Чтение онлайн

Ричиус прижал ладони к вискам: казалось, голова вот-вот расколется. Он проехал многие мили в поисках ответа, но здесь его не было. И ему предстоит столь же долгий путь назад.

— Я хочу отдохнуть, — слабым голосом произнес он. — Давай зайдем в какую-нибудь таверну. Мы заплатим там за ночлег, а утром отправимся обратно в долину Дринг.

Он отвернулся от друга и встряхнул поводья, направляя лошадь в глубину грязной улочки. Ему хотелось сказать Динадину что-либо еще, убедить его, что у них нет иного выхода, как оставаться в Люсел-Лоре и воевать. Но теперь, после такого зрелища, ему будет трудно убедить в этом даже самого себя. Его опять охватило чувство безвыходности, и он безмолвно проехал мимо групп беловолосых нищих.

Они миновали несколько постоялых дворов с заколоченными окнами и дверями, пока наконец наткнулись на заведение, которое по-прежнему работало. Гостиница, расположенная на углу хорошо освещенной улицы, оказалась большим, крытым медными листами зданием; его огромные дубовые двери были распахнуты, пропуская ручеек посетителей.

— Попробуем это, — сказал Ричиус.

Едва заметным движением он снял с пальца перстень и спрятал его в карман. Динадин бросил на спутника встревоженный взгляд.

— Что ты делаешь?

— Никто не должен знать, кто мы, — объяснил Ричиус. — Если спросят, придумай что-нибудь. Скажи, что мы торговцы из Арамура или Талистана.

Ричиус знал, их одежда поможет не привлекать к ним внимания. Оставалось лишь надеяться, что борода хорошо спрячет его лицо, которое знают многие.

Охотно согласившись скрывать их имена, юноша спешился одновременно с Ричиусом. Во дворе гостиницы стояли лошади. Большинство были худы от недоедания. Ричиус заметил, что за ними ухаживает маленький мальчик-триец. Сунув руку в карман, он выудил оттуда монету.

— Ты говоришь на языке Нара?

Ричиус пригнулся, чтобы заглянуть мальчишке в глаза. Тот непонимающе посмотрел на него и произнес нечто непонятное. Ричиус повернулся к Динадину.

— Ты понял, что он говорит?

— Нет, но это не имеет значения, — заметил тот. — Дай ему монетку. Он присмотрит за лошадьми.

Ричиус снова обратился к мальчишке:

— Ты позаботишься о наших лошадях, правда?

Мальчик с энтузиазмом кивнул. Ричиус сомневался, что мальчишка знает, на что именно соглашается, но положил монету в протянутую ладонь.

— Не беспокойся, — уверенно сказал Динадин, пытаясь заглянуть в таверну, — с лошадьми все будет в порядке. Давай зайдем.

Ричиус привязал лошадь к коновязи. Закончив, выпрямился и стал искать взглядом Динадина. Его спутник уже стоял в дверях и подзывал его к себе. Когда они вошли, их приветствовал пухлый мужчина.

— Добро пожаловать, добро пожаловать! — воскликнул он, хватая Ричиуса за руку и энергично ее встряхивая. — Заходите и грейтесь.

Ричиус поспешно выдернул руку из влажной ладони.

— Вы — хозяин? — спросил он.

— Да, — ответил толстяк. — Меня зовут Тендрик. Там наверху есть чистые комнаты. И недорогие. — Он помолчал немного, потом засмеялся и подмигнул Ричиусу. — Но если вы захотите разделить ее с одной из моих девочек, то за это плата особая.

Ричиус собрался было ответить, но почувствовал, что Динадин легонько его подталкивает. Он застонал и промолвил:

— Нам нужны две кровати в отдельных комнатах. А об остальном мы позаботимся сами.

— Как пожелаете, — сказал хозяин. — Но у меня есть прекрасные женщины. И молодые к тому же. Советую вам подумать.

— Только комнаты, — заявил Ричиус. — Приготовьте их. Мы пока подождем внизу.

Он прошел мимо хозяина гостиницы и направился к бару. Рядом в камине жарко пылал огонь. Ричиус обрадовался теплу, с удовольствием ощущая, как прогреваются суставы. Комнату наполнял уютный запах горящего кедра. Он посмотрел на других посетителей — одинаково потрепанных. За одним столом неудачливые купцы шумно играли в карты. Несколько мужчин прогуливались в углу, лапая снующих мимо проституток. Динадин увидел девиц и зарычал. Они не были молодыми, как обещал хозяин гостиницы, но зато казались многоопытными.

— Бармен! — крикнул Динадин.

Еще один мужчина с комплекцией Тендрика посмотрел на него из-за стойки. Динадин швырнул несколько монет.

— Налей два пива. Арамурского, а не это талистанское пойло! — потребовал он.

Ричиус прошептал ему в самое ухо:

— Черт тебя подери, Динадин! О чем ты думаешь? Я же сказал тебе: не хочу, чтобы на нас обращали внимание. А теперь заткнись и послушай, что говорят кругом.

— Извини, — отрывисто бросил Динадин.

Бармен поставил перед ними два высоких стакана пива. Динадин жадно потянулся за стаканом и начал пить. Ричиус еще не успел пригубить свое пиво, как раздался изумленный возглас друга:

— О Боже, ты только посмотри на это, Ричиус!

Встревожившись, принц опустил стакан на стойку и проследил за взглядом Динадина, но ничего особенного не увидел. Когда сердцебиение немного унялось, он пожал плечами.

— Что такое?

Динадин указал пальцем.

— Вон там, рядом с менестрелем. Неужели ты ее не заметил?

Ричиус на секунду задержал взгляд на лютнисте. А потом словно занавес раздвинулся — он увидел ее. Ее кожа цвета слоновой кости сияла, подчеркнутая зеленым шелком платья. Молочно-белые волосы обрамляли фарфоровое личико с накрашенными рубиновыми губами. Миндалевидные глаза сияли всеми оттенками морской воды. Тонкие хрупкие руки, столь же нежные и хрупкие пальцы, длинные и стройные ноги. Она сидела на коленях игравшего в карты купца, позволяя этому животному забавляться с ней, словно с куклой. Улыбка на ее лице была натужной, как у проститутки.

— Она прекрасна! — пропел Динадин.

Такой нежности в его голосе Ричиус еще не замечал: он был даже нежнее, чем у менестреля.

— И она трийка! — изумленно добавил Ричиус.

Динадин кивнул.

— Я ведь говорил тебе, что они здесь продаются. — Он прикусил губу и гортанно зарычал: — Ну, эта как раз для меня!

— Полегче! — резко осадил его Ричиус. — Сначала мы должны закончить дела. И мне не нравится даже мысль, что ты возьмешь себе трийскую девицу. Я сказал: мы здесь для того, чтобы помогать этим людям.

— Извини, — ответил Динадин, — но я хочу именно ее.

Ричиус тоже был заворожен этой женщиной: изгибом ее бедер, испуганным взглядом, метавшимся по залу. Казалось, ей здесь не место. Купец захохотал и поцеловал ее в шею. Ричиус видел, как незнакомка прикрыла глаза в мучительном смущении: было совершенно очевидно, что это прикосновение ей неприятно. А потом он заметил еще кое-что. Фарфоровое личико, заворожившее его, было с изъяном: вокруг одного глаза багровел синяк. Он на секунду задумался над этим, поначалу склонный приписать синяк грубому обращению какого-нибудь пьяницы, с которым ей пришлось переспать. Но потом услужливая память извлекла на свет божий Гейла и ту сцену, когда несколько дней назад Ричиус оттащил барона от девушки. И тогда он ее вспомнил.