Чтение онлайн

С каждым словом инста-дивы брови Ковалёвой все выше летели вверх. Модель? Горячие снимки? Илья заметно смутился от нежданной встречи, даже покраснел, весь процесс фото занял пару минут, но ему он сильно наскучил. Очень скоро фанатка убежала, а Яна просто молча уставилась на собеседника.

– Что? – взвыл он и скрестил руки на груди, глядя в окно.

– Модель? Ты манекенщик? – единственное адекватное предположение, что возникло в ее голове, было рекламой брендов одежды, не об эскорте же спрашивать.

– Нет! – горячо возмутился Илья и, упираясь ладонями в стол, покачал головой. – Ну было там пару фотосессий, когда молодой был. Приглашали меня и в журнал, и в интернет.

– Ага-а! Так я со знаменитостью сижу, – рассмеялась она и шлепнула ладонями по столешнице совсем легко, как бы в подтверждение своего великого открытия.

– Да нет… нет! Я с этим завязал, – он затряс руками перед собой, отчаянно пытаясь убедить, что модельная деятельность это давно ушедшее занятие. Но Яну уже было не остановить.

– А я думаю, откуда эти замашки: помпоны, топинги, так ты не местного полета птица-а, – хохоча, Яна подняла ладони в примирительном жесте, а Илья уже тащил ее в сторону выхода. – Ты прости! Я совсем не делю профессии на мужские и женские, и все такое, но просто тебя моделью я… ну совсем не представляла.

Согнувшись пополам на тротуаре перед автомобилем Архипова, она тихонько хихикала, пытаясь прикрыть ладонями свой бесстыдно смеющийся рот. Сам Архипов стоял рядом с ней и терпеливо переносил насмешки в свой адрес.

– Извини, не обижайся! – совсем закрывая себе рот, как ребенок, двумя ладонями, она подняла голову и взглянула в лицо Илье, он улыбался, совсем немного, но улыбка была заметна. Яна заправила выпавшие из прически пряди за уши и села в машину вслед за ее хозяином. – Ну что… поехали, счастливая пампушка.

Получив-таки заслуженный щип в колено за шутки про помпон, Ковалёва, наконец, отсмеялась и просто улыбнулась. До работы парень доставил ее к назначенному времени, они попрощались уже намного теплее, чем в прошлую встречу. Поблагодарив за весело проведенное утро, Яна вышла из машины и скрылась за дверью ресторана Новицкого. Впереди ее ждала очередная попытка узнать о возможном прохождении практики, прошло несколько дней, а в своем расследовании по поиску Дианы они стояли на месте.

По слухам именно сегодня гендиректор останется в ресторане после обеда, он будет ждать сотрудников из городской администрации, и соответственно сервис должен быть идеален, отчего весь персонал с начала рабочего дня был на ушах. Обычно Новицкий приезжал раньше гостей, докучал вопросами о состоянии кухни и зала, о проведенных генеральных уборках и денежном обмене. Именно в этот период можно было остаться с ним наедине. Но Яну настолько загрузили работой, что высока была вероятность элементарно пропустить момент приезда генерального. Она натирала посуду уже в третий раз, потому как старшая видела в ней недочеты, и работу не принимала. Ковалёва мысленно возмущалась, но ничего не оставалось – приходилось перетирать бокалы и приборы. Когда ей удалось присесть второй раз за весь рабочий день, было около пяти. Новицкий должен был подъехать с минуты на минуту.

Ковалёва привела себя в порядок и поспешила в зал, все еще надеясь, что Новицкий не занят праздными разговорами, и ей удастся занять место практикантки в его офисе. А там и до сведений о Диане совсем немного. Главное – не заставить гендиректора подозревать Яну в нечестности.

Мысли рассыпались, как шарики пин-понга, она пыталась сосредоточиться, пока шла до vip-кабинета. Входя в поворот, девушка бросила взгляд вперед и едва не рухнула на пол. Она отступила на шаг в неверии тому, что видят ее глаза. Коснулась стены, поскольку боялась упасть. В дальнем конце прохода, у диванчика для гостей стояла она. Рыжие волосы убраны в нехитрую прическу, но пара волнистых локонов все же обрамляют лицо, стильный брючный костюм дополняют темные лодочки. В женских руках массивная папка и ни единого синяка, которые так врезались в память. Девушка повернулась к ней, заметила, как Яна не сводит глаз. На щеке бизнес-леди все та же родинка. Перед ней стояла пропавшая Диана Князева. Собственной персоной.

