Наказание
Шрифт:
Находясь уже в полудрёме, услыхал, что кто-то тихо крадётся по комнате. В темноте не разглядеть, заметен только неясный силуэт. Потихоньку начал вытягивать клинки из ножен, как в голове раздался знакомый, но в то же время какой-то вкрадчиво-мелодичный голос:
"Варг, всё хорошо. Это всего лишь я."
"Сатри? Я ведь велел тебе ночевать сегодня в своей комнате."
"Да. Не обижайся. Я не могу сегодня оставаться одна."
Подошла к ложу, но не легла рядом, как обычно, а залезла под одеяло.
"Сатри! Ты что делаешь?" - я напрягся, готовый одним движением отсечь ей голову.
"Не знаю."
В тот же миг прильнула ко мне всем телом и страстно поцеловала. Два зелёных огонька её глаз заслонили собой ночную тьму. Прижалась к бедру горячим и влажным.
Руки безвольно соскользнули с рукоятей клинков и крепко обняли тонкую талию.
Иногда я просто непроходимо туп...
***
– Эй, Морган! Вставай, завтрак проспишь!
– разбудил меня окрик Мэйса из-за двери.
Голос несколько приглушен толщей земли, но всё равно достаточно громкий.
Встал, привёл себя в порядок. Кувшин с водой и медный таз, находящиеся в комнате, изрядно в этом помогли.
Одевшись и нацепив оружие, вышел в коридор. Спустился в помещение трактира.
За столом сидела троица палачей и бодро поглощала нехитрый завтрак, состоящий из яиц, мяса и какой-то зелени. В центре стола стоял графин красного вина.
Усевшись на место рядом с нетронутой порцией, стал лениво резать мясо на кусочки.
– Морган, - активно работая челюстями, промычал Треверс, - ты спишь - будь здоров. Появись у меня мысль прирезать тебя ночью - убил бы легко, как младенца.
– Мэйс, - поморщился Дредд, - не задевай Варга. Не то обнимет тебя покрепче, да и спустится с тобой на милю вниз. Умереть не умрешь, но подумай - сколько выкарабкиваться будешь.
– Э, Варг, - подозрительно посмотрел в мою сторону Треверс, - а ты что, и так умеешь?
Подтвердил кивком Дреддову реплику. Мэйс примирительно поднял руки.
– Забыли. Нет желания копаться в грязи.
Корт заржал. Мы со Слотером ограничились улыбками.
Во время завтрака исподтишка разглядывал Дредда. Единственный из присутствующих, кого я действительно опасаюсь. Спокоен, выдержан. Если нападать на него, то только в открытом фехтовальном поединке, а никак не в темноте. Корта и Мэйса можно застать неожиданно, но о Слотере этого сказать нельзя. Он способен нанести удар в то место, откуда я появлюсь просто на одной интуиции. Хороший палач у Слотеров.
Покончив с трапезой и рассчитавшись с хозяином, забрали у конюха лошадей. Бросили ему пару серебряных монет и двинулись в путь.
В дороге мы останавливались лишь несколько раз, чтобы дать отдохнуть лошадям и быстро перекусить, а к вечеру были уже в Лютеции.
Корту удалось снять небольшой домик в квартале Серых Рубищ, где издавна никто не интересовался личностью соседей, а встретить патруль городской стражи там можно было не чаще, чем раз в полгода. Толстый и постоянно потеющий лукоголовый, предоставивший нам жильё на месяц, так же не спросил кто мы такие и чего ради четыре здоровых мужика сняли один домик на всех. Деньги прекрасно избавляют от лишних вопросов, тем более когда это полновесное золото.
Оставшееся до премьеры спектакля время потратили на подготовку в соответствии с придуманным планом. Много нам для этого не понадобилось и большую часть времени мы изнывали от безделья. Единственное - ещё Дредд посетил театр, посмотрел комедию "Ветреница и нищенка" и в течение представления запоминал планировку здания. Что и отобразил, вернувшись, на бумаге.
И вот наступил долгожданный день. Уже неделю до него расклеенные по городу разноцветные афиши привлекали будущих зрителей яркими красками. Так что к вечеру за несколько часов до начала премьеры у театральной кассы было не протолкнуться. Знать и торговцы, военные и гражданские, ремесленники и их подмастерья, с жёнами и семьями. Разномастные цветастые одежды жителей Лютеции придавали этой толпе сходство со стаей эребских попугаев. На пороге театра царил полный бедлам. Кому-то не хватило билетов и в том месте началась драка, впрочем, быстро пресечённая подоспевшей стражей. Наконец людей стали впускать и потихоньку все оказались внутри. Трое одетых по местной моде палачей вошли одними из первых.
Дождавшись момента, когда в здании театра скрылся последний из посетителей и на улице остались только немногочисленные стражники, я направился к караулу, одному из трёх, охраняющих театр.
Вокруг не было ни души. Одинокий путник не вызвал у позёвывающих солдат никакого подозрения. Поравнявшись с ними, не обратив внимания на их замечание о том, что представление уже началось и они никого не впустят, я выхватил клинки и воткнул им в глотки. Солдаты рухнули наземь без единого вскрика. Поднял трупы и подставил к стене, подперев их алебардами. Запер двери входа, закрепив в ручках пистолеты стражников.
Надолго не задержался и быстро обойдя театр по периметру, повторил эту же операцию ещё дважды.
Затем, погрузился в цоколь здания и проник в подвал. Нашёл сцену и затаился под ней, ожидая нужного мне момента в спектакле, чутко прислушиваясь к звукам над головой.
Наверху слышались приглушённые реплики актёров и изредка хохот и гром аплодисментов со стороны зала. С деревянных досок помоста мне на капюшон сыпалась пыль, потревоженная ногами людей на сцене.
Пока ждал - поставил друг на друга найденные в подвале два сломанных стула, чтоб было легче пробраться наверх. Наконец, я услыхал заунывное пение на непонятном, видно придуманном, языке. По сценарию "Слотеры" сейчас вызывали демона для любовных утех. И демон явился.
Медленно и торжественно я возник из пола прямо в центре "призывной", нарисованной на досках мелом, пентаграммы. Зал затих. Фигура в глухом плаще с капюшоном выглядела зловеще. Зрители увидели как демон протянул к "вызывавшему" когтистую лапу, одновременно стирая подошвой, скрытой под одеждой, границу меловой пентаграммы. Эти длинные когти, бывшие ранее острыми кривыми кинжалами, я полночи закреплял на своих толстых кожаных перчатках и выглядели они действительно угрожающе.
Схватив за горло остолбеневшего от увиденного актёришку, я рванул руку в сторону и тощий паренёк свалился на помост, кровь била фонтаном из разрезанной шеи. Не давая никому опомниться, прикончил троих оставшихся актёров.
Из оркестровой ямы раздавалась мрачная музыка, заглушая предсмертные хрипы людей на сцене, а зрители спокойно сидели на своих местах и даже аплодировали, думая, что это продолжается представление.
Я обернулся к залу и посмотрел на ряды. Соски Лилит, да он забит под завязку. Ну, ничего, ночь только началась. Заметив в ближайших рядах тройку палачей в нелепых ярких нарядах, встретился с ними глазами и, поняв по выражениям их лиц, что они уже едва сдерживают ярость, воздел чёрные когтистые лапы к потолку. Дредд в это время успел прочитать нужное заклинание и над театром раскрылся Купол Тишины. Теперь местные маги не услышат и не почувствуют ничего, что происходит в его пределах.