Чтение онлайн

Быстро коснувшись щеки родительницы в прощальном жесте, покинул блок. На этот разговор я потратил немало времени, и кто знает, о чем могли успеть договориться за это время Оля и Ревун с Громилой! Оказавшись в специальной аппаратной, получил доступ к системе слежения, чтобы тут же выяснить, что просчитался, – Оля предусмотрительно отключила абсолютно все виды слежения в помещении, где они беседовали. Похвалил бы, если бы теперь этот разговор не заинтересовал меня еще больше.

Быстро вернувшись в блок, успел на несколько минут опередить вошедших следом соседей. Оба молча, ничего не обсуждая (к моему разочарованию), легли спать. Я же спать не мог. Лежал и снова и снова мысленно прогонял ситуацию, пытаясь понять, какая может быть взаимосвязь между этой подозрительной парой, планетой и грядущей зачисткой. Из-за неожиданно свалившейся с визитом мамы еще и с Эльдаром не связался, так бы, возможно, уже что-то знал. Я совсем уже собрался было встать и снова незаметно исчезнуть, с целью изучить отчет помощника, когда уловил легчайший шорох практически бесшумно отъехавшей двери. Очень удивившись, опознал в вошедшей фигуре Олю – вернее, ее видоизмененный вариант. Но мое удивление переросло в настоящий шок, когда она, постояв немного неподвижно, тихонько двинулась в сторону моей кровати и осторожно присела рядом с изголовьем. Сосредоточившись на контроле дыхания, чтобы не выдать себя преждевременно, из-под прикрытых век наблюдал за ней, все больше поражаясь ее поведению. В отличие от осторожно шарящей руками по моей подушке в темноте помещения Оли мне ее было прекрасно видно. Явно чем-то взволнована – нервно кусает губы и периодически испуганно жмурится. Сориентировавшись наконец относительно моего расположения на подушке, дейнара еле ощутимо коснулась щеки, заставив меня внутренне застонать от удовольствия. Но тут Оля склонилась к моему лицу и еле уловимо прошептала:

– Гайяр! – одновременно прикладывая пальчик к моим губам с беззвучной просьбой не шуметь.

Я опешил. Сказать сейчас, что я был потрясен, – это ничего не сказать. За доли секунды в душе родились сразу несколько вопросов, но ни один из возможных ответов не объяснял ее шокирующего поступка. Выдала себя полностью?! Или… что? Как понимать ее последние действия? Я в жизни не был так растерян.

Оля же, поняв по моему оборвавшемуся от потрясения дыханию, что сумела меня добудиться, быстро поднялась и, так же тихо двинувшись к выходу, прошелестела:

– Идем…

Ситуация была невероятная, но я менее всего намерен был сопротивляться призыву своей женщины, поэтому, стремительно и бесшумно вскочив с кровати, в три шага нагнал ее у двери. Оля невероятно потрясшим меня своей естественностью жестом переплела свои пальцы с моими и, развернувшись, тихо прикрыла за нами дверь в помещение, где все так же спали тарн и айкар. Потом, стеснительно потупившись в приглушенном освещении коридора под моим недоуменным взглядом, безмолвно потянула меня в сторону модуляционной. Захлопнув изнутри дверь, разъединила наши руки и так же молча скользнула к огромному иллюминатору, в который рассеянной пылью попадал отсвет габаритных огней базы и сверкали звезды бесконечной Вселенной.

Несколько расстроенный потерей ощущения тепла ее руки, испытывая все более возрастающее непонимание, я на автомате щелкнул выключателем, зажигая свет, – ведь ей в темноте было не видно. Но Оля, вскинув ладони к лицу, неожиданно запротестовала:

– Нет, пожалуйста, выключи! Я со светом совсем не смогу. В темноте как-то проще, не так… страшно.

Чувствуя, что эту ночь уже можно смело считать самой невероятной ночью в моей жизни, я подчинился, снова погружая нас в серую тьму. Лично мне так тоже больше нравилось – пусть я и хорошо различал дейрану, но ее черты, приглушенные тенями, смотрелись несколько размыто, позволяя мне видеть в этой незнакомке мою Ольгу.

– Ты… не против? – снова долетел ее шепот.

Не совсем поняв, к чему относился вопрос – к свету или происходящему, все же уверенно ответил:

– Нет, – понимая, что, чем бы ни был вызван ее сегодняшний поступок, готов на все.

