Чтение онлайн

Впрочем, это могли быть издержки его профессии: он привык изучать и оценивать людей. Я страшно боялась, что он заметит мой тщательно скрываемый интерес, поэтому вела себя осторожно и сдержанно и всегда соблюдала дистанцию. Хотя порой становилось невыносимо трудно прятать чувства, которые его присутствие во мне вызывало — волнение, возбуждение и страх.

Спустя месяц я вновь столкнулась с машиной мужа в непривычном месте. И снова меня привел туда Кевин. Строго контролируя дочь, я забирала ее теперь из школы сама, но несколько раз ей удавалось улизнуть, ослушавшись меня. Вот и на этот раз, добравшись до школы, я успела увидеть, как Лесли вновь садится на байк.

— Да что же это такое!

Я ехала за ними до самого дома: это оказалось четырехэтажное здание с маленьким палисадником и калиткой, возле которой Кевин остановил байк и убежал внутрь, оставив Лесли ждать. Я собиралась выйти из машины и пойти прямо к его родителям, когда вдруг заметила немного поодаль припаркованную иссиня-черную «бмв».

Мое сердце на этот раз уже не застучало так сильно, лишь тревожно сжалось в предчувствии беды, в ожидании которой я прожила последние четыре недели.

Лицо запылало жаром, и я сделала глубокий вздох, чтобы расслабиться. В этой части города тоже не было наших магазинов или квартир друзей, но, может, Малкольм опередил меня и сам решил наконец-то объяснить этому мерзавцу Кевину, что наша дочь ему не пара?

Парень, однако, выбежал как ни в чем не бывало, завел байк и увез мою дочь. Пришлось выбирать, ждать появления мужа или спасать девочку. Конечно же, в приоритете был ребенок. А муж мог быть как в этом доме, так и в любом другом на этой улице, непонятным оставалось лишь то, что он там делал.

— Милый, ты сейчас в городе? — позвонила я ему, следуя за мотоциклом на расстоянии. Мой голос прозвучал необычайно холодно даже для меня самой.

— Я занят с клиентом и я не в городе, — кратко ответил он. — Что-то срочное?

— Нет, сама разберусь, — процедила я и бросила трубку, прибавляя газу. В голове не укладывалось, что он снова мне солгал. Это была мелочь, но из мелочей состоит наша жизнь, и обман — точно не то, чего я ждала от удачного брака.

Мой телефон зазвонил. Это была Лесли, оказавшаяся на нашей родной парковке чуть раньше меня.

— Мам, я дома, можешь меня не встречать, — отчиталась она. Притормозив, я смотрела на байк издалека, но ребята меня не замечали — на стоянке всегда было полно машин.

— О чем мы с тобой говорили, Лесси? — устало упрекнула я дочь. — Разве я не просила по-хорошему держаться от парня подальше?

— Мам, он просто подвез меня из школы, честное слово! Я и так тебе во всем уступила! Что, ему и проводить меня теперь нельзя? — обиженно закричала Лесли на меня в ответ, и я зажмурила глаза, понимая, что слишком, возможно, давлю на дочь. Теперь я знала, где Кевин живет, так что в скором времени обязательно поговорю с его родителями, тогда все и закончится.

Не успела я прийти в себя от одного потрясения, как нагрянуло новое. На телефоне пиликнуло «смс». От детектива Марбаса: «Есть новости. Можешь подъехать прямо сейчас в наше кафе?».

Вот теперь мое сердце запнулось окончательно: боль сдавила грудную клетку и дыхание перехватило. Это не могло быть случайным совпадением — «бмв» мужа в центре города и сообщение Леонарда. Час правды настал. И я оказалась к ней абсолютно не готова: меня заколотило как в лихорадке от одной только мысли, что сегодня мой крепкий брак разрушится раз и навсегда. Пожалуйста, пожалуйста, — умоляла я вселенную, — пусть это будет клиентка, которая просто любит обсуждать дела в отелях у себя дома, и Лео докажет мне, как сильно я заблуждалась насчет честности и верности супруга.

Но разум не верил в эти жалкие оправдания, ведь Малкольм только что мне соврал, сказав, что находится не в городе. А значит, он мог лгать мне и во многом другом.

«Уже еду», — набрала я дрожащими пальцами и обреченно сдала назад, убедившись, что Лесси отправилась домой, а Кевин укатил прочь.

Официантка проводила меня в уединенную кабинку, до сих пор украшенную гирляндой по случаю давно прошедших праздников — нашу с Леонардом любимую, так как там мы были скрыты от посторонних глаз.

Детектив сидел, опустив глаза в стол. Перед ним стояла ополовиненная бутылка и стакан со льдом, сжатый побелевшими пальцами. Рядом — открытый ноутбук с крутящейся заставкой.

Мужчина не поднял головы, когда я села напротив и подождала, пока уйдет официантка — я заказала только чай.

— Что случилось? — прошептала я, полностью утратив голос от неизбежности очень плохих новостей, неспроста же всегда собранный Лео выглядел таким разбитым, никогда еще таким его не видела

Лео поднял на меня лихорадочно блестевшие глаза, и я поразилась пылающему в них гневу, словно была в чем-то виновата и он ненавидел меня сейчас. Лицо его было бледнее обычного, а губы напряженно сжаты в тонкую линию. На скулах шевелились желваки, и, будь я проклята, но слышала звук скрежетания зубов.

— Ты пугаешь меня, — оторопела я от неожиданности. Сердце забилось в ужасе, что же Леонард мог такого узнать, если стал белее снега.

— Извини, — прикрыл он глаза на секунду и схватился за переносицу, а затем залпом допил разбавленную льдом янтарную жидкость и налил себе новую порцию. — Я немного в раздрае. Ты поймешь, когда все узнаешь.

— Говори же! — взмолилась я, желая поскорее покончить с этим, не затягивать агонию.

— Ну, хорошо, — согласился он, развернул ко мне монитор и тронул «тачпад».

Я знала, что психологически не готова увидеть доказательства измены, но все же не ожидала, что эффект окажется таким сильным — мое лицо заледенело, в живот будто воткнули нож, а ноги стали ватными. Снимок, появившийся на экране, был сделан через окно и сквозь жалюзи, так как мешали мутные горизонтальные полоски. Однако это не помешало мне узнать Малкольма в объятиях возбужденно откинувшей голову брюнетки.

Я отвернулась, не могла смотреть на это. Обнаженная парочка находилась в постели, женщина сидела верхом. Все было очевидно, подобное не спишешь на посещение массажного салона или прием врача, и уж тем более на неудачный кадр оператора. Слабость разлилась по телу, холодя кровь, кончики пальцев потеряли чувствительность. Напряжение было так велико, что я очнулась только когда поняла, что ногтями больно впилась в собственные ладони, и когда мне стало недоставать кислорода. Меня снова трясло, зубы клацали друг об друга и прерывалось дыхание.

— Мне тоже нужно что-нибудь выпить, — прохрипела я, протягивая руку к стаканчику с наполовину растаявшими остатками льда, и Лео тут же уступил мне его. Противный жгучий глоток немного упорядочил хаос в голове. Вот так, Лора, теперь ты можешь засунуть слезы куда подальше и мыслить разумно. — Ты узнал, кто она?

— Да, — мрачно изрек детектив, буравя меня стальными глазами, в которых читалась невыносимая ярость. Он прорычал грубо, будто весь мир обвинял в своей трагедии: — Это моя жена!