Чтение онлайн

— Что еще? — насмешливо спросил Ломакин.

— Есть и вторая сторона дела, — задумчиво и неторопливо сказал Аркадий. — Вы настолько ничтожны, что, как мне кажется, дело обстоит, вернее обстояло, несколько иначе. Именно это я и хочу узнать. А может быть, вы штатный провокатор, Виктор Львович? Может быть, вы были на ставке в приснопамятном КГБ? Может быть, вы по заданию своих командиров-чекистов организовали тогда журнал, спровоцировали и нас троих, и педагогов, поймав Волынскую и Яна Петровича на крючок? Вот ведь какую сеть забросила ваша контора, не так ли? Может быть и вы, и ваши командиры в свои победные рапорты наши имена и вставили? Такая ситуация меняет дело, Виктор Львович. И мое отношение к нему.

— КГБ уже нет! — радостно сказал Ломакин.

— Есть или уже нет, вопрос не в этом, — без нажима сказал Аркадий. — Но если вы просто провокатор, внук Азефа, то вопрос простой: так же, как ваш дедушка был повешен на вешалке для пальто, так и мы повесим вас. А если вы провокатор-любитель, действовали по велению души, то это меняет и ситуацию, и степень наказания. Сколько вам заплатили за организацию нашего журнала и нашей группы?

Ломакин подошел к решетке, прижался к ней лицом и сказал с издевкой:

— Запомните одно, придурки. Умерло КГБ или нет, исчезло или притихло, под своим ли гордым именем возродится, или возьмет другой псевдоним, но такие дела не исчезают, в огне не горят, в воде не тонут. И до последнего вашего вздоха будут храниться, где надо. Тогда, три года назад, время на поворот пошло, «политики» вам не пришили, только за порнуху посадили. Но дело-то лежит! Лежит и ждет своего часа! Время может и по-иному повернуться, понял, сопляк? И дела ваши всплывут в тот момент, когда возникнет в них нужда. Вернутся к власти коммунисты и появится на свет Божий все, что ты да дурак Хромов о коммунистах думали и говорили, какой грязью поливали светлый образ товарища Ленина и называли гения — победителя, товарища Сталина, пожирателем младенцев и людоедом! А что слова свои подлые голыми сиськами, задницами и всякой похабщиной украшали, за это вас больше не посадят. Жди поворота времени, сопляк, и снова без остановки сядешь, но уже не выйдешь, потому что сотрут тебя в лагерную пыль. Все понял?

— Все, — твердо и спокойно сказал Аркадий. — Лучше убегай, сволочь, куда глаза глядят. Не ближе, чем в Южную Америку.

Он отвернулся и пошел из павильона. На миг мелькнула мысль, что можно было и воспользоваться тем, что Ломакин оказался взаперти, но мысль эту Аркадий тотчас отринул. Здоров и тренирован сенсей, да и не в том дело, чтоб его попросту уничтожить. Аркадию казалось, что он мыслит правильно: Ломакина надо судить. Пусть не официальным судом, но хотя бы своим. Однако с правом защиты, протоколом, решением суда и исполнением приговора.

Потом, уже на выходе с рынка, он сам над собой посмеялся: чушь это! Да разве ж был осужден за всю историю последних десятилетий хоть один стукач на святой Руси?! Да это же страна непуганных стукачей, их питомник, инкубатор! Один только слух о том, что списки стукачей собираются опубликовать официально, был пресечен в самом зародыше!

И суды сейчас никому не нужны, решил Аркадий. Все надо решать просто: преступление — расплата! Вот и все, что нужно. Нужно, чтобы в этом мире еще сохранялся законный, человеческий порядок, чтобы земля вертелась, куда положено, а не наоборот.

Инна еще не появилась, и Аркадий вернулся к ларькам, где торговали видеокассетами.

В первом ларьке, куда с головой погружался Ломакин, торговала девушка лет двадцати с небольшим.

— Что имеем для зрелища? — изобразил игривость Аркадий.

— Что угодно, — так же весело ответила она.

— Ага. А что-нибудь солененькое?

— У нас не закусочная.

— Я имею в виду кассеты «икс».

— Какие еще «икс»?!

— Ну, знаете, когда в семье есть видик, а кроме того дети, то на некоторых кассетах названий не пишут. «Любовь втроем плюс коза» — такого писать нельзя, вот и придумали для маскировки — кассета «Икс».

— Понятно, — она посмотрела на него внимательно. — Мы вашему вкусу не потрафим.

Боится, понял Аркадий, она всего лишь продавщица чужого товара, заправляет чужим бизнесом, а вид покупателя доверия ей не внушает.

— Жаль, — сказал он и перешел ко второму ларьку.

Здесь ворочал делами разухабистый парень лет под тридцать, вряд ли владелец фирмы, но он чувствовал себя в палатке вольготно, по-хозяйски.

— Мне бы чего-нибудь эдакого, — промямлил Аркадий, оглядываясь. — Тут вот лысый в кепке приходил. Он вроде нужным товаром торгует. Чего-нибудь свеженькое не принес?

— У нас все и всегда свеженькое! — уверенно ответил парень. — Свеженький Шварценеггер, не протухшая Мадонна. Неделю назад приз присудили на Венецианском фестивале, а фильмец уже у нас лежит! Желаете?

— Я не про то.

— А другое по-другому и стоит!

Парень голоса не понижал, ничего не боялся, но на Аркадия смотрел очень внимательно, изучающе.

— Если товар свежий, то не в цене дело, — тянул Аркадий.

— Товар свежий. Сам же видел, только что прибыл.

— Издалека?

— Это не мои проблемы. Поставщик надежный.

— Сколько?

Цена оказалась неимоверной. Втройне против обычных кассет. Пришлось покупать, хотя на картошку уже не оставалось.

Продавец завернул кассету в газету, кивнул Аркадию, тот обошел ларек и принял покупку из приоткрывшихся задних дверей.

На полтора килограмма картофеля все же хватило.

Инна ждала его у центрального входа с сумкой в руках, из которой торчали овощи.

Почти семейная идиллия, вяло подумал Аркадий. Но эта дурочка по уши влюблена в Бориса и ведь знает твердо, что будет еще неоднократно бита и унижена, но все равно станет цепляться за него изо всех сил.

— Что-нибудь случилось, Аркадий? — она тревожно посмотрела ему в лицо.

— Нет, с чего ты взяла?

— У вас вид непривычный, будто вы похоронку получили.

— Нет. Я всегда спокоен. У меня характер рыбий. А с какой стати ты вдруг заговорила без разрешения?

— Ай, перестаньте! Это же Борис до ужаса боится со мной разговаривать, а вам-то чего боятся? Вы человек сильный, не то что он!

Ну что ж, подумал Аркадий, пора тебя, девочка, сунуть рожей в грязь. Чтоб знала наперед, что все шуточки и игры в этой жизни могут обернуться и жуткой, беспощадной стороной.

Они не торопясь, пешком вернулись домой и принялись готовить обед.

Дело было в субботу, к обеду ждали Бориса, но он позвонил из своего магазина и сказал, что будет только к ужину в связи с бизнесом, что чемпиона Франции Витька нужно вызвать тоже к ужину, алкоголь покупать не надо, он возьмет в своем магазине и это будет не какая-нибудь фальшивая отрава, а продукция завода «Кристалл», качественная и недорогая.

— Пообедаем без него, — сказал Аркадий. — Так оно и лучше.

— Почему?