Чтение онлайн

Воткнутые в дерево когти втянулись. Волк приручился. Что не помешало Дину издать торжествующий вой прямо в грозовую ночь.

Опустив руки по обе стороны от разрушенной столешницы, Сандей улыбнулась от облегчения, ведь только что она пережила фантастический секс. С оборотнем.

– Боже, ты такая узкая. Ты создана для меня.
– Дин обнял ее за плечи и притянул к себе, припечатывая к своей вздымающейся груди.
– Это было невероятно. Еще немного, и я бы обратился полностью.

– Теперь волк будет спокоен всю ночь?

– Не уверен, - пробурчал Дин и дразняще куснул Сандей за плечо. Затем поцеловал это же место, всасывая плоть; он непременно должен оставить на ней свою любовную отметину. Мокрое от пота тело Сандей посылало импульсы по всем конечностям, заставляя мышцы судорожно сжиматься.

– Скорее всего, нам предстоит еще несколько раундов, прежде чем волк успокоится окончательно, - прохрипел он.

– Я - за.

Сандей развернулась в его объятьях и поцеловала в горло, прямо в пульсирующее адамово яблоко. Темная борода обратилась обычной щетиной. Пара стояла так близко друг от друга. Дин был все еще далек от нормального вида - наполовину оборотень с выпущенными когтями, раздробившими стол, словно трут.

И все же у них получилось.

– Вместе, - прошептала Сандей, задыхаясь.

Дин прижался своим лбом к ее.

– Мы еле стоим на ногах.
– Он прикоснулся к ее животу.
– О, черт, что это у тебя?

– Просто царапина. Ты задел только кожу.

– Я не хотел, Сандей... я бы никогда осознанно не причинил тебе боль.

– Знаю. И верю тебе, Дин.

– Ты никогда не должна доверять мне в обличье волка. Запомни. И обещай, что если это снова повториться, ты запрыгнешь в грузовик и умчишься к холмам.

Сандей кивнула, однако мысль, что ей придется убегать от этого мужчины, пусть он и был оборотнем, казалась ей не слишком привлекательной. Он проник ей под кожу, стал частью ее самой.

– Конечно. И, похоже, ты уже готов ко второму раунду.

Она скользнула ладонью по выпуклой головке, отчего покачнулся весь пенис. Внезапно Дин поднял Сандей в воздух и перекинул через плечо.

Повернувшись, он зашагал к грузовику.

– Пора услышать, как мурлычет наш котенок.

– Ты удивительная женщина.
– Дин опустил ее на расстеленное в кузове одеяло и склонился над ней. Он начал смахивать языком завитки рассыпавшихся по груди длинных волос Сандей, следя за тем, чтобы его легкие прикосновения задевали соски.
– Согласилась рискнуть и лечь в постель с оборотнем.

– Может, я в таком же отчаянии из-за отсутствия секса, как и ты.

Веская причина, но ситуация представлялось Дину в несколько ином свете. Сандей была сильной, эффектной и не похожей на женщину, которая согласилась бы терпеть оборотня только ради секса. И он испытывал к ней за это уважение.

– Если такова твоя версия, то будем ее придерживаться, - сказал он и припал к ней в поцелуе. Ее рот изголодался по его губам, их языки сплелись в танце.

– Мне нравится быть внутри тебя.
– Он подразнил ее, проводя языком по внутренней стороне ее верхней губы.
– Никогда не чувствовал ничего подобного.

– Никогда?
– прошептала Сандей, плотно обхватив его член. Дин застонал от удовольствия, не отрываясь от ее рта.

– Никогда. Ммм... у тебя отличная хватка.

– Вырабатывается поневоле, когда затягивание гаек становится образом жизни.

– Славно, только не перестарайся с моей гайкой.
– Сандей направила головку к средоточию своего влажного жара.
– Ты снова пытаешься меня приручить?

– Тебе это нравится.
– Сандей втянула в рот его нижнюю губу и прикусила, не стараясь быть нежной.

Дин заставил себя опереться на свои дрожащие руки, чтобы не наваливаться на любимую всем весом. Плоть к плоти, трение сосков, соприкасающихся с его кожей, чередовались с головокружительной хваткой вокруг члена.

– Мне нравится все, что ты предлагаешь, - со стоном произнес Дин. Ему хотелось войти в нее полностью, но ее пальцы умело двигались по всему пенису, не позволяя погрузиться до конца. Испытываемое ощущение дурманило голову, грозя свести с ума.

– С тобой я чувствую себя не такой одинокой.

– Такая женщина, как ты, никогда не останется одна. Ты заслуживаешь, чтобы тебя любили и трахали каждый день.

– Трахали?

– Не так выразился? Я первый, кто сказал тебе это. Я покажу тебе, что оно значит, котенок.

Он хотел заставить ее мурлыкать. Не вежливо оставлять партнершу не удовлетворенной. Однако Дин был не в силах бороться против желания, пронесшегося по нервной системе.

Ласки Сандей заставили его замолчать, превратив поток слов в перемежающиеся хрипы и стоны. Она слегка прикусила его челюсть, провела дорожку к подбородку и облизала горло. Дин нежно обхватил грудь Сандей; он знал, что сосок мгновенно затвердеет, стоит ему чуть надавить, при этом тело любимой изогнется от наслаждения.

Его член выскользнул из нее, когда она выгнула спину. Он сжал член в руке и растер по головке выступившую капельку влаги, отчего кошка втянула свои когти и подставила живот.

Сандей откинула голову назад и раскинула руки, сгребая одеяло. Хныкающие звуки от интенсивности удовольствия плавно перешли в хрипы, а те в свою очередь сменились мурлыканьем.

– Вот, что я хотел услышать.

Но прежде, чем Дин успел довести Сандей до оргазма, она схватила руку, которой он сжимал член. Обвив ногами бедра, она вынудила его опуститься и войти в нее, туда, где было так горячо и идеально, где все разумное теряло смысл.

Дин тут же кончил. Она снова сделала это.

Может он перегнул палку, когда подумал, что Сандей может забыть обо всех своих проблемах, занявшись любовью с таким восхитительным образцом мужественности?

Сандей водила пальцами по плечам Дина, пока он кончал. Его кожа была горячей и покрытой капельками пота. Вздохи и невнятные звуки звенели в ее ушах подобно песне, призывающей к спариванию, на которую она с готовность ответила. Она едва не кончила, однако запаниковав, отказалась от такой желанной награды.

Пятьдесят на пятьдесят, что она уже установила связь с демоном, который окажется доброжелательным или скорее дезориентированным от неожиданного перемещения в мир смертных, больше желая вернуться в свой собственный мир.

И все же он может оказаться злобной тварью, готовой повергнуть этот мир в хаос. И как бы ей не хотелось пустить все на самотек и позволить ему убраться на все четыре стороны, но Сандей чувствовала себя ответственной за любую мерзость, которую она привнесла в этот мир.