Чтение онлайн

Вот и сегодня полковник Кроу пришел доложить ему, что от Дэвиса все еще нет никаких известий.

— Прямо как сквозь землю провалился человек, — сокрушенно заключил свой доклад Кроу.

— Но в Россию он ведь прибыл, — задумчиво проговорил Гоуст. — Это нам достоверно известно по донесению нашего посольства. Связался он и с нашим резидентом в Свердловске, а затем действительно, как в воду канул… Не пошел же он с повинной к русским чекистам, хотя это становится теперь очень модным.

— Ну, Дэвис-то скорее перережет себе горло, чем пойдет на это, — убежденно заявил полковник Кроу.

— Зачем же перерезать горло? — усмехнулся Гоуст. — Мы предусмотрели возможность такого желания и вшили ампулы с ядом в воротнички его рубашек.

Помолчав немного, он спросил:

— Ну, а вы всех там предупредили об отмене нашего задания Дэвису?

— Да, конечно, сэр. И посольство, и всех резидентов, адреса которых известны Дэвису.

— А как обстоит дело с розысками магнитофона, исчезнувшего из его комнаты? — снова спросил Гоуст.

— Вчера мы еще раз допросили хозяйку его квартиры, и Андерсон призналась нам, что и она, и проживающая у нее журналистка Керри Хиггинс были в комнате Дэвиса до того, как было сообщено в полицию об его исчезновении. Эта Керри Хиггинс сотрудничает в газете Чарльза Каннинга, и мы ее подозреваем в похищении магнитофона. Со вчерашнего дня наши агенты дежурят возле дома Андерсон, но Керри Хиггинс вот уже второй день пропадает где-то В редакции ее тоже нет. След, правда, ведет к ее дружку, астроному Джону Мунну, но мы решили пока его не трогать.

— Это какой Мунн? — спросил Гоуст. — Тот, что обнаружил злополучный астероид?

— Он самый.

— Тогда его и не нужно трогать Он сейчас слишком популярная личность Журналистку эту тоже надо оставить пока в покое Магнитофон теперь все равно уже не в ее руках. Нам вообще выгоднее замять это дело и отрицать даже само существование такого магнитофона.

А В СЕНАТЕ в это время шли столь бурные дебаты, что зал заседания похож был на что угодно, только не на помещение законодательного органа республики. Никто никого не слушал, все разговаривали, кричали и даже вопили. Тщетно председатель призывал к порядку — и голос его и стук молотка тонули в шуме и гаме.

Лишь с появлением вице-президента, отсутствовавшего некоторое время по ряду важных обстоятельств, восстановился кое-какой порядок.

— Я вижу, джентльмены, — обратился он к собравшимся, пристально вглядываясь в их раскрасневшиеся физиономии, — вижу, что вы ни до чего пока не договорились.

Переведя взгляд с физиономий на состояние галстуков почтенных сенаторов, он добавил с укоризной:

— Вижу так же, что договориться едва ли удастся.

Снова по залу прокатился рокот, но вице-президент решительно поднял руку вверх и повысил голос:

— А между тем, положение таково: по предварительным данным астероид упадет либо на нашу столицу, либо в западной окрестности ее, то есть в районе сосредоточения значительной части промышленных предприятий нашего штата. Точные данные о месте его падения будут получены только через два — три дня.

— Вот тогда и будем принимать решение, — раздался чей-то голос.

— А не блеф ли это опять, подобный космической агрессии генерала Хазарда?! — прокричал ему в тон толстяк с багровым лицом и выпученными глазами. В пылу полемики кто-то так затянул его галстук, что он до сих пор не мог привести его в порядок.

