Чтение онлайн

Одному из лидеров тюркских гвардейцев Мухтади написал письмо, в котором предлагал ему устранить или хотя бы арестовать сына Бугхи и самому возглавить гвардию. Однако тот показал это письмо Ибн Бугхе и сказал, что это предложение ему не по душе. Оказалось, что и сын Бугхи получил от халифа аналогичное послание. Таким образом, лидеры гвардии поняли, что халиф пытается натравить их друг на друга. Сообща они решили, что Мухтади должен быть убит, и, собрав свои силы, окружили Самарру.

Однажды вечером, незадолго до своей смерти, между временем вечерней молитвы и временем окончания поста, Мухтади стал молиться Богу: «О Аллах! Твой Посланник, да пребудет на нем Твоя милость и благословение, говорил, что Ты не оставишь без внимания ни одной просьбы праведного имама, а я был во всем справедлив к своим подданным, ни просьбы того, с кем поступили несправедливо, а я именно таков, ни просьбы того, кто не нарушал поста, а я еще пощусь…» Затем он начал призывать кары небесные на своих врагов.

Последователи пророка были не от мира сего, их помыслы были устремлены в Вечность, такими были Абу Бакр, Омар, Али. Но ты – всего лишь человек тюрков, ферганцев, людей с запада и иноземцев, которые желают лишь мирских благ. Разве можешь ты вести людей путем праведности, как ты вознамерился делать?

Западные гвардейцы, как и гвардейцы-ферганцы, сражались на стороне Мухтади, но в конце концов халиф бежал с поля боя и поскакал в город, тщетно призывая жителей на помощь. Когда стало ясно, что помощи ждать неоткуда, он спрятался, но вскоре тюрки вытащили его из укрытия. Как именно он умер, в точности неизвестно – одни говорят, что его закололи кинжалами, другие – что ему раздавили половые органы, третьи – что он был задушен подушками, четвертые – что его завалили тяжелыми досками.

Во время убийства халифа его двоюродный брат Мутамид [140] находился под стражей в одной из комнат павильона-дворца. Тюрки привели его и принесли ему присягу на верность.

Мутамид начал свое правление с того, что назначил своего брата Муваффака наместником восточных провинций, а его сына – правителем Египта и всех западных владений. Затем халиф обратил все свое внимание на развлечения и удовольствия, забыв и думать о своих подданных. Через некоторое время Муваффак, в качестве регента, заключил халифа в тюрьму.

Мутамид был последним халифом, жившим в Самарре.

Во время правления Мутамида умер некий Хасан, называемый также аль-Аскари [141] , которого шииты почитали одиннадцатым имамом, потомком Али Абу Талиба в девятом поколении. Одна из сект шиитов почитает его как отца Махди (Ведомого Господом), двенадцатого имама, который скрыт, невидим человеческому глазу. Они называют его Повелителем Времени и ожидают его второго пришествия.

Исчезновение двенадцатого имама произошло в подземном зале его дома в Самарре, который он унаследовал от своего отца Хасана. В момент исчезновения ему было шесть или семь лет – сведения на этот счет расходятся.

Предположение, что он умер еще при жизни отца, неверно. Мы должны верить, что, родившись, он живет и поныне, хотя и недоступен человеческому взгляду, и, по воле Господа, появится снова в Конце Времен.

В Предании записано, что имам Али (младший сын имама Хусейна, сына Али, сына Абу Талиба) сказал: «Мы находимся во главе людей Мухаммеда, мы – подтверждение существования Бога на земле. Благодаря нам, когда придет День Суда, люди Али придут в Сад Наслаждений с лицами, руками и ногами столь чистыми, как будто они омыты Светом. Как долго звезды будут маяками в небе, так долго ангелы не будут опасаться приближения Суда. Сколь долго мы будем пребывать здесь, на земле, столь долго не придут Последний День и Наказание. Не будь на земле имама из нашего дома, сама земля и все, кто живет на ней, превратились бы в прах».

Однажды этого имама спросили:

– Какой толк от наместника Бога, если он невидим?

– Такой же, как от солнца, скрытого за облаками, – ответил он.

Это объясняет, как даже в непроявленном состоянии милость и благословение имама наполняют этот мир. Когда простые люди впадают в заблуждение, он приходит им на помощь. Они думают, что никто не ведет их по Истинному пути, лишь потому, что не видят, кто их ведет.

