Чтение онлайн

Борис замолчал.

– Чем закончилось-то?

– Да чем… Они в отделение поехали. А я – домой, за деньгами.

– Общак не взяли то есть?

– Нет, конечно. Но с меня поимели. Еще и с бонусом за то, что под стволом моим полежали. Да, были времена…

– Ладно, хоть пронесло. Пошли к гостям, стратопедарх ты наш.

– Ты меня с Федькой-то не путай!

– Раньше так начальника над войском называли, а не того, про кого ты подумал.

– А, тогда катит. Пошли.

Несмотря на то, что к сельскому хозяйству Борис имел отношение, как заяц к геометрии, деревенские его уважали.

Во-первых, он не воровал. А красть при неворующем директоре, да еще с пониманием того, что ответственность можно понести мгновенно, было как-то не с руки. Под влиянием таковых форс-мажорных обстоятельств тотальное воровство прекратилось.

Во-вторых, после развала СССР и приказавшего долго жить советского спорта он успел поработать несколько лет в Англии, то есть был для селянина человеком, приобщившимся к цивилизации, носителем знаменитых европейских ценностей. Это, в принципе, соответствовало действительности, но не полностью, поскольку приобщал к европейским ценностям Борис самих Джонов Буллей, работая вышибалой в пабе портового городка туманного Альбиона. И, надо сказать, немало в этом преуспел, поскольку к моменту прощания с надменными бриттами был уже местной знаменитостью и бригадиром вышибал. Впрочем, в такие мелкие подробности биографии люди из близкого окружения Бори, да и он сам, вдаваться не очень любили, ограничиваясь цитатой святителя Игнатия (Брянчанинова): «Англичане – враги человечества».

И в-третьих, он окончательно завоевал симпатии жителей после случая, который произошел вслед за его назначением. В разгар уборочной один из механизаторов не вышел на работу. Виной всему был любовный треугольник, о котором знало все село. Придя к директору на следующий день, мужик клялся, что такого больше не повторится, и просил его не увольнять. А в объяснительной он честно написал, что «завис» у любовницы и потому прийти не смог. Резолюция Бориса на объяснительной была краткой и стала притчей во языцех: «Засчитать рабочим днем».

Я набрал номер Федора, заранее понимая, что никакого энтузиазма по поводу поездки собеседник мой не испытает. Однако, вопреки ожиданиям, он невероятно оживился. Скорее всего, ему надоело сидеть в душной летней Москве, и поездку «в поля» он воспринял как развлечение. А может быть, взыграли дворянские корни, и Федька отнесся к ней как к своеобразному «хождению в народ».

Мы условились встретиться на вокзале.

Обычно командировка – это все-таки самолет. Но в данном случае мы выбрали поезд, поскольку уходил он вечером, имелось время спокойно собраться, к тому же от ближайшего аэропорта до места расположения хозяйства Бориса лежал очень неблизкий путь. А в расписании поезда была двухминутная остановка ранним утром на маленьком полустанке, от которого до Бориса было рукой подать.

Нам повезло – в купе, кроме нас, никого не было. Под стук колес Федор пустился в рассуждения о перипетиях жизни.

– От судьбы, что ни говори, не уйдешь. Вот тут мне рассказали недавний случай. Дело было так: водителя-дальнобойщика жрица свободной любви ублажать стала. По-французски. Приспичило им во время езды. Он отвлекся, съехал на обочину и с размаху припаркованную тачку протаранил. Легковушка, понятное дело, в хлам. В ней двое находились, оба сразу трупы. Достали их, а судмедэксперт никак не может определить, кто они все-таки: вроде бы мужчина с женщиной, но до конца не понятно – все в кровище… В конце концов определили, что двое мужчин: одному разжали рот и во рту нашли откушенное…

– Что – откушенное?

– Достоинство мужское другого, что! Они, оказывается, на обочине тем же самым, чем плечевая с дальнобоем, занимались. У водителя фуры, соответственно, травма – укус причинного места, у плечевой – сотрясение мозга (странно, что было чему!), а эти – всё!

– Да уж, хоть по причиндалам и мужчина, а на самом деле… – начал было я, но Федор, решив, видимо, поменять направление темы, продолжил:

– Или: на Т-образном перекрёстке «КамАЗ» управление потерял и поехал прямо на женщину, стоявшую на обочине. Она рванула на перекресток и от грузовика сумела увернуться. Так «КамАЗ» в бетонный столб освещения врезался, а тот прямо на эту женщину упал. Тоже насмерть. Так и получается, что в книге судеб написано – тому и быть.

Конец ознакомительного фрагмента.