Чтение онлайн

Я знаю свое место, но все равно постояла за себя и не думала ни о чем, кроме того, что правильно. И хотя мы из совершенно разных слоев общества, Джек тоже поступил правильно.

— Я в порядке… правда, я в порядке.

***

Джек держит меня за руку всю дорогу до стойл и, когда мы видим наших отцов, я жду, что он отпустит ее. Но он продолжает крепко сжимать её.

— Это правда? — бормочу я. — То, что ты сказал насчет того, что я твоя девушка.

— Я серьезно, — шепчет он, поднимая наши руки так, чтобы все могли их видеть. — Я никогда ни о ком так не заботился.

— И мы единственные друг у друга?

— Ага, — говорит он.

— А как же «Парадайз парк»? Мистер Винчестер теперь никогда не продаст его твоему отцу.

Он проводит большим пальцем по тыльной стороне моей ладони.

— Я скажу папе, что есть и другие ипподромы. И, кроме того, в «Парадайз парке» дрянная сантехника.

— Дрянная сантехника.

— Совершенно верно.

Я улыбаюсь, он улыбается в ответ. Когда мы подходим, мистер Гудвин переводит взгляд с сына на наши руки и качает головой.

— Мы с Саванной уходим, — объявляет Джек нашим отцам и Рори.

Рори роняет щетку, которую он держит, его рот открывается. Он роется в кармане, достает мобильник и начинает писать. Какой же он сплетник.

Папа трет глаза.

— Что случилось с твоим лицом? — спрашивает мистер Гудвин у Джека.

— Маркус Винчестер выглядит гораздо хуже. Честное слово.

На секунду мистер Гудвин выглядит испуганным, но потом улыбается:

— Это мой мальчик.

— Я расскажу тебе, что произошло наедине, — говорит Джек отцу, притягивая меня к себе. — Пора готовить Звезду и Саванну к гонке.

— Твоя мать рассердится на меня за то, что я позволил тебе встречаться с кем-то из нашего персонала. Это не будет выглядеть правильно, и могут быть проблемы, если вы решите расстаться.

— Ты все время таскаешь хот-доги за маминой спиной! Я отвечаю за ферму, я могу принимать свои собственные решения.

— Мужчина всегда должен отвечать за свои решения, — говорит Мистер Гудвин.

— Да, сэр, — отвечает Джек.

— Мы поговорим об этом позже, понятно?

— Да, сэр, — отвечает Джек сильным голосом.

— Я согласен с этим не больше, чем отец Джека, — медленно говорит мне папа. — Но я хочу, чтобы ты была счастлива, что бы это для тебя ни значило. Я знаю, как сильно ты заботишься о своей семье и хочешь поступить с нами правильно. И я хочу поступить с тобой правильно, — папа сжимает меня в своих объятия.

Джек смотрит в лицо нашим отцам.

— Можно Саванна переночует после скачек в нашем доме в Кентукки?

— С удовольствием, — говорю я и ловлю испуганные взгляды мистера Гудвина и папы.

— Я хочу приготовить тебе ужин, — говорит мне Джек, не обращая внимания на наших разинувших рты отцов.

Папа вытирает пот со лба.

— Она думает, что я не умею готовить, но я умею, — он сжимает мою руку. — Подожди… я вернусь через несколько минут. Я должен кое-что сделать. Уитфилд, помоги мне.

Он выбегает из сарая вместе с Рори. Господи Иисусе, куда же он теперь направляется?

— Джек! — зовет мистер Гудвин, следуя за сыном.

Остальные мужчины убираются из сарая, оставив меня готовить Звезду к гонке. Я похлопываю его по носу и смотрю ему в глаза. Мы играем в гляделки как минимум минуту, но затем кобыла проходит мимо нашего стойла и отвлекает его.

— Я победила! — обнимаю его за шею. — Люблю тебя.

Он покусывает мои волосы, говоря, что тоже любит.

***

Джек встречается со мной в загоне после того, как Шелби помогла мне оседлать Звезду и подготовиться к гонке.

— Как поживаешь? — Джек шепчет мне на ухо.

— Хорошо, — говорю я. Я не хочу сглазить, но думаю, что я никогда не была на таком высоком уровне подготовки. Я чувствую Звезду, я в хорошей форме на сегодня.

— Спасибо тебе за это.

— Пожалуйста, — отвечает Джек, улыбаясь мне. Он обходит Звезду в последний раз, осматривая его, прежде чем пожелать мне удачи и чмокнуть в щеку.

Папа садится на пони и выводит нас на дорожку. Он наклоняется и гладит Звезду по голове, когда мы начинаем разминаться. Звезда почти не обращает внимания на пони. Он, должно быть, знает, что эта гонка важна. Когда мы добираемся до стартовых ворот, я делаю глубокий вдох, и папа похлопывает меня по спине.

— Я горжусь тобой, и твоя мама тоже.

Я улыбаюсь, когда Звезда входит в ворота и ворота закрываются за мной. Я на четвертой позиции, самое лучшее место, чтобы начинать. Впервые в жизни лошадь не сходит с ума, когда мы входим в ворота.

— Ты справишься, Звезда, — говорю я, спокойно дыша.

Звонок разносится громко и ясно. Ворота с грохотом распахиваются.

— И они стартуют! — говорит диктор, затем всё замолкает, если не считать стука копыт по земле.

Звезда хорошо пробивается. Я устраиваюсь позади Дэнсинг Дэлайт и Зетс-май-Бой. На первом повороте все сбавляют обороты. Я устраиваюсь на хорошем месте вдоль перил. Дэнсинг Дэлайт мчится к прямому участку трека. Я немного ослабляю хватку, когда лошади движутся вместе на дальнем повороте.

Мчась вдоль перил, мы набираем скорость и обгоняем Зетс-май-Бой.

— Шевели задницей, Звезда! — кричу я.

Зетс-май-Бой бросает нам вызов, заставляя меня вернуться на третье место. На финишной прямой я на два корпуса отстаю от лидера. На последних двухсот метрах я использую хлыст и выкрикиваю имя Звезды. Я сокращаю расстояние, обгоняю Дэнсинг Делайт. Но он ускоряется и вырывается вперед.

Мое сердце колотится, я сильно прикусываю губу, когда мы пересекаем финишную черту. Мы проигрываем на корпус! Второе место. Черт. Когда Звезда начинает замедляться, я со вздохом снимаю очки и надеваю их поверх шлема. Он хоть когда-нибудь выиграет? Я наклоняюсь и обнимаю Звезду долго и крепко. Мы возвращаемся назад, и единственный человек, которого я хочу видеть, должно быть, поглощен этим морем репортеров, потому что я нигде не могу его найти.

Я подъезжаю к загону. Репортеры повсюду меня преследуют. Камеры мигают.

Люди кричат. Второе место в гонке, где на кону полмиллиона, — это не повод плакать дома. Звезда только что выиграла $125K для Кедар-Хилл.

— Джек! — я вглядываюсь в толпу и вижу, как он протискивается между людьми. Он вырывается и бросается к Звезде, хлопает его по боку и трет ему уши.

— Хороший мальчик, — говорит Джек, потирая морду лошади и улыбаясь мне.

— Прости, — всхлипываю я.

— В следующий раз ты выиграешь. Я знаю это, — он выдерживает мой взгляд, ухмыляясь, и я сжимаю его руку. — Иди сюда, — говорит Джек, и я позволяю ему стащить меня с лошади. Гил хватает поводья. И когда фотограф подходит ко мне, чтобы сделать снимок, Джек притягивает меня к себе и целует, обнимая, обвивая свои руки вокруг меня словно кокон, из которого он никогда меня не отпустит. И я надеюсь, что он этого не сделает.