точнее от всех танцоров «Крейзи Булла», – это следить за собой, что включало системный поход в тренажерный зал, солярий, пилинги. Но самое главное требование «хозяина» – это постановочные номера с профессиональным хореографом.