Чтение онлайн

– Сложно поспорить. Но одно я могу сказать точно, в твоих речах совершенно не звучит голос Ярослава. Ты гораздо жестче своего приемного отца.

– Я с ней только три года. Конечно, я пытаюсь быть хорошим приемным отцом, но боюсь, что я скорее выступаю в роли наблюдателя в ее жизни.

– Да, дети быстро вырастают и совершенно не хотят слушаться. Дмитрий вот тоже уже давным-давно не приходил к своему старику за советом. А иногда стоило бы! Кстати, мы на месте. И кстати, в полном составе. – Виктор поприветствовал своего сына улыбкой.

В руках у Дмитрия был поднос с чаем и корзинка с фруктами и булками.

– Я точно не знаю, вкусно ли это, – честно признался молодой вампир.

– Еще бы, ты же это не ешь! Но уверяю тебя, пахнет все очень аппетитно! – Ярослав облизнулся.

Он был безумно голоден, чего не скажешь о Каяре, которая перед их отплытием хорошенько подкрепилась кровью трех коргов, встретившихся им в последнем человеческом городке на берегу Орского моря. Но вот пронести небольшой запас на остров, она не решилась. Кто знает, к каким последствиям это могло привести в случае досмотра. В одном королева Берильская была права, жажда Ринса не знала себе равных. Они научились держать ее под контролем, но игры в голодовку для наследников этой крови очень опасны.

Они зашли в дом Виктора и первое, что Каяре бросилось в глаза – кандалы, прикрепленные к стене в гостиной. Хотя они и были тщательно отмыты, Каяра уловила запах крови пятого генерала впитавшийся в сталь. И судя по ее концентрации, он носил их не один десяток лет.

– Прошу, – Виктор жестом руки пригласил их сесть на большой старый диван возле низкого чайного столика, они с Дмитрием, в свою очередь, придвинули себе кресла с другой стороны. Обстановка в доме старшего Барлока была очень уютной, по-людски домашней. Не считая тех самых кандалов, которые не остались незамеченными и для Ярослава.

– Здорово у тебя. Вы вместе живете? – спросил Ярослав и тут же откусил кусок пирога с мясом.

– Нет, Дмитрий предпочел отдельный дом. Правда, из-за расширения остальных подразделений, у нас возникла необходимость в увеличении штата командиров. Но вот домов командного состава на всех не хватает. Дмитрий делит дом со своим другом, может, ты помнишь его? Алексей Верных?

– Нет, он старше тебя? – обратился Ярослав к Дмитрию.

– Да, ему около двухсот. Он не отмечает свои дни рождения, говорит плохие воспоминания из детства. Поэтому я точно не знаю, сколько ему, если честно, я даже не знаю какого числа его день рождения, – честно признался Дмитрий.

– А тебе сколько сейчас?

– Сто пять, – улыбнулся Дмитрий, видимо он был весьма горд своим возрастом. Для вампира возраст больше сотни лет говорил о вершине его взросления. Каяра знала об этом странном суждении среди современного общества, но не могла никак понять его. Почему количество лет могло служить доказательством мудрости и состоятельности? Разве нельзя всего этого достичь гораздо быстрее? Уж точно не за столетие!

– Это вместе с человеческими?

– Да.

Каяра слышала уже раньше историю обращения Дмитрия. Ярослав и Виктор шли по следу одного корга, но не успели настигнуть его вовремя. Он уже успел влезть в один из домов человеческой деревни. Корг убил всю семью Дмитрия: его мать, отца и младшую сестру. Дмитрий пытался защитить их, поэтому получил многочисленные переломы, включая открытые, и был оставлен сытым коргом умирать. Виктор сжалился над парнем и обратил его, назвал своим сыном. Дмитрий долгое время не мог опомниться после трагедии и привыкнуть к новой сущности. Он словно замкнулся в себе, почти не с кем не общался, большую часть времени молчал и проводил в одиночестве. Ему потребовалось около трех лет, чтобы свыкнуться с новой реальностью.

