Чтение онлайн

И лишь зайдя на кухню, понимаю, как сильно меня подвело мое чутье. За столом сидит Ник, перед ним открытый ноутбук и в правой руке кружка. С кофе или чаем — не знаю. Он сидит без майки, в домашних штанах и я ловлю себя на мысли, что невольно залюбовалась им. Вернее, его телом.

Честно сказать, желания сталкивать с ним — нет, поэтому я решаю просто уйти и вернуться позже. Но судьба решает иначе, потому как только я разворачиваюсь, чтоб покинуть кухню, слышу:

— Я не собираюсь тебя трогать. Сделай то, зачем пришла. Не будешь же ты теперь бегать от меня.

Разворачиваюсь, сложив руки на груди, и приподнимаю одну брови, мол «Какие люди почти нас вниманием!»

— Может и буду! Специалисты советуют держаться подальше от людей с психическими расстройствами.

— Милая пижамка. — Ник ставит кружку на стол и сцепляет руки в замок.

Я заливаюсь краской. Да, моя пижама со свинкой Пеппой — не верх сексуальности и не объект воздыхания, но она удобная и уже такая родная. Вообще-то, если быть честной, эту пижаму мне подарила мама! Пару лет назад! И я очень даже люблю ее…Но почему-то именно сейчас мне дико стыдно, что я не надела что-нибудь поновее и более подходящее для моего возраста.

— Мы можем не разговаривать? Я просто поем и уйду. — Направляюсь к плите.

— Как пожелаешь.

И он снова возвращается к ноутбуку, а я же накладываю себе лапши и ставлю в микроволновку. Когда моя еда разогрета, беру тарелку и ставлю ее по правую сторону от Ника — не напротив него. Просто мне подумалось, что если сяду еще напротив, это будет казаться неким вызовом. А у нас и без того натянутые отношения. К тому же, пусть не думает, что напугал меня до чертиков. Даже если напугал. Молча я принимаюсь поедать лапшу. Боже, как это восхитительно — есть что-то кроме макарон и гречки. Как это прекрасно — вообще есть! Я жую во всю мощь, как вдруг Ник аккуратно закрывает крышку ноутбука и с интересом смотрит на меня.

— Фто? — спрашиваю с набитым ртом. — Хофешь?

— Нет, спасибо. — Он слегка качает головой, и снова руки в замок. Я начинаю подозревать, что он…волнуется? Да нет, бред. — Вообще-то, я хотел… — Отводит от меня глаза. Нет, он определено волнуется. — Я хотел поговорить.

— Говори, я слушаю. — Отвечаю и снова нападаю на суп.

— Слушай, я не могу серьезно разговаривать, когда ты хлюпаешь тут бульоном. Можешь перестать хоть на несколько минут?

— Не могу. Я такая голодная!

— Окей. — Он вздыхает. — Я хотел извиниться… — Я резко поднимаю голову, и к моему подбородку прилипает лапша, которую я не успела втянуть. И мне бы исправить свое комичное положение, но я только глазами хлоп-хлоп. — Ничего не говори, — предупреждает он, — я могу передумать. Просто послушай. В общем, я считаю, что поступил слишком… импульсивно и неправильно, когда ворвался к тебе в ванну. — Молодец, парень! Я тоже так считаю. Еще я, конечно, считаю тебя заносчивым засранцем, но вряд ли ты и в этом мне признаешься. — Хочу, чтоб ты поняла, что я не какой-то извращенец или маньяк. Просто, я не очень-то люблю, когда люди мне врут, мной манипулируют или играют со мной. А ты сделала все эти вещи. Короче, извини за мою выходку. Такого не повторится, могу пообещать. — Продолжаю лупать глазками, а лапша на подбородке остыла и уже стала ощущаться противной липкой субстанцией. Втягиваю ее и глотаю, не разжевав. — Ну, что скажешь?

