Чтение онлайн

Но когда в девять утра в широком кресле, которого хватило бы для трёх людей или четырёх эльфов, появилась тёмно-красная масса со множеством ртов, Момонга изумлённо выдохнул, и это была не самая экспрессивная реакция. Кое-кто даже вскрикнул, над головами других всплыли смайлики типа Shocked.

— Беллривер?! Ты же погиб! Твоя строка в приглашении была чёрной, да и ТачМи сказал, что…

— Он должен был это вам сказать, — грустно ответил на множество голосов Многоротый Бормотун. — Это был не его выбор. Ребята, мне очень жаль, что я заставил вас волноваться, но… там очень грязная история. Я оказался под угрозой, попал под программу защиты свидетелей национального уровня и должен был умереть для всех, даже для своей семьи. Мне сменили лицо, имя, адрес, но нейронаноинтерфейс от игры остался прежним. Я мог бы сменить персонажа, но решил оставить этого… даже если у меня не будет права им играть… это всё равно память обо всём, что мы сделали, и это лучше, чем снова играть нубом в одиночку. Но сейчас отключение, так что уже всё равно… Никто из вас не знает, кем я был в той жизни, кроме ТачМи, но он не расскажет, он подписал документы о неразглашении. А Беллривер исчезнет здесь вместе с остальными…

Теперь град удивлённых и возмущённых смайликов сменился на сочувственные и несколько появилось даже испуганных. Хотя все игроки «Аинз Оал Гоун» были «активными членами общества», это было прописано в уставе, никто из них не участвовал в делах мафии, спецслужб или «убойных отделов» корпораций. Ну или может, если кто-то участвовал, то умел держать язык за зубами.

Постепенно, когда потрясение прошло, разговоры вернулись к бытовым делам. Кто-то делился последними новостями, кто-то рассказывал о проблемах в реальном мире, кто-то обсуждал планы рейдов или создания гильдий в других игровых мирах… В 12:35 появился в кресле последний из Сорока Высших Существ — по иронии судьбы, это был опять же Херо-Херо, тот, кто появился первым на призыв Момонги в первый день. Даже при оплаченном выходном его всё равно задержали на работе на первую половину дня. Это было вообще-то незаконно, но никого не удивило — странным скорее было, что все остальные работодатели так или иначе пошли навстречу. Понятие «трудового законодательства» исчезло в горниле Третьей Мировой.

Как только его поприветствовали и посочувствовали, как только Беллривер в шестой раз объяснил, почему слухи о его смерти были слегка преувеличены, Момонга поднял руку, прося тишины, чтобы сделать объявление. Все с интересом уставились на гильдмастера.

— Друзья мои, — низкий загробный голос Оверлорда был тёплым, как никогда. — Я собрал вас здесь не только для того, чтобы мы могли просто пообщаться в последний раз. Раз уж нам выпал такой уникальный шанс проводить ИГГДРАСИЛь, мы с Пунитто Моэ долго думали, как сделать последний день воистину незабываемым. В реальном мире мы бы устроили роскошный пир, но в мире, где еда не имеет вкуса, а вино не опьяняет, это будет бессмысленным набором движений. Устроить спектакль с использованием NPC или фейерверк при помощи заклинаний и артефактов — было бы интересно, но потребовались бы недели, чтобы запрограммировать всё красиво и необычно, а у нас были лишь неполных два дня на подготовку.

Кивки и другие смайлики подтверждения. Момонга говорил известные вещи, но тем интереснее становилось, что же он всё-таки придумал. Теперь уже все смотрели на него, отвлёкшись от собственных разговоров и дел.

— Поэтому мы с Пунитто Моэ пришли к выводу, что основным предназначением DMMO-RPG являются всё же битвы. Именно они доставляют наибольшее наслаждение игрокам, именно ради них мы все платим деньги за подключение. Поэтому мы решили организовать последнюю, прекрасную и незабываемую битву! Я использовал мировой предмет, чтобы связаться с администрацией, и она решила пойти нам навстречу, организовав уникальный ивент. Ровно в два часа дня Великую Гробницу Назарик атакуют Пять Радужных Будд.

Смайлики изумления и восхищения. Человек пять, кажется, оказались недовольны таким решением, но подавляющее большинство было в восторге. Так как игра сегодня всё равно заканчивается, терять им нечего — даже если гробницу разнесут по камушку, она всё равно канет в небытие с отключением серверов. Можно использовать любые артефакты, которые они копили годами, без ограничений тратить деньги и применять способности, которые хотелось сохранить в секрете. Битва будет феерическая.