Во многих отношениях эта неявленность – благо для большинства людей, так как если исчезнувший имам явится, то многие не признают его. Кроме того, с его приходом на мусульман будут возложены более строгие обязанности, нежели Священная война против врагов Истинной Веры. Правители и правимые верят в имама сейчас, до тех пор пока тот не явился, но, когда наступит Второе Пришествие и великие станут в один ряд с низкими, не все смогут смириться с этим и многие отпадут от Веры.

После смерти одиннадцатого имама среди шиитов начались разногласия по вопросу о том, кого именно из потомков пророка они ожидают. В результате они распались на двадцать различных течений.

В 270 году в Йамане началась миссия так называемого Ведомого Господом Махди, предка халифов-еретиков Египта Фатимидов. Восемь лет этот человек тайно вынашивал свой замысел. Придя под видом паломника в Мекку, он открыл свою миссию людям из племени кутама, которые пришли поклониться святыням Города. Они уверовали в него и, возвращаясь домой на запад через Египет, взяли его с собой. Махди, убедившись в их фанатичной преданности и храбрости, пошел с ними в Мавританию, где и началось его восхождение к власти. Когда его миссионеры достигли Сирены и о его учении стали проповедовать во всех провинциях, правитель Африки послал войска, чтобы уничтожить очаг смуты. Состоялась битва, но было уже поздно – влияние Махди стремительно росло.

Некто Хусейн Ахваз был послан в Ирак в качестве миссионера Фатимидов. По дороге он повстречал одного из приверженцев секты карматов, по имени Хамдан. Дело было невдалеке от Куфы, Хамдан гнал в город быка с поклажей. Около часа они шли рядом, после чего Хамдан сказал Хусейну:

– Мне кажется, что ты идешь издалека, у тебя усталый вид, садись на быка, отдохни немного.

– Нет, не могу – мне не велено так поступать, – ответил Хусейн.

– Ты делаешь только то, что тебе велено? – удивился Хамдан.

– Да.

– Кто же говорит тебе, что ты должен делать и что ты не должен делать? – поинтересовался Хамдан.

– Мой Царь и твой, – ответил Хусейн, – Тот, Кому принадлежит этот мир и мир Иной.

Хамдан, несколько смутившись, замолчал, потом наконец сказал:

– Один только Аллах – Царь этого мира и Следующего.

– Совершенно справедливо, но Аллах дает Свое царство тому, кому Он пожелает, – ответил Хусейн, после начал проповедовать свое учение.

К тому моменту, когда они достигли города, речи попутчика уже успели произвести большое впечатление на Хамдана, и он пригласил Хусейна в свой дом. В гостях он постился весь день и молился всю ночь. Соседи Хамдана стали завидовать тому, что его дом почтил своим присутствием столь праведный человек. Хусейн остался жить в городе, он обращал в свою веру всех, кто приходил к нему, и принимал у них клятву в верности Махди. На жизнь он зарабатывал ремеслом портного; находиться в его обществе и носить одежду, сшитую им, считалось благословением.

«Мы обычно собирались около мечети и говорили о Абу Бакре, Омаре, Али, Муавии и других праведниках прошлых времен, – рассказывает один богослов. – Иногда люди собирались послушать нас. Как-то один из слушателей, человек с умным лицом и с длинной бородой, прервал нашу беседу вопросом:

– Сколько можно говорить обо всех этих Али, Муавии и прочих?

– А каково твое мнение об этих людях, почтеннейший? – спросили мы его.

– О ком именно?

– Ну, скажем, об Али?

– Кажется, он был отцом Фатимы?

– А кто такая Фатима?

– Она была женой пророка, да пребудет с ним мир и благословение Господне. Она также была дочерью Аиши и сестрой Муавии, – ответил наш собеседник, нимало не смутившись.

– А что тебе еще известно о жизни Али? – спросили мы, пораженные такими небылицами.

– Али был убит у Хайбара, вместе с пророком Господа, да пребудет милость Аллаха с ними обоими!»

Уличные проповедники используют различные уловки, чтобы получить пожертвования от доверчивых горожан. Вот одна из них. Два богомольца выбирают оживленную улицу; один из них начинает проповедовать в ее начале, второй в конце. Первый начинает цитировать Предания, прославляющие Али: