Наперекор канонам
Шрифт:
– Ну бывает, – протянула я. – Медведи там всякие, волки.
– Только когда люди сами в пасть лезут. – Гишка помолчал и вздохнул: – Хочу быть человеком. Очень хочу. У вас все так интересно! Можно книжки читать, путешествовать, с друзьями разговаривать.
– А ты сейчас что делаешь? – хмыкнула я. – Как раз путешествуешь и с другом разговариваешь. И читал ты, подозреваю, намного больше меня. Так что не ной. И так на душе гадко.
– Я не ною, – несколько обиженно отозвался Гишка. – Я тебя от дурных мыслей отвлекаю. Вот, кстати, пока мы беседовали, лаз закончился.
И в самом деле, за разговором я не заметила, как наша компания подошла к выходу из подземелья. Гайяна быстро потушила огонек и, сделав нам знак остановиться, первой осторожно выглянула из лаза.
– Никого. – В тишине ее голос прозвучал оглушительно громко. – Татьяна, это самый подходящий момент для того, чтобы попросить Градука о помощи. Потом нам будет некогда останавливаться.
– Я прямо не знаю, – с сомнением протянула я. – А вдруг он уже забыл о своем обещании? Да и как-то невежливо так часто человека беспокоить по пустякам.
– Собственная жизнь для тебя пустяк? – сухо спросил орк. – Поверь, Татьяна, темные эльфы своих обещаний на ветер не бросают. Другое дело, что их практически невозможно заставить дать это обещание. Пойми, без поддержки Градука нам не выбраться живыми из этой передряги.
– Ну хорошо, – поспешила я уступить. – Только я сама не свяжусь с ним. Гайяна, помоги мне.
Амазонка хмыкнула и взяла протянутый амулет. Затем всмотрелась в него, что-то невнятно бормоча себе под нос.
– Держи. – Амазонка небрежно кинула мне оберег обратно.
Я поймала его и всмотрелась в переливы огня.
– Любимая? – испуганно спросил Градук. – Это правда? Тебя хотят убить?
– Ну да, – промямлила я. – Вроде того. Прямо на брачном ложе.
– Ты собралась замуж? – В голосе наследного принца прозвучала плохо скрытая паника. – А как же я? Чем же я хуже этого счастливчика?
– Ты – всем лучше, – уверила я Градука, который, по-моему, был готов разрыдаться. – Меня насильно отдают. Вот я и прошу – приди и спаси меня.
– Уже лечу, любимая, – уверил меня горе-возлюбленный и осторожно уточнил: – А против кого биться-то на этот раз предстоит? Большое с собой войско брать или малым числом обойдемся?
– Ну не знаю, – нерешительно протянула я. – Не думаю, чтобы император за мной много народа в погоню послал.
– Как император? – поперхнулся эльф. – Ты что, на трон решила сесть? Только, помнится, про этого императора не очень хорошие слухи ходят.
– Вот и я про то же! – внезапно разозлившись, заорала я. – Короче, приезжай и спасай меня! А то погибну в расцвете сил и красоты.
– Дай сюда, – нетерпеливо отобрала у меня амулет амазонка. – Градук, бери всех, кого сумеешь собрать за час. И жди нас у северных границ эльфийского леса. Мы постараемся оторваться от преследователей.
– Хорошо, – отрывисто кинул принц. – Уже еду.
Амулет особенно ярко вспыхнул, и голос принца потонул в непонятном треске.
– Пора и нам, – приказала Гайяна. – По лошадям!
Я удивленно покачала головой. Надо же, такой властной и собранной я еще амазонку ни разу не видела. Самое удивительное то, что и Леон молчаливо признал за ней право на первенство, беспрекословно выполняя любые ее распоряжения. Вот и теперь, стоило только Гайяне приказать, как маг первым вскочил в седло.
Остаток ночи слился для меня в один сплошной кошмар. Мы скакали, скакали и скакали без остановки. Пригнувшись к седлу, я желала лишь одного – чтобы это хоть когда-нибудь кончилось. Пушистик хрипло дышал, роняя белые клоки пены на землю, и мне было его безумно жаль. Я-то что – ну поболит у меня задняя точка, так это не смертельно, не развалюсь, поди. А вот нашим многострадальным лошадям приходилось тысячекратно хуже. И еще сильнее страдала Гайяна. Она всю дорогу без отдыха творила заклинания. С ее пальцев непрерывно сыпались искры, вспыхивали в высокой густой траве и бесследно гасли.
– Что это она делает? – нашла я в себе силы спросить у Гишки, который мертвой хваткой вцепился мне в волосы.
– Магически заметает след! – выкрикнул паучок прямо мне в ухо. – У императора очень хорошие гончие псы, натренированные на поиск беглецов. Но теперь они не смогут взять след.
– Леон когда-то говорил, что любое колдовство расходует силы. – Я с тревогой посмотрела на измученное бледное лицо подруги.
– Да, – подтвердил мои опасения Гишка. – Я даже не представляю, откуда у Гайяны такой запас магической энергии. Любой другой на ее месте уже давно бы лежал трупом.
Больше мы не разговаривали. Даже такой короткий диалог оказался чересчур выматывающим. Прильнув к шее верного Пушистика, я с тревогой вслушивалась в ритм его сердца. Лишь бы не упал, лишь бы выдержал.
На рассвете амазонка разрешила сделать небольшую остановку. Разгоряченные лошади переминались с ноги на ногу, а орк торопливо вытирал ветошью их мокрые от пота шкуры. Гайяна, прислонившись к стволу дерева, безучастно следила за действиями Ярынга, которому помогал Леон. Черты ее лица заострились, под глазами пролегли глубокие тени усталости. Неожиданно она вздрогнула и повернулась в сторону столицы, из которой мы так поспешно бежали.
– Началось, – прошептала она. – Я отсюда чувствую злость императора. По коням!
Пушистик чуть слышно жалобно вздохнул, когда я забралась на него, заставив меня почувствовать себя безжалостной гадиной. Но еще сильнее я ощутила муки совести, когда увидела, с каким трудом Гайяна поднялась на ноги.
– Ничего, – криво усмехнулась она, тяжело опираясь на руку Леона. – Еще немного. Не беспокойся, Татьяна. Пришла пора расплачиваться по счетам, а тебе я задолжала очень и очень много.
Я наклонила голову, молчаливо выражая благодарность.
И вновь скачка, безумная, отчаянная. Через овраги и ручьи, уклоняясь от ветвей деревьев. На миг показалось, что прошла вечность – так долго тянулась эта погоня. Поэтому когда маг, скачущий первым, вдруг резко натянул поводья, осадив лошадь, я не сразу поняла – почему он это сделал.
– Не успели, – горестно прошептал на ухо Гишка.
Нам оставалось ехать до эльфийских земель самую малость. На горизонте уже темнел край Запретного Леса, до которого, увы, добраться было не суждено. Поскольку дорогу преграждал хорошо вооруженный конный отряд под предводительством уже знакомого мне Рейми.