Чтение онлайн

Нет Маргарина Сергеевна, я не сторож, я Иннокентий Николаевич, а о новенькой уже весь наш улей жжужит, вот я вас еще издали и заприметил.

– Очень приятно сказала Маргарита вот и познакомились, раз вы уж тут может подскажите где мне сторожа Еремея разыскать.

– Так он только ночью здесь бывает, да и то не всегда, охранять тут особенно нечего, местные сюда почти не приходят, да и собачки нашу службу свою дюже знают.

Марго подошла поближе, в глубине вольера в тени раскидистой шелковицы лежали здоровенные зверюги, положив свои красные языки-лопаты на желтые стертые зубы. Зимний мех, свисал с их шкур по боками и резко контрастировал с переливающимся иссиня-черным коротким шерстяным покровом летнего собачьего наряда.

Собаки подняли головы на незнакомку, но никто из них даже не тявкнул.

– Умные создания произнес Иннокентий Николаевич, своих зараз чуют, сдуру брехать не станут. Грешен, люблю собак, у меня на комбинате. тоже подобная свора имеется,

так они службу свою получше любого ЧОПа несут.

– Интересная у вас униформа сказала Маргарита, что значит «Инохлебопродукт», я раньше такую эмблему никогда не видела.

– А то и значит, дорогая Маргарита Сергеевна, что это созданный мною « Иннокентий хлебопродукт». Сеть мельниц , элеваторов и комбикормовых заводов. Вечным делом занимаемся, народ российский кормим. Сразу отвечу и на ваш второй вопрос.

– Так, я же его не задала, удивилась Марго,

– Ой, ну вы меня прям удивляете, рассмеялся Иннокентий Николаевич, этот нескромный вопрос здесь все друг другу задают- своих денег у меня нет, все в производство вложил, оборудование закупал, зерно для мельниц, а когда заболел, в онкоцентр попал, так народ наш комбинатский решил, часть прибыли на мой курорт потратить, вот меня сюда и отрядили. Звонят и пишут каждый день, и мне приятно и им от меня какая-то польза имеется. Я ведь всю жизнь муку мололю, как моя младшенькая в детстве говорила, кто ракеты строит, кто лихих людей ловит, покосился толстяк на Маргариту, а я вот вокруг зерна верчусь. Такая вот выходит у меня планида.

– Вижу сударыня, что у вас еще куча вопросов на языке вертится, не стесняйтесь, спрашивайте, выходит Григорий вам еще не все уши прожужжал, и на мою стариковскую долю, часть осталось, я же здесь старожил, уж почти год как от безделья маюсь, что знаю по хорошему изложу, без повестки, весело и как-то по доброму сказал он и улыбнулся.

– Только прошу вас об одном, пойдемте к той скамеечке, а то у меня долго стоять не получается, ноги немеют.

Они расположились на скамейке, одной из многих стоящих вдоль аллеи.

– Иннокентий Николаевич, вот вы говорите, что дольше всех здесь пребываете, а что про икону богоматери слышали, спросила Маргарита, может быть вы еще и своими глазами видели.

– Да сударыня приходилось, мы ведь с Верой Марковной шибко дружили, у нас ведь общих интересов много было, работящие мы так сказать пролетарской закваски.

– Икону эту знакомый их семьи нарисовал, чудно так нарисовал, матушка богородица словно живая и глаза у нее дивный свет излучают. Даром, что не по церковным законам писана, на мой взгляд, такая любой иконостас в любом храме украсит.

– Ну и где она сейчас, не унималась Маргарита.

– А бог ее знает, говорят на втором этаже в палате реанимации обитает.

– А вы верите, что с ее помощью Вера Марковна излечилась?

– Верю голубушка, ох как верю, я вот только раза три на нее глядел, а вот подишь-ты все еще белый свет коптю, да и с вами разговоры разговариваю.

– А,если человек, истинно в бога верует, по настоящему, не для показухи, как наши

нувориши, так и она поможет, уж будьте уверены.

– Как вы считаете, можно мне тихонько на второй этаж подняться и на нее поглядеть?

– Маргарита Сергеевна, не принято у нас, вот так запросто на второй этаж шастать, примета плохая, все там побываем, в свое время. Да и врачи говорят, что не видели икону там, она ж больших денег стоит, может ее кто уже и таво.

– Как Вера Марковна уехала, все захотели икону у себя иметь, все сразу такими

верующими стали просто жуть. Только после ее отъезда, она вроде бы как растворилась.

– Так откуда же вы знаете, что она на втором этаже, раз ее никто не видел?

– Анатолий Аслану весточку, ну как сейчас по современному смс прислал, что икона вроде бы рядом с ним на тумбочке стоит. Аслан конечно Гекслеру рассказал, только я его потом спрашивал, нет, говорит там никакой иконы, сами понимаете в таком состоянии нашему автогонщику что угодно могло примерещиться.

По алее, в сторону здания шла хорошо одетая молодая девушка в красивом облегающем платье и модных туфлях на высоком каблуке.

– Посетительница, спросила Маргарита, навещает кого то из близких?

– Нет ответил, старый мельник, это приходящая медсестра Ирена, только мы ее Сиреной зовем, голос у нее соответствующий.

– А что значит приходящая , удивилась Маргарита.

– Есть у нас тут заместитель главного врача Пуманов Виктор Васильевич, как говорят, психиатр по образованию, зачем нам психиатр я в толк не возьму, но начальству виднее. Должность у него большая вот он считает, что нам не хватает медицинских сестер и нанял двух не в штат, а по трудовому соглашению, Сирену и ее подругу Ирину Кадарскую. В основном они по ночам дежурят, а сейчас вот Сирена днем появилась, не иначе как Пуманов зачем-то вызвал.

– Ну, что дорогая Маргарита Сергеевна, надобно нам с вами в сторону трапезной двигаться, солнышко уже вон как высоко забралось, а режим питания, как говаривал герой произведения товарища Носова нарушать нельзя.

ГЛАВА 11.

В столовой они застали молодого и такого же лысого как мельник, парня, как сейчас говорят, ярко выраженной кавказской национальности.

– Аслан представился он Маргарите и протянул руку Иннокентию Николаевичу.

– Чем сегодня потчуют, поинтересовался мукомол.

– Вашей продукцией улыбнулся Аслан, гречневая каша по-гурьевски, и различные вариации на тему изделия из муки и крупы, ну еще мне по заказу наш Адыгейский копченный сыр передали, хотите попробовать?

Сыр оказался свежим и удивительно вкусным.

Разговор как-то сам собой перешел на тему кулинарии и вкусовых предпочтений.

Вдруг Маргарита застыла на полуслове.