Что я скажу? Да я просто в шоке! В полнейшем! Я думала, что в мире едва ли наберется пять вещей, которые могут довести меня до такого состояния, и все они так далеко за пределами этой страны, но нет! Вот же этот миг, когда я забыла все слова от удивления. ОН. ИЗВИНИЛСЯ. И что дальше — то? Кого ненавидеть? С кем воевать? Я уже почти настроилась на холодную войну, вечно напряженную атмосферу в доме и режим ЧП. А тут он, со своим «извини»…Ох, он определенно странный человек. Что же, мне даже лучше. Возможно, три месяца ожидания могут стать … нормальными?

— Эм…Извинения приняты. — Я растеряно жму плечами и кладу ложку на стол. — Не ожидала от тебя…Но раз ты начал, то я тоже извиняюсь, что соврала тебе и подшутила. Там просто все так глупо получилось, ситуация сама сподвигла меня. Клянусь, это не было продумано заранее, чтоб как-то досадить тебе. Это тоже было глупое и импульсивное решение. Так что вот, извини.

— Отлично. Тогда забыли. — Ник кивает. — И раз уж мы теперь почти друзья, могу я рассчитывать на твою честность?

— А я? — Упираюсь локтями в стол и кладу подбородок на свои ладони.

— Да. — Задумывается. — Наверное, да.

— Не очень-то убедительно, но ладно, валяй.

— Зачем ты приехала?

— Что бы увидеться с мамой и поговорить с ней. — Ни капли лжи.

— Хорошо, почему ты не хочешь, что бы Женя знала о твоем приезде?

— Потому что нам лучше будет поговорить с глазу на глаз, лично.

— О чем таком ты хочешь с ней поговорить? Это должно быть что-то важное, раз нельзя сделать это по телефону. — Ник берет кружку, делает глоток и ставит обратно.

— Так и есть.

— Ты беременна?

— Что?! — Восклицаю, едва не свалившись со стула. — Это в какой момент ты предположил это? Когда я драила пол, что чокнутая золушка или валялась на асфальте?

— Не знаю, просто не вижу больше других причин для таких категорических условий. — Я молчу и отвожу глаза. Довериться или нет? Рассказать или соврать?

— А почему тебе это так важно — причина моего приезда?

— Просто, если тебя ищет полиция или бандиты, которым ты задолжала денег, то это ставит под угрозу безопасность… моей семьи. А если тебя ищут и те, и другие, то это почти дает мне право выставить тебя за дверь. Поэтому, я хочу знать, что твой приезд не принесет больше никаких неприятностей.

— Я боюсь представить, что за мнение у тебя сформировалось обо мне после этих слов.

— Не расскажешь?

— Почему же…Мы вроде как договорились. — Он кивает в подтверждение. — И ты сказал, что я тоже могу рассчитывать на твою честность. — Снова кивок. — Тогда и мне нет смысла скрывать — нет, меня никто не ищет и сюда я не сбежала, а приехала. Я, наверное, бы не сделала это, если бы меня не отчислили из университета.

— Значит, тебя отчислили? И это вся причина? — Он выглядит одновременно удивленным и разочарованным. Кажется, он ждал какой-то экшн истории с элементами триллера, где я была в доле с торговцами органов на черном рынке, а потом украла у них миллион и свалила в закат. И теперь эти опасные люди ищут меня и всю мою семью, чтоб пустить на ливерную колбасу.

— Почти вся. — Замолкаю на несколько минут. — И меня уволили с работы.

— Не припомню, что бы Женя говорила, что ты работаешь. — Ник прищуривает глазки и сканирует меня взглядом.

— Она и не знала о работе. А много ли Женя про меня говорила?

— Да не особо. Всего лишь, что ты будущий доктор и вся такая из себя умница. Так, почему не сказала Жене о работе? Думаю, она бы тобой гордилась.

— Я устроилась на работу, когда меня отчислили. Пришлось съехать с общежития, найти комнату и зарабатывать самой себе на жизнь.