Шагнув ближе, замер за ее спиной, молча ожидая пояснений. Оля не спешила, видимо собираясь с духом. Но я был готов ждать. Стоять вот так рядом в темноте безмолвной ночи было невероятно радостно. Душу переполняло восторженным томлением и непонятным теплом.

– Я не люблю тебя, скорее ненавижу, – наконец прошептала она, вздрогнув.

Шагнув вперед, преодолел разделявшее нас расстояние и медленно скользнул ладонями по ее скрещенным на груди рукам, обнял за плечи и осторожно, но уверенно притянул к себе.

– Знаю, – шепнул ей на ушко, – обещаю не давить на тебя, не торопить. Прошу только попробовать. Я просто чувствую, знаю, что смогу изменить твое отношение. Просто поверь и больше не беги.

Мгновение Оля стояла, напряженно застыв, но потом, расслабившись, прислонилась спиной к моей груди. Я буквально ликовал от внутреннего восторга, ощущая ее в своих объятиях.

– Сомневаюсь, что получится, – говорю искренне, – как-то рассеянно прошептала дейрана. – Слишком много всего между нами, слишком. И личные обстоятельства, и общее отсутствие взаимопонимания между нашими расами.

– Справимся, не бойся. Постарайся довериться мне, хотя бы попытайся. – Я, наслаждаясь каждым мгновением, сунул нос в Олину гриву. Какое непривычное ощущение. – Тебе нравятся длинные волосы?

– Нет. Неудобно, – честно ответила она. – А тебе?

– Мне без разницы. – Ответив, понял, что тоже был честен. Мне в самом деле было не важно, какой длины у дейраны будут волосы.

– Мы о какой-то ерунде говорим, – недовольно фыркнула Оля, – я хотела иначе. Думала выяснить все серьезно.

– Сразу все? – непроизвольно улыбнулся я. – Давай попробуем постепенно? Сразу у нас как-то не выходит.

И, не удержавшись, я потерся носом о ее шейку. Но Оля, недовольно передернувшись, прошептала:

– Прекрати, мне неприятно! Что еще за нежности с врагом?

Глубокомысленно хмыкнув, отстранился, но тут же, не удержавшись, подул ей на шею. Оля опять дернулась, при этом хихикнув:

– Щекотно. Кожа все еще болезненно чувствительная.

Помолчав немного, решил соответствовать этой странной линии поведения, выбранной Олей, – словно мы два случайных незнакомца, столкнувшихся на миг на перекрестке судьбы, чтобы потом разойтись навечно, а оттого совершенно откровенные и раскованно бесстрашные и ничего друг другу не объясняющие, как и ничем друг другу не обязанные.

– Долго болело?

Оля тоже помолчала, прежде чем порывисто прошептать:

– До сих пор…

Судорожно выдохнув, ощутил, как от испытываемых эмоций выстрелили, расправляясь, крылья. Неосознанно поверх своих рук обхватил крыльями дейрану, защищая ее. Очень хотелось сказать «глупышка», но я промолчал.

– Ой! – Оля тут же ладошкой провела по внутренней поверхности крыла, заставив меня вздрогнуть от удовольствия. – Я потрогаю, да?

– Крылья врага? – прошептал я ей в макушку. – Что еще за нежности?

Теперь хмыкнула Оля. И снова замолчала, уставившись в звездную даль. Я тоже молчал, тихонько баюкая дейрану в объятиях. Тишина не мешала, было комфортно находиться рядом с ней и как-то… правильно. Простоял бы так всю жизнь.

– Мы неправильно ведем себя. Я думала переубедить тебя, уговорить оставить в покое… – нерешительно протянула Оля.

– Врешь, – тут же подловил ее и сразу предложил: – Раз и так все неправильно, можно я тебя поцелую?

– Не стоит, – возразила она, разворачиваясь ко мне лицом в кольце моих рук и крыльев. – Поцелуй с врагом – это как-то уж слишком.

– Думаешь? – Я еле ощутимой дорожкой поцелуев скользнул по ее чувствительной шее, подбородку, ища своими губами ее рот. – Все равно ведь ненавидишь, а так будет лишний повод ненавидеть сильнее…

Целовались мы долго, с чувством, с полной самоотдачей, с наслаждением – причем явно обоюдным. И при этом оба помнили о ситуации, не забываясь ни на миг. Невероятно будоражащий опыт. Ну Оля и организатор душевных комбинаций, просто талант!