С оглушительным стуком захлопнув за собой дверь в уборную для гостей, Яна прижалась спиной к гладкой деревянной поверхности. Воротник форменного платья непривычно сдавливал шею. Одним рывком она попыталась освободить себя от плена ткани, вдохнуть глубже, но пуговицы крепко держались за петли, и ее усилие осталось бесполезным. Сложнее было поверить в реальность, нежели убедить себя в болезни собственного сознания. А здоровой Яна себя точно не считала. Мало кто может, оглядываясь на свое прошлое, подтвердить нормальное состояние своей психики. Не привиделось же ей? Она стояла там. Это была Диана Князева.

Ступор и шок охватили ее. Пока Ковалёва бесполезно пыталась справиться со странной реакцией организма, к жертве похищения стоявшей в коридоре с деловым видом подошел один из гостей. Они о чем-то недолго переговаривались, Диана строила сочувственное лицо и выглядела довольно убедительно. Ни единого следа от повреждений, видимых Яной на том снимке: ни синяка, ни царапины, ни одного сбитого ногтя. Исключительный макияж и яркий маникюр. Князева выглядела так, будто сошла с обложки журнала с заголовком «женщина в бизнесе». Незнакомец потрогал собеседницу за плечо в поддерживающем жесте и покинул ее. И этот короткий эпизод вселил в Яну осознание действительности происходящего. Рыжеволосая ей не мерещится, она стоит в ресторане, у кабинета их начальника, в расслабленной позе. Стоит так, будто и не была похищена, будто не прошло месяца от ее исчезновения, будто ее портреты не висели на всех столбах городских проспектов. В этот миг нервные окончания в конечностях поймали импульсы мозга, и Ковалёва трусливо убежала в гостевой туалет, закрываясь в нем от всего мира.

Металлическая ручка на закрытой двери зашевелилась, больно приминая бок Яны, которым она прильнула к барьеру. Девушка отпрыгнула от импровизированной баррикады и отошла к раковинам, делая вид, что приводит прическу в порядок. В отражении глаза ее истерично блестели, сероватый белок глазниц усыпан лопнувшими сосудами у внутреннего уголка, напряжение в голове было настолько велико, что девушка едва держалась на ногах. Она опустила взгляд на мгновение и почувствовала легкое головокружение, не ощущая того, как медленно заваливается на спину.

– Девушка! – кто-то подхватил ее, это были аккуратные, чуть теплые женские руки, которые по сравнению с ледяной кожей Яны чудились обжигающе горячими. От этой кардинальной разницы вернулось восприятие. Ковалёва открыла глаза, видя перед собой знакомые черты, и едва ли не с криком ринулась прочь от видения.

Диана испугалась не меньше нее, она в ошеломлении подняла руки, которыми только-только держала ее и показала их Яне:

– Спокойно… простите, что напугала вас, но вы едва не упали на кафельный пол, – ее приятный голос обволакивал как жидкий шелк, а глаза – серо-голубые как у матери – смотрели с искренностью и волнением. Не вымолвившая ни слова Ковалёва, прижималась кобчиком к каменной основе раковин, словно пыталась слиться со стеной.

– Вы… Диана Князева? – тихо произнесла она, все еще надеясь, что попросту могла обознаться. Или ее бедовая голова выдала желаемое за действительное.

– Да, это я, – коротко ответила рыжая и отвернулась к зеркалу, одергивая рукава голубого брючного костюма. – Я знаю, о чем вы спросите. Но вас же ищут и полиция, и волонтеры, семья сходит с ума от горя… Да. И мне грустно от того, как все обернулось. Но месяц назад я уехала сама. Хотелось просто исчезнуть с радаров, не видеть знакомых лиц, не слышать известных имен. Я уехала, и надо сказать пропасть у меня получилось, но в один миг я поняла, что нужно вернуться. Можете осудить меня, если пожелаете, на это я вам скажу: каждый когда-нибудь задумывался начать новую жизнь, выбросив последний лоскут от старой.