Чтение онлайн

– А какой голос был у женщины, вы запомнили?

– Какой голос?
– озадаченно переспросил комендант.
– Обыкновенный. Голос как голос…

– Низкий, высокий, звонкий, глухой, молодой женщины или пожилой… Разные же бывают голоса, - настаивал Изотов.

– Чистый голос, не сиплый, молодой, может быть, немного резковатый, - ответил комендант, подумав.

– Ну и что потом? Пришел Красильников?

– Пришел, и они стали разговаривать.

– Он называл ее имя?

– По-моему, нет.

– А о чем он говорил?

Комендант виновато развел руками, вздохнул.

– Кабы знать, я бы, конечно, прислушался. А у нас ведь как: один зашел, другой, этому что-то нужно, тому тоже… Разве будешь слушать, что там болтают по телефону.

– Ну о чем хоть речь-то шла? Долго они разговаривали?

– Нет, совсем немного. Мне кажется, договаривались о чем-то. О свидании, наверно. Потому что Красильников сказал: «Ладно, приду». Это я запомнил. Еще подумал: вот ведь молодежь нынешняя - баба на свидание зовет, целый день добивается. В наше время не так было… А впрочем, кто знает, может, больна она, может, и правда дело важное. Разве в чужую душу влезешь?

– Все может быть, - согласился Изотов.
– Все может быть…

Он вынул из портфеля листы бумаги, записал все, о чем говорил комендант, прочел ему и попросил подписать. Потом выяснил в управлении, что Чупреев еще на заводе, и позвонил туда.

– Сережа, ты не уходи, дождись меня и задержи кадровиков, дело есть… Я сейчас выезжаю.

Шумский раскрыл потрепанную записную книжку. Красильников, как видно, не был аккуратен, и сокращенные строчки, записанные наспех, то карандашом, то чернилами, сцеплялись, перемешивались одна с другой, точно хозяин книжки сам не знал, пригодятся они ему или нет. Почерк его был мелким, непонятным. Все это затрудняло чтение, и Шумский то и дело подносил к записям лупу.

На одном листке между математическими формулами записано: «бел. 11 р. 25. об. 8 р., пар. 3 р. 20, пон - внеоч. лекц. м-лен», а следом значилось: «Назар. В-5-81-32 16/III».

Своим заостренным почерком Шумский выписал на чистый лист бумаги номер телефона. Перевернул страницу книжки, прочитал: «Ольга Николаевна». Ни фамилии, ни адреса не было. Затем намного ниже следовало: «от гл р.
– 2 дв.». Было непонятно, относится эта странная строчка к Ольге Николаевне или она самостоятельна. На всякий случай Шумский соединил их, переписал и поставил большой вопросительный знак.

Далее были записаны, по-видимому, какие-то хозяйственные расчеты; Шумский пролистал страницы без интереса и натолкнулся на еще одно имя: Валерий Семенович. Оно было обведено в кружок, но тем не менее фамилия опять-таки отсутствовала. Шумский снова поставил вопросительный знак.

На последней странице Красильников записал: «А. И.
– 21 р., 18 р., 11 р., 32 р.». Первые две цифры были написаны карандашом, третья - чернилами, последняя - карандашом. «Получал он эти деньги от А. И.? Или давал взаймы?
– думал Шумский, перенося запись в свой список.
– И кто скрывается под А. И.?»

Изотов приоткрыл дверь. Шумский сидел неподвижно за столом, подперев голову руками.

– Смотри, как работает, - громким шепотом сказал Изотов нажимавшему на него сзади Чупрееву.
– Не видит, не слышит…

– О, давненько я вас не видел, - поднялся Шумский.
– Заходите, не стесняйтесь. Выкладывайте новости.

Чупреев бросил на стол личное дело Красильникова, взятое с завода, Изотов положил перед Шумским запись показаний коменданта.

– Пока все идет как надо, - довольно сказал Изотов, когда Шумский прочитал бумагу.

– Угу, - отозвался Шумский.
– Судя по всему, мы на правильном пути.

Тогда Изотов, улыбнувшись, выложил фотографии.

– Ничего… - сказал Шумский, разглядывая лица.
– У парня был недурственный вкус.

– Алексей, - предостерегающе проговорил Изотов.
– Не то смотришь.

– То есть как не то?

– Не туда… - улыбнулся Чупреев.

– Ну ладно, давайте серьезно. Кто они, установили?

– Знаешь, мне сегодня немного повезло, - пододвигая стул и садясь на него верхом, сказал Изотов.
– Представляешь, фотографии. А кто на них - неизвестно. Ищи-ка по городу… В старину хорошо было: фото наклеено на картон, внизу - адрес фотографии, негативы сохраняются… Теперь же снимают на каждом углу. Ну поэтому первое, что пришло в голову, - ехать на завод. Может быть, кто-нибудь из заводских? Подняли мы с Сережей на ноги отдел кадров. И что ты думаешь? Докопались.

– Обе на заводе работают?

– Нет, одна… Поэтому-то я тебе и сказал, что мне немного повезло. Но и то хлеб… Вот эта девочка - Орлова Галина Петровна, чертежница конструкторского бюро.

– Как она работает, в какую смену?
– спросил Шумский.

– Все дни одинаково - с девяти до пяти.

– То есть вечерами свободна и могла встретиться с Красильниковым в саду?

– Вполне. Я уже послал ей повестку с курьером, завтра Орлова будет у нас. А что у тебя?

Шумский поморщился:

– Не бередите мои раны. Сплошная головоломка. Тут нужен не следователь, а дешифровщик.
– Шумский протянул Изотову листок с выписками. Чупреев подошел к Изотову.

– Я вижу одни вопросительные знаки, - весело сказал Изотов.

– А ты хочешь восклицательные?
– Шумский порывисто вскочил, выхватил из рук Изотова листок.
– Что это по-твоему: «от гл р.
– 2 дв.»? Отдел главного… главного… р. Что такое «р.»?

– Района, - подсказал Изотов.
– Отделение главного района? Что бы это могло означать? Или ремонта? Какая-нибудь ремонтная контора.

– А «2 дв.»? Две двери? Два дворника? Два двигателя? Чушь какая-то. Как курица лапой царапала.

Изотов вдруг рассмеялся:

– Ничего звучит: «Отдел главного ремонта - два дворника».

– Тебе бы только потрепаться, - раздражаясь, сказал Шумский.
– Несерьезный ты товарищ, Виктор Батькович.

– Я думаю, сейчас не то что бесполезно, но, пожалуй, бессмысленно ломать голову над этими записями, - сказал Чупреев.
– Если найдем людей, то записи сразу приобретут целенаправленность, и их легче будет расшифровать.

– Наш мудрый, рассудительный Чупреев!
– воскликнул Изотов.

– Посмотрим, Сережа, посмотрим, - неопределенно сказал Шумский.
– Прежде всего надо запастись терпением. Придется, мальчики, как следует поработать. Завтра с утра, Сережа, поедешь в университет, а ты, Виктор, - на завод и в общежитие.

– Но я же вызвал Орлову и двоих ребят из комнаты Красильникова.

– Ничего страшного, их допрошу я. Вы оба - в университете, на заводе и в общежитии - наведите справки о женщинах, носящих имя Ольга Николаевна, и о мужчинах по имени Валерий Семенович. И еще, на всякий случай, помните инициалы А. И. Может быть, человек, имя и фамилия или имя и отчество которого начинаются с этих букв, сможет нас заинтересовать.