Пять Радужных Будд были коллективным боссом мирового уровня, иначе — мировым врагом. Не самым сильным и не самым опасным в игре вообще, но пятью из тридцати двух самых опасных. Существенно превосходил эту пятёрку только Пожиратель Девяти Миров, финальный босс сюжетной кампании. Они шли на одном уровне с другими коллективными боссами — Восемью Драконами, Лордами Семи Смертных Грехов и Десятью Архангелами Сефиры. Из всех коллективных мировых врагов Будды были единственными человекоподобными, и потому являлись особо символичным противником для гильдии гетероморфов. Кошмар для кошмаров.

Считалось, что для правильного рейда для них необходим и достаточен легион — шесть партий по шесть игроков сотого уровня. Сорока Высших Существ для этого должно было хватить даже слегка с избытком. А уж учитывая, что в отличие от обычного рейда на босса они примут бой на своей территории, то есть смогут использовать поддержку NPC, ловушки и почти бездонные запасы расходников… Момонга даже немного опасался, что бой может выйти слишком лёгким и потому не запоминающимся.

Но немного, потому что битва с мировым врагом никогда не бывала лёгкой, даже если ваша группа целиком соответствовала всем кондициям. Все тридцать два существа подобного рода не были простой неписью — в смысле программирования. Каждым из них управляла самообучающаяся нейросеть. Она делала выводы, планировала тактику, и поэтому каждое сражение с ней было непохожим на предыдущее. Невозможно было просто изучить алгоритм действий и предвидеть, что она сделает в следующую минуту.

Что же касается сугубо характеристик… Все мировые враги по лору были «мировыми предметами в форме людей», листьями великого древа Иггдрасиля, превращёнными в живых существ. Из-за этого они все имели три важных общих атрибута — инвентарь бесконечной ёмкости, отсутствие ограничения сотым уровнем и иммунитет к воздействию мировых предметов. Точнее как, если, скажем, ударить их перчаткой мирового уровня, которая просто наносит много урона, то урона будет меньше — но он всё-таки в принципе пройдёт. А вот все качественно уникальные эффекты — например, Лонгин, вызывающий полное исчезновение цели из игры — на них не работали.

Источником вдохновения для конкретно этого группового босса послужили Дхьяни-Будды, Будды Высшей мудрости или Дхьяни-Татхагаты — пять Будд, которые в тибетском буддизме символизируют собой пять аспектов Высшей Мудрости изначального Будды — Ади-Будды.

Вайрочана, или Белый Будда (неофициально), или Эта белая сволочь (ещё более неофициально), ассоциировался с пустотой, сознанием и различением. Игромеханически это проявлялось в том, что всё, на что он указывал пальцем, немедленно исчезало. То есть вообще всё, будь то предметы, существа или заклинания. Существа, правда, исчезали не насовсем — спустя некоторое время (тем меньше, чем выше был их уровень) они снова появлялись на том же месте, неповреждёнными. Однако всё, что сознания не имело, кроме мировых предметов, пропадало целиком и полностью, навсегда.

Акшобхья, или попросту Синий Будда, ассоциировался с формой, ненасилием и зеркалом. Игромеханически это проявлялось в способности возвращать любые атаки к тому, кто их производил, оставаясь незатронутым ими.

Ратнасамбхава или Жёлтый Будда ассоциировался с ощущением и дарением. Способный создавать предметы из ничего, включая высокоуровневые артефакты, вплоть до божественных, он работал в игре «снабженцем» для всей пятёрки. Это не было слишком опасно в начале развития персонажа, когда он делал вещи почти рандомно… и стало страшной силой, когда нейросеть более-менее выучила правила и начала понимать, что может потребоваться для победы в той или иной ситуации.

Амитабха, Красный Будда, ассоциировался с милосердием и состраданием. В игре это означало, что он был мощнейшим хилером… а заодно сверхэффективным экзорцистом, так как его позитивная энергия, исцеляя живое, также испепеляла нежить.

Ну и наконец Амогхасиддхи, Зелёный Будда, ассоциируясь с волей, опытом и бесстрашием, был главным дамагером группы, имея наивысший в ней двухсотый уровень. Десять расовых и десять классовых десятых уровней делали его крайне неприятным противником. Количество возможных атак и защит, скиллов и заклинаний, которые он мог применить, было трудно запомнить даже Момонге.

Справиться с каждым из пяти поодиночке для хорошо сработанной и экипированной партии не составляло особого труда. Однако их силы были подобраны таким образом, что работая в группе, они усиливались гораздо больше, чем в пять раз. Каждый значительно расширял возможности других.

Момонга также мог даже без личного опыта столкновения указать и слабости пятёрки — и едва заключив договор с администрацией игры о штурме Назарика, он сразу же засел за планирование мер противодействия. В конце концов, в последний день им нужна была победа, а не поражение. Трудная — но победа.