И снова забурлило все вокруг. Отдельные реплики слились в сплошной гул. Председатель на сей раз так стукнул своим молотком, что рукоятка его сломалась. Наводить порядок было уже нечем, и председатель, махнув на все рукой, беспомощно опустился в кресло, глядя на происходившее вокруг безучастными глазами. Сенаторы, представлявшие штаты, лежащие за пределами района предполагаемого падения астероида, энергично возражали против совместных действий с Советским Союзом. Они полагали, что лучше пойти на жертвы, чем подтвердить «доктрину русских» о возможности не только сосуществования двух различных экономических систем, но и совместной борьбы со стихийными бедствиями.

Сенаторы же, которые не только представляли центральные и близлежащие штаты, но и сами являлись владельцами многих предприятий этих штатов, были за немедленные переговоры о совместных действиях. Торопились они так еще и потому, что именно им были посланы Чарльзом Каннингом письма, ставившие их в известность о готовящейся диверсии против русских баз атомного оружия. Хотя разведывательное управление и отвергало факт посылки Дэвиса в Советский Союз, однако, сенаторы не очень этому верили. Они слишком хорошо знали свое разведывательное управление.

— Джентльмены! — снова поднял руку вице-президент, призывая к тишине. — Не будем же терять даром время и вынесем, наконец, свое решение. Кто желает высказаться?

Первым попросил слова сенатор Твифорд, представитель одного из южных штатов.

— Я категорически против соглашения с русскими, — решительно заявил он, подкрепляя свои слова энергичным жестом мясистой руки. — Русские так просто не придут к нам на помощь. Разве сами мы на их месте согласились бы помогать кому-нибудь бескорыстно?

Зал одобрительно загудел. Ободренный этим, Твифорд продолжал с уже большей уверенностью:

— Не надо же считать русских глупее нас. Они, конечно же, за свою помощь поставят перед нами ряд требований. Думаю, во-первых, что предложат они нам ликвидировать наши военные базы в Европе и Азии. Во-вторых, могут настоять на выходе из некоторых военных пактов.

— Позаботятся, конечно, и о неграх! — неистово выкрикнул сенатор, владелец плантаций на юге страны.

— Не забудут и коммунистов! — раздался еще чей-то голос.

— Насчет негров и коммунистов не знаю, — продолжал Твифорд, — но первых два требования предъявят непременно. А это будет означать почти безоговорочную нашу капитуляцию. Стоит ли идти на такие жертвы из-за падения какого-то камня, пусть даже весьма солидных размеров?

Твифорда сменил сенатор, представляющий центральный штат.

— Нельзя же рассуждать столь легкомысленно, как это делает уважаемый мистер Твифорд, — раздраженно начал он. — Вы же знаете неустойчивую психику наших сограждан. Они и сейчас уже живут в трепете и страхе. Газеты и радио постарались довести их до такого состояния. Однако точно они еще не знают пока, куда упадет астероид, а это ведь не просто солидный камешек, как уверяет нас мистер Твифорд, а целая маленькая планета. Надеются они так же, что с помощью русских мы уничтожим ее еще за пределами нашей атмосферы. Представляете вы, что произойдет, если народу станет известно и место падения его, и то, что мы откажемся от помощи русских?

Сенаторы сменяли друг друга, высказывая самые противоречивые мнения. Заседание длилось уже восемь часов и неизвестно, когда бы кончилось, если бы в зал сената не вошел один из секретарей вице-президента с какой-то бумагой. Вице-президент быстро пробежал ее и, прервав очередного оратора, объявил:

— Внимание, джентльмены! Только что получено послание русских нашему президенту. Я опускаю вступительную часть и читаю вам самую суть его:

«Наши ученые, так же, как и ваш астроном Джон Мунн, обнаружили один и тот же астероид, вычисление орбиты которого показало неизбежность столкновения его с нашей планетой. Вычислительным центром при Главной астрономической обсерватории Академии наук Советского Союза окончательно установлено теперь, что астероид «Керри» (мы оставляем за ним название, присвоенное ему вашим астрономом Джоном Мунном) должен вторгнуться в атмосферу нашей планеты 21 мая будущего года. Место падения его определено в районе столицы вашего государства Уайтхаусе.