Нас возвышающий обман
Шрифт:
Селена вздохнула.
– Отвратительно... Кем она меня считает?
– Тем, кем ты являешься, – леди, – Снейп пристально посмотрел ей в глаза. – Я тоже считаю, что негоже учить этикету гриффиндорских неандертальцев.
– Северус... Пожалуйста. Только не ты... Не сейчас!
– Скажи, – Снейп вдруг лукаво посмотрел на девушку, – а джентльмену прилично преподнести леди букет цветов?
Селена непонимающе смотрела на зельевара.
– Почему ты спрашиваешь? – улыбнулась она.
– Ты же преподаватель по этикету. Разве нет? Вот и скажи, какие цветы прилично преподнести даме. Розы?
Снейп взмахнул палочкой, и перед девушкой в воздухе возник букет белых роз.
– Розы... Тебя заинтересовал язык цветов? Вообще белые розы можно подарить даме в знак преклонения, но эти цветы...
– Напоминают тебе Малфоя, – закончил за нее Снейп с усмешкой. Селена поморщилась, будто ее укололи тонкие шипы жемчужных роз. – Ладно, может хризантемы?
Он снова взмахнул палочкой — розы исчезли и вместо них возникли роскошные игольчатые хризантемы золотистого цвета.
– Символ дружбы. Но желтый цвет говорит о нежной любви.
– Может быть, орхидеи?
– Аристократизм... Любимые цветы матери, – в оранжерее вечно стоял удушливый запах этих экзотических цветов. Причудливые формы, яркие расцветки – то ли изысканная роскошь, то ли аляповатый гротеск.
– Точно не подходит!
– Фиалки?
– Тайная любовь?
– Да, трудно быть джентльменом и угодить своей даме, если не пылаешь к ней страстью...
Снейп задумался. Перед глазами у него стояли белые лилии, чистые, словно только что выпавший снег, холодные и недостижимые — его разбитая любовь... Нет, их он никому не подарит! Только ей... И вдруг — взмах палочки. Те цветы, которые росли на заболоченном затоне... Длинные сочные стебли. И они тоже были белые.
– Каллы?
– Они так называются? И что же они символизируют?
– Подарив их девушке, ты говоришь ей, что она великолепна.
– Значит, я угадал.
– Ты считаешь меня великолепной?
– Напрашиваешься на комплимент? – Он удивленно поднял бровь. – Разве кто-то может сказать обратное, миледи?
*
Студенты нетерпеливо ждали окончания церемонии распределения. Все устали и проголодались с дороги — пир был бы как нельзя кстати. Уделяя немного внимания первокурсникам, они живо обсуждали преподавателей, собравшихся за столом.
– Все те же лица...
– Нет, вон рядом со Снейпом красотка какая сидит!
– Попридержи язык, – обернулся Гарри к сидевшим за соседним столом слизеринцам. – Это жена моего крестного!
– А что, у жены беглого заключенного дела так плохи, что ей приходится наниматься в школу?
– Заткнись, Кребб!
– И не подумаю!
– И правда, заткнись! – неожиданно встрял в разговор Драко. – Она кузина моей матери. Хотя я и сам не понимаю, что она делает в школе...
– Кузина, говоришь? – в унисон спросили близнецы Уизли. – А что ж твой папочка так на нее пялится? Или у Малфоев все вместо ужина пожирают глазами своих родственников?
Оба рыжих парня покатились со смеху.
– Мой отец возглавляет попечительский совет! Впрочем, такому отребью, как вы, этого не понять. И он по праву сидит за тем столом!
– А мы и не оспаривали его право сидеть за столом, – отозвался Фред.
– Просто от страстных взглядов, которые он бросает на вашу родственницу, может вспыхнуть скатерть на столе! – вторил брату Джордж.
И Драко, и Гарри были на взводе. Казалось, оба готовы накинуться на близнецов, отстаивая честь своих родственников.
– Он ее жа руку зять хосет, – пробурчал Рон, засовывавший в рот приготовленный матерью бутерброд, который он стянул у Джинни еще в поезде.
Гермиона ткнула его локтем под ребра, он тут же зашелся в кашле.
– Одно место сводобно! – преувеличенно бодро сказала она. – Кажется, не хватает нового преподавателя защиты от темных искусств. Интересно, кто это будет на этот раз?
– Уж точно не гриффиндорский оборотень, грязнокровка! – Драко решил выместить на девочке свое плохое настроение.
– А ты вообще заткнись, высокородный ублюдок!
Малфой схватил палочку, но в этот момент по залу разнесся усиленный сонорусом голос Дамблдора, объявлявший об окончании церемонии распределения.
– У меня для вас важная и волнительная новость. Наша школа была выбрана местом проведения турнира трех волшебников. Возможно, некоторые из вас слышали о нем...
– Чего-чего? – пробормотал Рон и тут же получил подзатыльник от одного из близнецов.
Драко презрительно скривился.
– Мда, что еще можно ждать от любителя магглов? Даром что чистокровный...
На этот раз палочку достал Гарри.
– В течение этого года Хогвартс станет домом для представителей еще двух магических школ. Поэтому я очень надеюсь, что вы все покажете себя как воспитанные, гостеприимные и радушные хозяева, – продолжал Дамблдор.
– Воспитанные! – фыркнул Малфой. – Как же...
– От деканов я наслышан, что многим из вас не помешали бы уроки хороших манер. В этом году наравне с прочими дисциплинами вводятся уроки этикета. Без всякого сомнения, леди Селена Блэк сделает так, что нам не придется краснеть за вас перед нашими гостями.
– До чего твой крестный довел свою жену, Поттер! – пробасил Кребб.
– Она будет учить Уизли, как правильно вытирать сопливый нос! – загоготал Гойл.
– Заткнитесь, идиоты! – зашипели на них Драко и Гарри, при этом с ненавистью глядя друг на друга.
– А сейчас встречайте наших гостий из академии Шармбатон и их директрису мадам Максим.
Двери Большого зала распахнулись, и в него впорхнули, как яркие тропические бабочки, девушки, одетые в одинаковые голубые платья и васильковые мантии. Впереди шла, нет, летела по воздуху, едва касаясь ногами земли, фея, видение, ангел — золотоволосое и прекрасное создание. Старшекурсники всех факультетов, будто зачарованные, не могли отвести от нее восхищенных взглядов. Со всех сторон неслось:
– Ух ты!..
– Вот это да!..
– Обалдеть!..
– Вот это красотка!..
Хогвартские девушки возмущенно надулись. Они шушукались, шептались, дергали парней за мантии и за уши, что, впрочем, не приносило желаемого эффекта.
– Вейла, – философски заметила Лили Блэк, которая много слышала об этих чаровницах от леди Гвиневры. – Тягаться с нею бесполезно. Она привораживает мужчин.
– Нет, просто тут нет мужчин! – взорвалась Гермиона, глядя на то, как сидящие вокруг нее однокурсники захлебываются от восторга. – Одни слюнявые идиоты!