Наречённая из-за грани, или Попаданка в придачу
Шрифт:
Засада, млин.
Через приоткрытую дверь гардеробной донеслись шаги и шорохи – Люсьен встал и начал одеваться. Спустя минуту, в штанах и с рубашкой в руках, появился на пороге, глянул на длинный ряд сверкающих, переливающихся тканей и присвистнул. Затем перевёл взгляд на вещи в моих руках и вскинул брови.
– Добавить ещё одну странность в копилку?
– Что?
– У тебя столько богатых платьев, а ты носишь вот это?
– Да, они богатые, но жутко неудобные, – я провела кончиками пальцев по шёлковому рукаву первого попавшегося наряда. – И к ним нужна горничная. А ещё причёска, украшения, соответствующее бельё… туфли. А я хочу футболки, джинсы и кроссы. Волосы в хвостик и по пять браслетов на каждой руке. Вот было бы счастье.
– Иногда ты такие занятные слова произносишь, – невесть чему усмехнулся Люсьен и натянул-таки рубашку.
– У меня провалы в памяти, забыл?
– Подозреваю, твоя память целее многих.
– Хочешь сказать, я тут всем мозги пудрю… тьфу, обманываю собственную семью? – повернулась я к своему чересчур сообразительному сочетаемому.
– Хочу сказать, что то загадочное происшествие, на которое намекала твоя сестра, поспособствовало не потере памяти, а её… изменению.
Не совсем в яблочко, но…
Довольно близко.
– И что из этих гипотетических изменений следует? – уточнила я настороженно.
– Что нынче ты такая, какая есть, – ответил Люсьен невозмутимо, словно его ни капли беспокоило предположение, что во мне от настоящей Феодоры лишь тело.
Даже наверняка неподобающее по местным меркам отсутствие девственности никак не прокомментировал, ни сразу, ни позже. Может, конечно, вовсе не заметил, не столь уж мужчины внимательны к своим партнёршам, какими иногда пытаются казаться.
– И какая я, по-твоему?
– Не похожая на прежнюю Феодору.
– Ты её знал?! – преисполнилась я самых нехороших подозрений.
– Нет.
– Тогда откуда…
– Но портрет-то составить я могу и по описанию. Увидимся позже, – Люсьен шагнул ко мне, быстро поцеловал в губы и вышел.
Из гардеробной вышел.
И из спальни.
Вот так взял и свалил, ничего более не добавив к сказанному. А мне гадай теперь на кофейной гуще, что он в виду имел.
Не похожая на прежнюю Феодору, ишь ты…
* * *
Вызвав горничную, я попросила принести завтрак и неторопливо поела. Еда Исттерского домена отличалась от Фартерского, хотя, возможно, разница в том, что в своём доме Алишан могла позволить себе кухарку и куда больший выбор продуктов и блюд. В доме Виргила я понимала, что вижу на тарелке и как оно называется, здесь же не всегда удавалось идентифицировать то или иное блюдо. Но вкусно, сытно, обильно и чуть-чуть жирновато. Зато всё исключительно натуральное, никаких красителей, заменителей и многозначительных буковок на пару с загадочными циферками. Затем я позвала служанку повторно, отдала поднос с пустой посудой и поинтересовалась местонахождением Эсфел. А у кого ещё мне консультироваться о местных обычаях и порядках, просить провести экскурсию и рассказать о домочадцах? Не к Алишан же идти, в самом деле.
Горничная сообщила, что ана Эсфел уже поднялась, позавтракала и приступила к обычным своим занятиям, которые закончатся через два часа, но если адара Феодора желает, то ана может сделать перерыв и зайти в мои покои.
Я заверила, что не надо дёргать Эсфел ради моей персоны. Уж лучше тогда я в спальне посижу и подожду, пока кузина освободиться.
Но ждать Эсфел не пришлось.
Едва служанка удалилась восвояси, а я с «Обо всём живом под Солнцем и Луною» устроилась на диване у окна, как нагрянули новые гости.
Гость.
Не сказать, чтобы я вовсе не ждала его визита, просто надеялась на подольше оттянуть момент счастливого семейного воссоединения.
– Фео? – взлохмаченная голова Феодориного брата просунулась в комнату. Следом за чёрными кудрями в спальню просочилось и тело.
– Саш… Александр, – я опустила книгу на колени, приветливо улыбнулась, хотя понятия не имела, как и о чём разговаривать с этим молодым человеком, носящим имя моего старшего брата, но при том совершенно на него не похожего.
И полнейшее отсутствие сходства казалось странным: если мы с Феодорой явные двойники, то почему наши братья не на одно лицо? Мой Сашка-то не такой высокий, не столь симпатичный и весу лишнего уже кое-где поднабрал.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Александр, прикрывая за собой дверь.
– Нормально.
– Уверена?
– Да.
– К ужину ты не спустилась, – Александр приближался ко мне неспешно и присматривался пытливо, настороженно. – И никто из нас словом с тобой не перемолвился с момента вашего возвращения… кроме Эсфел, естественно.
– Физически я вполне себе здорова, – заверила я.
– А твоя память?
Я пожала плечами.
– Что ты помнишь о… обо всём, что было до побега?
– Я и о побеге-то ничего не помню, узнаю обо всём с чужих слов и делаю свои выводы.
– А что ты помнишь?
– Ну-у…
Александр остановился, критично обозрел меня и указал на окно.
– Погода отличная, может, пройдёмся по саду?
– Давай, – согласилась я и отложила книгу. – Почему нет?
Сад просторен под стать дому и в моём представлении больше походил на маленький парк: длинные, убегающие во все стороны аллеи, ровно подстриженные кусты, пёстрые цветочные клумбы, массивные мраморные вазоны. Раскидистые деревья отбрасывали лёгкую тень на посыпанные гравием дорожки, в воздухе разлился сладкий цветочный аромат. Мы с Александром покинули дом, пересекли площадку перед фасадом и неторопливо углубились под зелёную сень. Поначалу шли молча, я любовалась садовыми красотами, брат украдкой меня разглядывал. Я притворялась, будто не замечаю взглядов настороженных и растерянных одновременно, ищущих упрямо в идущей рядом девушке прежнюю хорошо знакомую сестрёнку. И я его понимала. Как я сама бы реагировала, если бы ко мне привели близкого родственника и сообщили, что у того, дескать, внезапная амнезия приключилась? Смотри на него теперь, теряйся в догадках, что он помнит, а что нет… и что с ним делать, с этим знакомым незнакомцем?
Если отношения Феодоры с отцом соответствуют рассказам Эсфел, то вскоре случится похожая встреча и с родителем.
Если не хуже.
– Фео, – Александр помедлил, будто не уверенный, что ко мне нынче можно обращаться сокращённо. – Ты не думала… или, быть может, Лиша думала...
А-а, вот как Алишан зовут в кругу семьи.
– О чём?
– Что Ко… он мог что-то с тобой сделать?
– В смысле?
– Лиша говорит, он тебя загнал… как лошадь… потому ты и…
– Стала маленько ку-ку? – подхватила я. – Ну да кто из нас не без своих тараканов?
– Что, прости?
– Проехали, – и зачем я употребила этот глагол в данном контексте?
Отучаться надо, срочно!
– Куда? – ожидаемо среагировал Александр.
– Забей… забудь. Я тоже полагаю, что он меня загнал. Алишан сказала, мы слишком много прыгали по доменам.
– Резкие, частые скачки, особенно по новому пути, плохо отражаются на адаре. Если бы у тебя был зафир, было бы полегче…
– Почему? – вот про адарские способности слушать куда как интереснее, нежели жевать по десятому кругу факт бегства и амнезии.