Наизнанку
Шрифт:
– А муж? Он тоже сможет поехать со мной в командировку?
– Ну, если у мужа есть свободное время, то почему бы и нет, – великодушно разрешил я, а про себя подумал: «Черта с два!».
Внезапно я почувствовал приближение ночных охотников. Резко обернулся. Около дома мелькнул темный силуэт и растворился в бетонной стене. Мои мышцы напряглись, из крепко сжатых челюстей непроизвольно вырвалось рычание. Подавив первый порыв эмоций, я сделал вид, будто откашливаюсь, быстро попрощался и покинул двор, оставив девушку в легком недоумении.
Скрывшись от посторонних глаз в тени арки, я всмотрелся в окрестности. Так и есть, парочка ночных охотников посетила спальный район северного города. Я ощутил знакомую радость от предчувствия опасности. Легкая дрожь пробежала по спине. Пиджак на плечах натянулся, крепко обтягивая увеличивающийся торс. Я легонько свистнул и нырнул в сквер. Лысые деревья были плохим укрытием. Повезло, что утром выходного дня прохожих на улице меньше, чем обычно. В противном случае схватку пришлось бы отложить. Я еще раз присвистнул, имитируя зов ночных охотников. Они поддались на уловку.
Первый выполз из-под земли, озираясь и скуля. Его грязно-серая кожа омерзительно поблескивала на слабом солнце. Из груди у меня вырвалось утробное рычание. Я перемахнул разделяющую нас скамейку и прыгнул на тварь. Злодей сумел увернуться и отскочил. Он оскалился и низко пригнулся, скребя когтями по асфальту. В сощуренных глазах ночного охотника вспыхнула ненависть – он понял, кто я.
Второй ночной охотник возник у меня за спиной. Я не увидел, ощутил его появление. Я запрыгнул на крышу закрытого торгового киоска – с высоты трех метров проще контролировать ситуацию. Ночные охотники не думали о побеге. Скалясь и шипя, они приближались к шаткому строению.
Ближайший из охотников прижался к земле, готовясь к прыжку. Я запустил во второго махарангом и кинулся на нападающего.
Махаранг, металлический полумесяц с обоюдоострыми краями размером с ладонь, представлял собой серьезное оружие в схватках с ночными охотниками. Посланный умелой рукой, валит нечисть на месте, и бумерангом возвращается к хозяину. Попробуй поймать его обычный человек – мигом останется без пальцев. На поверхности полумесяца выбит герб нашей семьи – дракон, извергающий пламя.
Охотник визжал и рвал когтями землю, пока я ломал его стальные кости. Новой атаки не последовало, значит, оружие достигло цели. Я расправился с первым ночным охотником и обернулся.
В луже распласталось мелко подрагивающее тело злобной твари. Я быстро метнулся к нему и сильным ударом расплющил голову.
– Спокойных снов!
Прислушался. Глубоко втянул воздух. Ночных охотников рядом нет. Вдалеке на дороге замерла старуха с тростью, изумленно глядя на меня. Я широко улыбнулся и подмигнул ей. Бабка взволнованно перекрестилась.
Подобрав махаранг, я перемахнул ограду сквера, отряхнулся и прогулочным шагом направился к оставленной неподалеку машине, без которой я легко бы обошелся, но иметь которую мне полагалось по должности. Случайный свидетель меня не беспокоил. Тела ночных охотников растворятся в воздухе через несколько минут. Вот только само происшествие слегка насторожило. Почему охотники забрели сюда, что они искали?
Мне повезло найти Алину, но мой интерес может оказаться губительным для нее. Эти твари ненавидят все, что связано с нами, поэтому следует быть начеку ежеминутно.
Через две недели Алина сидела в моем кабинете и с деловым видом перебирала бумаги. Я наблюдал за ней сквозь полуприкрытые веки. До чего она хороша в этом строгом костюме цвета мокко. Я уже начал привыкать к ее новому облику, и находил в нем все больше привлекательных черт.
– Мне кажется, этот поставщик вполне надежен, – не поднимая глаз, сказала Алина, – К тому же у него самые выгодные условия.
– Ты так думаешь? – лениво спросил я.
– Да. Уверена, мы не проиграем, если заключим с ним контракт.
Как скажешь, детка. Я вытащил эту фирму из банкротства только ради тебя, и не стану спорить, если ты отправишь ее обратно, совершая сделки с сомнительными поставщиками.
Алина принялась что-то быстро высчитывать на калькуляторе, делая карандашные пометки на своих бумагах.
– Ох, карандаш сломался, – она, нахмурившись, принялась перебирать принадлежности в канцелярском наборе.
Это был второй день нашей совместной работы в офисе. Алина не смогла вспомнить меня, несмотря на тесное общение весь вчерашний день. Может предметы из прошлого помогут ей. Я долго думал, как предъявить наше боевое оружие и не нашел ничего лучше, чем подпилить карандашный стержень.
– Попробуй этим, – я улыбнулся и протянул девушке маленький темный предмет. Эта вещь тысячелетиями использовалась нами исключительно в боевых целях, и честно говоря, я даже не представлял, как Алина будет точить махарангом карандаш.
Девушка осторожно взяла в руки эту альтернативу карандашной точилки и с удивлением стала ее рассматривать. Брови сдвинулись к переносице. Ну же, родная, просыпайся.
– Что это?
– Так… Сувенир.
Затея со сломанным карандашом провалилась. Я смотрел, как Алина, усиленно сопя, ковыряет стержень махарангом и пытается не пораниться при этом, и со злой иронией говорил себе, что сегодня совершил всего один правильный поступок – предусмотрительно затупил его острые края. Вместо воспоминаний я дал девушке повод усомниться в своей умственной полноценности. Было заметно, что Алина изо всех сил сдерживается, чтобы не чертыхаться, все-таки я ее начальник, и с каким трудом ей это удается.
Глава 3.
– Завтра уезжаем в командировку, – объявил я Алине на следующий день.
Поскольку тесное общение ни со мной, ни с махарангом не возымело эффекта, настало время повидать памятные места прошлого.
– Как завтра? – удивилась она.
– Иначе сорвется важная сделка.
– А куда? С кем? И… надолго?
– Летим вдвоем. Местечко недалеко от Нижнего Новгорода. Название тебе все равно ничего не скажет, – я поймал встревоженный взгляд карих глаз, – Если волнуешься за сына, можешь взять его.
Алина в серьезной задумчивости занялась бумагами, пытаясь скрыть напряженную работу мысли. Я понимал, что она недовольна такой поспешностью, но выбора у меня не было. Много времени потеряно, а пробудить воспоминания с каждым днем становится сложнее. В минуты меланхолии мне казалось, что это уже невозможно. Ментально эта девушка сейчас мало отличается от остальных людей, – вечно о чем-то беспокоится, ищет пути решения множества надуманных проблем. И все же было одно обстоятельство, дающее надежду: она единственная из всех людей не боялась меня.