– Уже не малыш! Хотя до нас тебе еще далеко, – Ярослав задиристо подмигнул парню.

– Да, до стариков мне пока далеко, – отшутился Дмитрий на его замечание, и шутка пришлась генералам по вкусу.

– Ну не такие уж мы старики, – прокомментировал Ярослав сквозь смех. – А я думал это твоя идея?

Он указал на кандалы на стене.

– Нет, – Виктор переменился в лице. – Это мои. Как напоминание не о самом лучшем периоде моей жизни.

– Ты хочешь сказать, что это твои кандалы? Ты был в них закован, – оборотень был в смятении. Такого ответа он никак не ожидал услышать. Он даже сам пока не мог решить, как ему реагировать на такую новость.

– Да, тридцать лет мой друг, пока шла война против чистокровных.

– Как так вышло? – Ярослав отложил очередной кусок пирога в сторону и направил все свое внимание на старшего Барлока.

– Как ты знаешь, не все были согласны с тем, во что превратилась эта война. Одни покинули Аресал, как ты и Дмитрий.

– Ты настоял на моем отъезде, – вмешался молодой командир.

– Да, когда я понял, что с несогласными не будут больше церемонится, я отправил Дмитрия к моему старому другу. Хорошо, что у него хватило сил сдержать его молодые и пылкие порывы и не дать совершить глупость. Как видишь, все в итоге наладилось.

– Что именно произошло? – не унимался Кросс, с трудом силясь принять случившиеся.

– Как ты знаешь, некоторые кланы чистокровных были оскорблены ущемлением своей власти, своих прав. Они выступили против Верховного Совета Триединства. Битвы были тяжелыми, потери с нашей стороны нельзя было сосчитать. В итоге мы не получили ничего кроме страха перед всеми чистокровными. В каждом из них семьи погибших, да и другие, видели только угрозу. Появилось много лживых обвинений. Суды стали превращаться в формальность, а потом и была получена квота – убивать их и без суда, в определенных случаях.

– Почти во всех. В этот момент я покинул Аресал.

– Да, а я понадеялся достучаться до Совета, но был осужден, как предатель, и закован в эти самые кандалы.

– Ты пытался остановить беспричинные убийства, а они хотели избавиться от всех, кто угрожал их власти, – Дмитрий сжал кулаки перед собой, опустив руки на колени.

– Да, но со времени здравый рассудок начал брать вверх в обществе, и было принято решение остановить кровопролитные бои.

– Точнее истребление невинных и, в большинстве случаев, беззащитных семей, – Каяра не выдержала, эта тема была больной для нее.

Ее клан знал о происходящем, но они не могли защитить названных староверов, так как дали слово когда-то не вмешиваться более в ход жизни Триединства. Те кланы, что были поистине верны кодексу и его законам, им удалось скрыть от ополчившихся безумцев. Это было сложное время для всего клана Ринса. Они, стиснув зубы и всю свою ненависть в кулак, должны были стоять в стороне и просто наблюдать за этими зверствами. Погибли в этой "войне" сотни. И всему виной основное правило их семьи, слово Ринса – нерушимо, таков закон.

– Да, – Виктор смиренно принял ее гнев, хотя, по сути, он его ничем не заслужил. – Но в итоге все чистокровные были не просто амнистированы, для них были созданы новые законы, призванные защищать их. Им вернули все их земли и имущество. Теперь их законы и обычаи официально признаны Триединством.

– Только вот охранять стало почти некого.

– Ну, – Дмитрий отклонился к спинке кресла. – Сейчас появилось много тех, кто охотно пользуется всеми этими привилегиями, объявляя себя потомками чистокровных или называя себя староверами, хотя сами даже кодекс их не удосужились прочесть, не то, чтобы хотя бы раз помолиться старым богам.