Чтение онлайн

— Вы… вы что наделали?.., — прошептала она, отшатываясь и всё же чуть бледнея, — Вы зачем мне… сына… скукожили?..

Я лежал в кроватке как в старые добрые времена и смотрел на наклонившуюся маму. И впрямь… дежавю…

— Гугу! — замахал я ручками.

— Сыночек… какой ещё гугу?..

— Гага.

Мама ахнула, схватилась за голову и на дрожащих ногах села на подставленный медсестрой стул.

Дверь открывается и входит… Альберт! Пам! Неожиданное появление! Он вскидывает брови, оглядывает Анну, меня и хмыкает.

— Знаете, дежавю. Вас съёмки в детской рекламе не интересуют? Говорят, там богатая девочка тоже на место претендует, ха-ха! — подходит врач, — Будет забавно если вы пойдёте записываться в тот садик к той же директрисе. Возможно она помрёт от инфаркта. Проверьте.

— Вам смешно?.., — прошептала мама, медленно поднимая на него голову, — Вам смешно?! Мой десятилетний сын стал годовалым малышом! А это точно он, я его мордочку из миллиона узнаю! — повысила она голос, — А вам смешно?!

— Ну… есть немного, — виновато чешет он затылок, — Михаэль, не терроризируй мать.

— Вадно, халасо, — пролепетал я детским голосочком.

Мама ахнула, ещё шире распахнула глаза и резко повернула голову! И будто вот именно это её удивило больше всего, ведь именно сейчас она реально побледнела и, кажется, поплохела. Альберт реагирует моментально, подходит, и позеленевшей рукой касается её плеча, наполняя целительной магией и возвращая краску лицу, и утекающее сознание!

Медсестра быстро открыла окно и побежала за нашатырным спиртом, а в палату зашли ещё люди: папа, прадед, и… прабабушка. Живая. Здоровая. С яркими голубыми глазами, прямо как у моей мамы.

Исцелённая от проклятья вечного сгорания.

Спасённая мной.

— Ну, вот вся семья в сборе, — хлопнул в ладоши Альберт, — А теперь, прошу, присаживаться — тема… мягко скажем обширная. Итак… — вздыхает, — Михаэль откатился до возраста годовалого малыша. Но-о-о-о… как в том анекдоте: «Есть нюанс».

Я лежал в кроватке лучшего госпиталя Нео-Москвы. Увы, меня пока не отпускали. Да и это даже не госпиталь, сколько личная больница для самых важных людей Империи. Здесь и Храмовники лечатся, и иностранные принцы с принцессами, и все остальные важные писи бумажные. Короче, всё равно что дворец для больных!

Лежал тут и я. В кроватке для малышей, да.

Ведь я теперь снова малыш.

— Михаэль, здравствуйте, — заходит красивая медсестра-нянька, — Обед. Что первым подать? Бутылочку, бутылочку или… бутылочку?

Смотрю на неё. Хм… их тут трое ко мне захаживает, и у этой самые…

— Титю! — потянулся я ручками.

— Простите, но Альберт запретил — вы меня высосите. Да у меня и нет ничего, — улыбается она.

Я фыркаю и закатываю глаза. Ну и зачем такие бидоны тогда?.. Трата потенциала!

С огромным трудом, сквозь боль и слёзы я сажусь на попу, беру в одну руку пульт, во вторую бутылочку с кристаллической энергетической смесью, включаю телик и делаю вид что пью пиво.

Так, ну давайте ёпте, чё там у вас? Футбик мне покажите, настроение кого-нибудь матами покрыть, я-ж лучше разбираюсь.

— Эксперты со всего мира подтверждают — это Мировое Древо, — я попал на канал новостей, — Сожжённое ранее Ведьмой Апокалипсиса, теперь же оно проросло вновь. Передаём слово эксперту, историку и магу пространства — Яне Цист!

— Здравствуйте, с вами Яна Цист, — кивает девушка у подножья Олимпа, — Я нахожусь у верхней точки Иггдрасиля на Земле, а точнее, у её начала. Как вы можете видеть — тысячи людей стекаются сюда чтобы узреть, не побоюсь этого слова, настоящее ЧУДО. Полупрозрачное, зелёное, ещё до конца не распустившееся, Мировое Древо пронзает как гору, так и Небеса с Бездной, уходя корнями сквозь всю нашу планету словно стрела! Теперь здесь всегда будет зелёный оттенок полярного сияния, и я уверена, туристическая ценность места возрастет — как для паломников, так и для туристов — теперь больше причин подниматься на Олимп! Но что это значит для обычных людей? Как теперь вообще повернётся наша жизнь?.. Давайте разбираться.

Я допил бутылочку. На вкус довольно странная жидкость — вроде и молоко, но там так много перемолотых энергетических кристаллов, что похоже на какую-то мятную кашу. Благо я теперь Обжорство, и мне землю посахари, я всё сожру.

Но увы, от такого быстрого поглощения детское тело дало о себе знать — у меня началась икота. Если не постучать по спинке — заболит животик! Нянька это знала, поэтому…

— Ух, какой аппетит! — услышал я голос Лунасетты.

— Уа! — чуть не подскочила медсестра, — П-принцесса?! Что вы… ой, простите, Ваше Высочество! Я вас совершенно не…

— Молодец, молодец. Оставь нас. Приказ.

— Как прикажите! — поклонилась перепуганная грудастая деваха, затем поклонилась мне, и поспешила выйти.

Да уж, порой забываю, что Лунасетта реально принцесса всей страны, и ей надо подчиняться, так-то.

*Ик*, — забавно икая, я не сводил глаз с девочки. Она убедилась, что никого нет, выдохнула, закрыла дверь на замок изнутри, — зачем тут замок изнутри ваще, это же палата для младенцев, как они закрываться-то должны, — и резко схлопнула зонтик. Пам! Тут же появляется вторая девочка! Ушастая.

Две сестры неожиданно настигли беспомощного бывшего мужа! Алярм! Спасайте!

Я попытался уползти, но вместо этого лишь закряхтел и насупился. Ой-ой, газики пошли. Животик болит!

— Зай, давай ты. Ты раньше родилась, видела как меня постукивали, — сказала Лунасетта.

— Ха-ха, оки! — хохотнула Луна-Зайка и подошла к моей кроватке, — Ну давай, миленький, пора избавляться от газиков.

— Не тлогай, я больсой! — замахал я культяпками.

— У-ух, и правда, тяжёленький какой! — Зайка меня подняла, обняла, и начала покачивать, похлопывая по спинке.

Детский организм дал своё, и… я отрыгнул газики.

«Боже… какой позор…», — хотелось зарыться под землю, — «Добейте меня…»

Лунасетта внимательно и с интересом за мной наблюдала, а когда её сестра закончила нянчиться, не выдержала и…

— О-о-ой, ну какой он милааашный! *Муа-муа-муа!*, — она начала чмокать меня в щёку!

— Да-да! *Муа!*, — и Зайка тоже, уже в другую, и пушистыми губками!

Меня зацеловывали со всей сторон во все мои пухлые карапузьи щёки!

— Ува-а-а, та я не лебёнооок! — я задрыгался и закрутился.